Глава 877 - Это что еще за логово сетевиков?
Прошло два дня, но темы в топе Weibo оставались неизменными.
««Фэйюэ Мувиз» и «Алибаба Пикчерз» официально вступили в битву! Битва эпох: «Интернет-продюсирование» против «Традиционной школы»!»
«Сегодня утром в Пекине состоялась грандиозная презентация старта съемок фильма «Три жизни, три мира: Десять миль персиковых цветов». Цзин Тян, Ян Ян и Янь Икуань вышли к прессе.»
«Съёмки сериалов «Нефритовая династия» и «Легенда о Чу Цяо» проходят в обстановке строжайшей секретности. Журналистам отказано в доступе на площадку.»
«Касса картины «Мистер Шесть» показывает слабый рост: за вчерашний день собрано 36,99 миллиона юаней.»
«Голливудский блокбастер «Звёздные войны: Пробуждение силы» за первые три дня проката в Китае собрал 589 миллионов юаней, уверенно возглавив кассовый топ.»
«Комедия «В рай на миг» производства «Кайсинь Махуа» с Шэнь Тэном и Ма Ли в главных ролях снята с проката из-за нерентабельности. Итоговые сборы остановились на отметке 63,69 миллиона юаней.»
***
Информационное поле бурлило. Желающих получить комментарий Чэнь Фэя было не счесть, но его телефон был выключен, и пробиться к нему никто не мог.
А журналисты, мечтавшие высадиться на военный корабль, быстро понимали, что на охраняемый объект ВМФ их никто не пустит.
И пока шоу-бизнес сотрясался от новостей о пари, на борту «Куньлуньшаня» кипела суровая работа. Корабль вышел в открытое море, вокруг маневрировали эсминцы и катера, гудели вертолёты, гремели холостые залпы.
Для кинематографистов это были съёмки, но для экипажа — полноценные боевые учения с реальным маневрированием. И ни одно постороннее судно не рискнуло бы подойти к ордеру ближе чем на кабельтов — предупредительный огонь из корабельных пулемётов никто не отменял.
В это же время в штаб-квартире «Алибаба Пикчерз»...
Вернувшись с помпезной презентации «Трех жизней...», где ему пришлось отбиваться от ядовитых вопросов прессы, Чжан Цян созвал экстренное совещание топ-менеджеров.
Он поднялся за трибуну и, обведя присутствующих горящим взглядом, начал накачку:
— В последние дни в сети поднялась волна грязи! Нас критикуют, над нами смеются, нас проклинают! Но всё это — пыль под ногами! Мы — «Алибаба»! Само наше имя — синоним успеха! Точка!
Он с силой грохнул кулаком по столу:
— Одно только народное голосование по касту «Трех жизней» принесло нам гигантский трафик и взвинтило котировки акций до планки! Это доказательство того, что наш путь единственно верный! Нам нечего бояться «Фэйюэ Мувиз»! Мы обречены на победу! Следуя за курсом нашего лидера, господина Ма, мы перепишем историю! Мы уничтожим отсталый традиционный кинематограф!
Его голос гремел, заряжая аудиторию психозом победы. Менеджеры впали в транс, восторженно зааплодировав:
— Чжан Дек абсолютно прав! Мы сомнем старый мир!
— Чэнь Фэй и его контора — лишь обломки ушедшей эпохи!
— Заставим их сожрать собственную спесь!
— «Алибаба» побеждает везде, куда бы ни пришла! Кино прогнётся под нас точно так же!
Заседание проходило в атмосфере, поразительно напоминающей сходку адептов финансовой пирамиды. Когда топ-менеджеры вышли в опенспейс, рядовые сотрудники поднялись с мест и устроили им бурную овацию. Все эти люди искренне верили, что их компания непобедима.
В то же время на съемочной площадке «Трех жизней...» Цзин Тян сидела в гримёрке вместе со своим покровителем Лу Чжэном.
— Дядя Лу... — девица нервно кусала губы. — Эта история с пари... она не ударит по мне?
Цзин Тян уже тысячу раз пожалела, что согласилась на предложение Лу Чжэна принять участие в проекте «Алибабы».
Лу Чжэн тяжело вздохнул. Он и сам был не рад, что оказался втянут в войну с Чэнь Фэем. Но отступать было поздно: контракт подписан, Цзин Тян — исполнительница главной роли, а значит, автоматически стала бойцом в лагере «Алибабы».
— Выйти из проекта мы не можем, — хмуро ответил Лу Чжэн. — Нестойкие неустойки нас разорят, да и с «Алибабой» ссориться нельзя.
— И что мне делать?
— Работай спокойно. А я съезжу к Чэнь Фэю, поговорив по душам.
Лу Чжэн знал Чэнь Фэя достаточно хорошо: тот не стал бы мстить девчонке из-за разборок с корпорацией. К тому же Цзин Тян дружила с Лю Ифэй и Шу Чанг. Если «Алибаба» не начнет играть совсем уж грязно, Чэнь Фэй сохранит нейтралитет лично к ней.
Шестой этаж офиса «Фэйюэ Мувиз». VIP-переговорная.
Глава «Кайсинь Махуа» Чжан Чэнь вместе с секретаршей в ожидании Су Гохая с трепетом разглядывал роскошную обстановку.
— Эх... Вот бы нашей компании хоть когда-нибудь обзавестись таким зданием, — с тоской вздохнул он.
— Чжан Дек, с вашим чутким руководством мы обязательно построим не хуже! — пылко поддержала помощница.
— Кабы так... — Чжан Чэнь лишь покачал головой. Какая уж тут башня, когда фирма на грани банкротства?
Дверь отворилась, и в комнату вошел улыбающийся Су Гохай.
— Чжан Дек, простите за задержку.
— Что вы, Су Дек, я и сам только приехал! — Чжан Чэнь моментально принял просительную позу.
Перейдя к делу прямо в переговорной, Су Гохай оперся локтями о стол:
— Я изучил финансовое положение «Кайсинь Махуа». Скажу прямо: проблемы, поставившие вас на колени, для «Фэйюэ Мувиз» — сущие пустяки.
У Чжан Чэня затеплилась надежда. Но следующая фраза Су Гохая заставила его замереть.
— Вы рассматривали вариант стратегического инвестирования с нашей стороны?
— Мы... мы ищем партнеров, — осторожно вымолвил Чжан Чэнь. — Но многие инвесторы требуют контроля над операционным управлением. Для нас это неприемлемо.
Су Гохай понимающе кивнул:
— А если «Фэйюэ Мувиз» гарантирует вам полную автономию в творчестве и управлении, но при этом откроет доступ к своим мощностям, прокату, технологиям и даже зарубежным каналам? Что скажете?
Секретарша Чжан Чэня едва не зазиговала от восторга — получить крышу «Фэйюэ Мувиз» мечтал любой продюсер в стране!
Но Чжан Чэнь сохранял осторожность:
— И какова ваша цена, Су Дек? Какую долю вы хотите?
— Сорок процентов акций. И мы полностью закрываем ваши долги и даём бюджеты на новые фильмы.
— Что?! Сорок?! — Чжан Чэнь аж подскочил.
Сорок процентов — это за шаг до полного поглощения! Сговорившись с мелкими акционерами, «Фэйюэ» сможет выбросить его из его же компании!
— Нет! Это слишком много! Максимум двадцать!
Су Гохай невозмутимо поднялся с кресла:
— Что ж, тогда разговор окончен. Подумайте на досуге, Чжан Дек, стоит ли крыша нашей империи сорока процентов вашей тонущей лавочки.
Он вышел. Понятно, что с первого раза такие сделки не закрываются. Чжан Чэнь ушёл в подавленных чувствах, хотя умом понимал: предложение «Фэйюэ» — его единственный спасательный круг.
Вторая половина дня. Съёмочная площадка «Операции «Красное море»».
Огромный десантный корабль рассекал морскую гладь. Солнечные блики играли на серой броне стального монстра.
Камера плавно наезжала на капитанский мостик. Актер Чжан Ханьюй в образе командира корабля Гао Юня смотрел в бинокль на бескрайние волны. Его парадный китель сидел идеально, погоны поблёскивали на солнце.
Рядом с ним, чеканя шаг, замер Чжан И — капитан спецназа «Цзяолун» Ян Жуй.
— Готовы к выходу? — басом спросил Гао Юнь.
— Полная готовность, товарищ командир! — чеканно отозвался Ян Жуй.
Чэнь Фэй за монитором не сводил глаз с картинки. Актеры работали ювелирно, передавая дух и выправку настоящих офицеров флота.
— Помните, Ян Жуй: задание сложнейшее. Нам противостоит не просто банда, а обученные террористы в условиях хаоса, — произнес Гао Юнь.
— Спецгруппа «Цзяолун» выполнит приказ при любых обстоятельствах! — отрезал Ян Жуй.
— Отлично. Вы — меч страны и щит её народа. Не подведите.
— Есть!
Съёмка продолжалась до самых сумерек. Команда работала как отлаженный армейский механизм.
— Стоп! Снято! — объявил Чэнь Фэй в рупор. — Разгримировываемся, ужинаем и спать. Завтра снимаем бой с террористами — работа тяжелая, всем быть в форме!
Вечером Чэнь Фэй включил телефон и перезвонил Су Гохаю.
— Сорок процентов он, конечно, не отдаст, — с ухмылкой выслушал отчёт режиссер. — Торгуйся. Наш порог — тридцать процентов. Прожмешь на тридцать — удвою твою годовую премию.
Су Гохай чуть не выронил трубку. Его годовой бонус исчислялся восьмизначной цифрой! Удвоить?! Это же почти сотня миллионов юаней!
«Мать твою, да я за эти деньги Чжан Чэня без сапог оставлю!» — мысленно взревел топ-менеджер.
Повесив трубку, Чэнь Фэй увидел очередное пуш-уведомление:
«Сегодня Шанхайская киностудия Shangshi Pictures под руководством Жэнь Чжунлуня объявила о начале процедуры выхода на биржу...»
А в Шанхае на съёмках «Железнодорожных тигров» Чэнь Лун крепко ждал руку Жэнь Чжунлуню, благодаря за финансовое участие в проекте и продвижение своего сына Джайси Чана, получившего в фильме роль второго плана.
— Спасибо, Жэнь Дек. Для парня это шанс начать всё с чистого листа, — тихо промолвил старый трюкач.