Глава 833 - В панике хвататься за соломинку!
Завершив разговор с Жэнь Чжунлунем, Чэнь Фэй просто-напросто выключил телефон.
Благодаря этому нехитрому манёвру спал он так крепко и сладко, как давненько не спалось.
А вот на противоположном берегу океана другим людям было не до сна — они не то что отдохнуть, даже сомкнуть глаз ни на минуту не могли!
— Пан-Азия реально сняла «Охоту на монстра» с проката?! — надрывался Цзян Чжицян, сидевший в салоне личного джета, который несся в Гонконг.
Он одновременно пытался экстренно рулить ситуацией и проводил видеоконференцию с топ-менеджментом Анлэ.
— Так точно, господин председатель! Сразу после публикации коммюнике они зачистили всё: сняли фильм с показов, убрали плакаты и заблокировали продажу билетов в приложении.
Не успел отчитаться один топ-менеджер, как в разговор вклинился руководитель юридического отдела:
— Наши юристы уже выходили на связь с их офисом, но Пан-Азия твердит, что мы первыми нарушили договор, обманывали зрителей и воровали кассу. Более того — они официально требуют с нас выплаты неустойки за срыв контракта!
— Да как они смеют, чершигалы?! — Цзян Чжицян со всей дури грохнул кулаком по столу, но в душе его в этот момент воцарилась ледяная мёртвая тишина.
Он понимал, что всплывший наружу факт манипуляций с кассой неизбежно вызовет репутационный шторм в сети. К этому он был готов.
Но чего он никак не мог предвидеть — так это тотальной блокировки со стороны крупнейшей прокатчика!
Ведь Пан-Азия сегодня являлась ключевой киносетью не только в Китае, но и во всей Азии!
Если «Охота на монстра» лишится её площадок, итоговые финансовые потери окажутся катастрофическими. Смертельными для проекта.
Выпустив пар, Цзян Чжицян взял себя в руки. Проблему требовалось решать, и как можно быстрее.
— Что сделано, то сделано. Нужно минимизировать ущерб. Службе пиара — немедленно выпустить официальное опровержение и заблокировать негатив в сети. И передайте операционному отделу: немедленно заморозить любые прокрутки кассы в других киносетях! Всем сидеть тихо и ждать моих указаний!
— Будет сделано, господин Цзян!
Завершив видеосвязь, Цзян Чжицян погрузился в мрачные раздумья.
Подкручивать сборы ему приходилось и раньше, это была привычная практика. Но с подобным яростным отпором он столкнулся впервые.
С его точки зрения, подобные рабочие моменты всегда можно было утрясти за столом переговоров. Зачем устраивать публичную казнь? В конце концов, все стремятся к выгоде. Не договорились по кассе — компенсируем в другом месте, эка невидаль!
Именно поэтому, несмотря на тревогу, он не паниковал окончательно. Цзян Чжицян был свято уверен, что сумеет замять скандал.
Ну и что с того, что Пан-Азия выпустила жесткое коммюнике? Всегда можно найти козла отпущения, свалить всё на перегибы на местах и снова пожать друг другу руки.
…
Офис Хуайи.
— Цзян Чжицян улетел в Гонконг?
— Да, пару часов назад. Сейчас, наверное, уже у себя в штаб-квартире.
— В этой истории с кассой ты сам не замаран?
— Боже упаси! Все крутил Цзян Чжицян, я даже близко к этой схеме не подходил.
— Вот и отлично, — Ван Чжунцзюнь перевёл дух.
Ван Чжунлэй недоумённо уставился на брата:
— А что, всё настолько серьёзно? Цзян Чжицян выглядел вполне умиротворённым. Сказал, что у него всё под контролем и он легко уладит дело.
— Всё очень плохо, — хмуро качнул головой Ван Чжунцзюнь. — Я звонил Е Нину. Он говорит, Чэнь Фэй настроен крайне агрессивно. Особенно его взбесило то, что Цзян Чжицян сунул нос в его собственную киносеть.
— Но ведь это обычная практика в нашем бизнесе!
— Ты как будто не знаешь этого упёртого осла! — поморщился Ван Чжунцзюнь. — Назови хоть одно неписаное правило индустрии, которое он соблюдал? Он не побоялся пойти в открытую атаку на цензоров из Управления — и выиграл! Ты правда думаешь, что он испугается какую-то компанию Анлэ?
Ван Чжунлэй изменился в лице:
— А как же наши инвестиции в фильм?!
— Эх, остается только ждать. Вдруг ситуацией удастся рулить… — Ван Чжунцзюнь тяжело вздохнул и сменил тему: — Кстати, занялся бы ты лично реструктуризацией нашего холдинга. Нужно подготовить всё к приходу нового ключевого игрока.
— Ты про Е Нина?!
— Именно. Он дал окончательное согласие. Самое позднее в начале следующего года он закроет все дела в Ванда и перейдёт к нам в Хуайи. Проекты „Я не Пан Цзиньлянь“ и „Покорение демонов: Демоны“ отдадим под его полный контроль.
— Ха-ха, отлично! Хуайи пополняется топовым управленцем, с чем нас и поздравляю!
— Кстати, — вспомнил Ван Чжунцзюнь, — ты ведь переговаривался с Го Фанем, Нин Хао, Лу Яном, Чжун Лифан и Цзян Сюэжоу? Есть результаты?
При этих словах лицо Ван Чжунлэя скривилось, словно от зубной боли:
— Упёртые бараны! Пусть гниют в своём болоте! Им предлагают доли в компании, а они когтями вцепились в Чэнь Фэя. Словно он им родной отец! Ни в какую не хотят менять прописку.
К концу июля интрига разгорелась с новой силой.
Наступило очередное утро, и общественность с замиранием сердца впилась глазами в свежие кассовые отчёты «Охоты на монстра».
Когда на экранах отобразилась цифра в 76,54 миллиона юаней, сеть снова взорвалась!
«Ого! Вчера было 160 миллионов, а сегодня 76 миллионов? Сборы рухнули больше чем вдвое!»
«Да-а, вот это удар по карману!»
«Это сколько же кассы они нарисовали?! Минус одна киносеть — и минус половина сборов? Фантастический размах!»
«И ладно касса! Вы гляньте на их мерч и акции на бирже — всё камнем летит вниз! Настоящее ватерлоо!»
«М-да, выходит, „Охота на монстра“ без приписок даже до „Плинтусного супергероя“ не дотягивает?»
«Ну, „Супергерой“ хоть и дрянь, зато веселый. На него люди идут чисто поржать».
«Эй, народ, бегом в Вэйбо! Анлэ выпустила официальное заявление!»
Впрочем, сегодня в киноиндустрии хватало и других новостей. В прокат вышел очередной голливудский блокбастер, сборы «Цветов гардении» и «Крошечных времён 4» окончательно скатились на уровень статистической погрешности, Ву Юйсен начал рекламный тур второй части фильма «Переправа», а Го Цзинмин объявил о старте экранизации своего романа «Город фантомов»…
И всё же все эти инфоповоды блекли на фоне драмы вокруг «Охоты на монстра».
Заявление кинокомпании Анлэ:
«Уважаемые зрители, партнёры и представители СМИ!
В последние дни мы с глубоким сожалением наблюдаем в сети волну обвинений в адрес нашего фильма „Охота на монстра“. Считаем необходимым выступить с официальным опровержением.
Прежде всего, мы категорически отрицаем любые обвинения в фальсификации кассовых сборов. Компания Анлэ всегда вела бизнес честно, строго соблюдая законы и правила рынка. Каждый проданный билет — это осознанный выбор зрителя. Никаких круговых скупаний и нелегальных манипуляций не было и быть не могло.
В подтверждение своей правоты мы готовы предоставить всю финансовую документацию независимым аудиторам. Мы свято верим, что правда восторжествует.
Мы благодарны зрителям за поддержку и заверяем, что продолжим создавать качественное кино.
С уважением, Анлэ Фильм».
Текст заявления выгладел благородно и невинно, но реальные действия Анлэ напрочь перечеркивали эти красивые слова.
Цзян Чжицян задействовал все свои связи, и телефон Чэнь Фэя начал раскаляться от звонков.
Звонок от Чжан Имоу не стал сюрпризом — в конце концов, именно Анлэ выступала продюсером его легендарного «Героя».
— Чэнь Фэй, а может, здесь вышло какое-то недоразумение? Я не навязываюсь в миротворцы, просто Цзян Чжицян выходил на меня, и я решил уточнить детали…
— Директор Чжан, — сурово перебил его Чэнь Фэй. — Вам лучше не влезать в это дело. Факты — вещь упрямая, тут не о чем дискутировать.
— Что ж… Понимаю, — смущённо пробормотал Чжан Имоу и повесил трубку, после чего перезвонил Цзян Чжицяну: — Господин Цзян, прошу прощения, но я бессилен.
— Понимаю. Всё равно спасибо, директор Чжан, — с фальшивой улыбкой отозвался Цзян Чжицян, но как только разговор завершился, лицо его стало темнее тучи.
Он осознал, что переоценил авторитет местных мэтров перед Чэнь Фэем. Если уж Чжан Имоу указали на дверь, то прочие и подавно окажутся бесполезны.
Цзян Чжицян повернулся к помощнику:
— Что там с Хо Циганом?
Тот замялся:
— Нас даже в офис Цзяхэ не пустили. А сам Хо Циган не берет трубку. Говорят, он вчера срочно улетел по делам в Лос-Анджелес.
— А Инхуан?
— Председатель Ён передал, что не вмешивается в чужие разборки. У него сейчас в самом разгаре съёмки «Ип Мана 4», ему не до того.
При упоминании «Ип Мана 4» Цзян Чжицяну всё стало ясно без слов. Инхуан давно сидела в одной лодке с Фэйюэ Мувиз, перетянуть старого лиса Альберта Ёна на свою сторону было нереально.
— А Ши Наньшэн?
— Сказала, что её отношения с Чэнь Фэем недостаточно близки для роли посредника.
Новости становились одна хуже другой. Лицо Цзян Чжицяна становилось всё мрачнее. Он лично взялся за телефон и начал обзванивать нужных людей.
И везде натыкался на вежливые, но глухие отказы!
«Господин Цзян, искренне рад бы помочь, но увы…»
«Я с ним давно не работал, личные отношения есть, но надавить на него не смогу».
«Цзян-сэн, вы же знаете, фильм „Русалка“ финансирует Фэйюэ Мувиз…»
«А? Вы Цзян Чжицян из Анлэ? Здравствуйте-здравствуйте! Вы к моему отцу? Извините, он ушёл в Фэйюэ Мувиз утрясать вопросы по прокату „Битвы ста полков“…»
«Шанъин сохраняет нейтралитет».
«Ванда проводит чистку собственных рядов, извините…»
«Отношения Бона с Фэйюэ вы, должно быть, и сами знаете. Моё вмешательство только навредит».
«Да я этого дерзкого щенка сам терпеть не могу! Господин Цзян, нападайте, Чэнтянь поддержать вас информационной поддержкой!»
Проведя у телефона пару часов, Цзян Чжицян заработал дикую головную боль.
Ладно бы он был прав, так ведь мало того, что сам в грязи измазался, так ещё и ни одного авторитетного посредника найти не может! Это же верная смерть!
Пока Цзян Чжицян судорожно обрывал провода, Чэнь Фэй тоже не выпускал телефон из рук. Разница была лишь в том, что ему звонили с предупреждениями и сливом информации.
— Чэнь Фэй, гарантирую: Инхуан полностью на твоей стороне! Мы категорически презираем воровство кассы!
— Ха-ха, господин Ён, да я и не сомневался в вашей верности.
— Чэнь Фэй, я у него в должниках, но в эту грязь не полезу. Просто предупреждаю, чтобы ты был в курсе.
— Спасибо, брат Ва. На «В погоне за драконом» вся надежда. У меня тут ещё парочка отличных сценариев лежит, как раз под тебя.
— Не пойму, эти из Анлэ с ума сошли? С какого перепуга они звонят в Гуансянь?
— Ха-ха, думают, у вас авторитет неоспоримый, господин Ван.
— Ну уж нет, я в такие игры не играю, — фыркнул Ван Чантянь и сменил тему: — Слушай, пошел слух, будто Ван Баоцян уходит из „Бегущего человека“. Правда или брешут?
— Хм? У меня пока таких данных нет.
— А, значит, опять сплетни в сети раздувают.
Попрощавшись с Ван Чантянем, Чэнь Фэй изучил последствия отзыва «Охоты на монстра» из сети Пан-Азия.
Как и следовало ожидать, высвободившиеся сеансы тут же подстегнули сборы «Убийцы» и «Плинтусного супергероя», подняв их показатели на новый пик. Даже скромные авторские ленты вздохнули свободнее, приблизившись к окупаемости.
И всё это служило неопровержимым доказательством того, что «Охота на монстра» вглухую пылесосила чужую кассу!
На этом фоне официальное заявление Анлэ выглядело как вершина лицемерия и глупости.
«Посмотрим, как ты закрутишься теперь! Мало тебе было кассу крысить, так ты ещё и в мои кинотеатры руки протянул? Не выйдет выкрутиться!»
«Не можем помочь», «Бессильны», «Извините», «Сохраняем нейтралитет»…
За три дня, пока касса «Охоты на монстра» неумолимо катилась вниз, Цзян Чжицян извёлся, словно на раскалённой сковороде.
Все его звонки закончились ничем.
Теперь перед ним оставалось лишь три пути:
1. Лично приползти в Фэйюэ Мувиз с повинной и принести глубочайшие извинения.
2. Задействовать связи в Чжунъин.
3. Молить о помощи Управление по делам кинематографии.
Второй вариант он ещё мог переварить, но первый и третий требовали настолько колоссальной потери лица и ресурсов, что одна мысль об этом вызывала у него тошноту.
Дзинь-дзинь-дзинь!
Резкий звонок сотового заставил его вздрогнуть. Посмотрев на экран, он спешно принял вызов:
— Ну что там? Что говорят в Фэйюэ Мувиз?!
На другом конце провода вице-президент Анлэ стоял у парадного входа в офис Фэйюэ Мувиз, съёжившись под насмешливыми взглядами прохожих:
— Господин Цзян, всё провально. Я отсидел в приемной всё утро, но Су Гохай даже не вышел ко мне.
Цзян Чжицян с мрачным лицом сбросил вызов.
Он попытался набрать Хань Саньпина, но на том конце провода снова ответил звонкий девичий голос его дочери:
— Господин Цзян? Вы опять по поводу отца? Так его нет дома!
Цзян Чжицян сжал зубы:
— А когда председатель Хань вернется? Я перезвоню.
— Да кто ж его знает! Он у нас неуловимый, я сама его неделями не вижу.
— Что ж… Понятно.
Повесив трубку, Цзян Чжицян не сдержался и прошипел:
— Старый Затаившийся Орел! Скользкий, как налим!
В его представлении Хань Саньпин был идеальным посредником. Но этот хитрый лис еще в бытность главой Чжунъин славился своенравием, а уйдя на пенсию, и вовсе забил на корпоративные приличия. Он просто тупо не брал трубку и скрывался, не оставляя Цзян Чжицяну никаких шансов.
Поразмыслив, Цзян Чжицян решил действовать напролом. Он поднялся с кресла и рявкнул помощнику:
— В аэропорт! Летим в Пекин! Я лично иду в Чжунъин!
Спустя три с половиной часа Цзян Чжицян с рекордной скоростью прилетел в столицу и уже поднимался по лестнице штаб-квартиры Чжунъин.
Оказавшись в переговорной, он попытался собраться с мыслями.
Одними уговорами Чжунъин не привлечь. Придется предложить нечто поистине ценное. Но что есть у Анлэ, помимо денег, способное соблазнить киногиганта?
Дверь переговорной распахнулась, и в комнату вошёл Ла Пэйкан.
Цзян Чжицян мгновенно натянул приветливую улыбку, обменялся дежурными любезностями и сразу перешёл к делу:
— Председатель Ла, вы, разумеется, в курсе нашего конфликта с Фэйюэ Мувиз. Я пришёл к вам с просьбой: выступите посредником. Помогите нам уладить этот вопрос непублично. Я знаю, у вас отличные отношения с Чэнь Фэем, да и авторитет в индустрии непререкаемый. Организуйте нам встречу, чтобы закрыть тему.
Ла Пэйкан слегка нахмурился. Он совершенно не горел желанием влезать в эту кашу. У Чжунъин с Фэйюэ Мувиз всё шло отлично, и рисковать партнёрством ради чужих грехов казалось глупостью.
Но тут Цзян Чжицян выложил на стол козырь, от которого у Ла Пэйкана перехватило дыхание!
— Моё условие простое: я хочу сесть с Чэнь Фэем за стол переговоров. Если надо, я сам прилечу к нему в Англию. А за вашу помощь я улажу вопрос с Dongyang Paige и безвозмездно передам Чжунъин всю нашу долю в проекте „Крадущийся тигр, затаившийся дракон: Зеленый меч“! Что скажете?
Ла Пэйкан мгновенно замер с открытым ртом!
Если вся доля фильма перейдет к Чжунъин, картина превратится в чистый, безупречный совместный проект с Голливудом под полным контролем компании! А если фильм выстрелит в прокате — это же колоссальный, чистейший политический капитал в его личную копилку!
Рассудительность мгновенно уступила место азарту.
— То есть… От меня требуется просто сделать один звонок и организовать ужин?
— Именно! — горячо кивнул Цзян Чжицян. — И больше ничего!