Глава 51 - Серебряный медведь за выдающийся художественный вклад
[Дзинь! Поздравляем хоста с успешным выполнением задания (добраться до вершины Берлинской телебашни и продержаться три минуты в элементе «человеческий флаг»).]
[За выполнение задания получено 25 269 очков престижа.]
[Ввиду высочайшего качества исполнения получена удвоенная награда в виде призовых коробок.]
[Награды уровня A × 2 успешно получены.]
[Открытие призовой коробок…]
[Поздравляем хоста с получением наград: Апельсин удачи, Мастерство вождения (Ув. 3).]
……
Звуки системных оповещений в голове утихли, знаменуя безупречное завершение очередной смертельной авантюры.
— Уф-ф…
Тяжело выдохнув, Чэнь Фэй медленно расслабил одеревеневшие мышцы и вновь плотно прижался грудью к ледяной поверхности купола.
Народная мудрость гласит: забраться на гору куда проще, чем спуститься с неё. И к нынешнему его положению это относилось как нельзя лучше.
Карабкаясь вверх, он ясно видел каждый уступ, каждую щель, за которую можно зацепиться пальцами. Но путь назад превратился в сущую пытку. Из-за неудобного угла обзора все стыки и пазы стеклянного фасада оказались скрыты. Каждый шаг требовал предельной, колоссальной концентрации!
Подъём на самую верхотуру занял около двадцати минут, а вот спуск выпил полных сорок.
Однако, сколь бы мучительным и долгим ни казался этот путь, парень преодолел его и благополучно завершил испытание без единой царапины!
Хлоп-хлоп-хлоп!
Стоило Чэнь Фэю перемахнуть через раму вентиляционного люка и ступить на прочный пол смотровой площадки, как вокруг грянул шквал оглушительных аплодисментов. Все присутствующие смотрели на него с немой смесью шока, священного трепета и нескрываемого восхищения.
Ли Ян подскочил к нему в три широких шага, задыхаясь от пережитого ужаса:
— Ну как ты?! Цел?! Господи, да что с тобой не так?! Это же чистой воды безумие! Чтобы я больше ничего подобного не видел, слышишь?!
Хоть Чэнь Фэй и вернулся невредимым, сердце режиссера всё ещё бешено колотилось в груди, готовое вот-вот выпрыгнуть наружу. Он снова почувствовал тот самый леденящий страх, что охватывал его во время съёмок в реальной угольной шахте. Удушающая паника, тревога, стук крови в висках!
— Да успокойтесь вы, всё в порядке, — ухмыльнулся Чэнь Фэй, вытирая пот со лба. — Мне просто стало любопытно, каков вид с самой верхушки. Вот и забрался немного развлечься.
Любопытно, каков вид?
Забрался развлечься?!
— … — Ли Ян на мгновение потерял дар речи, лишь ртом воздух заглотал.
Бросив первое попавшееся оправдание, Чэнь Фэй бегло огляделся по сторонам и, подхватив опешившего режиссёра под локоть, увлёк его к лифтам.
Задерживаться здесь не стоило ни секундой дольше. Ещё немного, и разъярённо-восхищенная толпа инострацев просто сомкнёт кольцо — тогда вырваться без скандала уже не удастся.
Вот только Чэнь Фэй не учёл одного: пока он спешно ретировался, десятки зевак с видеокамерами уже успели запечатлеть и его лицо, и весь его невероятный трюк от начала и до конца.
Сбежав из телебашни словно преступники, они укрылись в отеле.
В последующие дни Ли Ян больше не заставлял Чэнь Фэя раздавать листовки. Более того, он и сам бросил это занятие. Оставшееся до премьеры и церемонии награждения время они провели в номере, гипнотизируя друг друга мрачными взглядами.
— Режиссёр Ли, занимались бы вы своими делами, честное слово. Не нужно за мной сидеть и присматривать. Клянусь, я больше никаких глупостей делать не стану!
— Ну-ну, — буркнул Ли Ян, сурово сдвинув брови. — Листовки больше не нужны. После твоей выходки на башне на показ и так набьётся полный зал, убытков точно не будет. Так что отныне и до самого вылета домой ты от меня ни на шаг не отпустишь!
Чэнь Фэй лишь сокрушённо вздохнул.
Двенадцатого числа точно по расписанию стартовал официальный показ.
Чэнь Фэй и Ли Ян лично встречали гостей у дверей кинозала. Толпа иностранцев с рекламными флаерами в руках шумным потоком хлынула внутрь, и едва ли не каждый стремился пробиться именно к Чэнь Фэю. Тот безумный рекламный трюк сработал на ура!
Своей главной целью европейцы ставили возможность вживую увидеть «человека-флага», а сам фильм для многих был лишь приятным приложением к кумиру.
Однако полуторачасовая картина «Слепая шахта» заставила зрителей буквально затаить дыхание.
Сун Цзиньмин и Тан Чаоян сыграли настолько хладнокровных, жестоких и циничных мерзавцев, что из разных концов зала то и дело доносились шокированные возгласы. А вот простодушная, искренняя и наивная игра Чэнь Фэя заслужила от искушенных западных критиков множество поднятых вверх thumbs up. Особый фурор произвела сцена в «массажном салоне» — зал взрывался одобрительным смехом и возгласами «Good!».
Показ прошёл с оглушительным успехом. На выходе из зала Чэнь Фэя облепила плотная толпа: люди наперебой просили автографы и щедро осыпали комплиментами его актёрский талант. И в кадре, и в реальной жизни этот парень умел поражать до глубины души.
Дни летели вереницей. Картины со всех уголков планеты отсматривались, сортировались, получали оценки жюри и распределялись по номинациям.
Наконец настал торжественный миг официальной церемонии вручения наград.
Сидя в задних рядах огромного зала, Чэнь Фэй любопытствующим взглядом скользил по присутствующим. Поодаль он приметил съёмочную группу фильма «Герой».
Чжан Имоу, облачённый в безупречно скроенный строгий костюм, восседал ближе к сцене и увлечённо беседовал с иностранными коллегами.
Однако, когда со сцены объявили, что фильм «Герой» удостаивается Премии Альфреда Бауэра, улыбка на лице именитого режиссёра мгновенно погасла.
Эта награда явно не входила в его амбициозные планы. По сути, приз за «открытие новых путей в киноискусстве» был лишь утешительной костью для столь масштабного проекта.
Глядя, как Чжан Имоу с каменным лицом поднимается на сцену, Ли Ян тихонько пробормотал на ухо Чэнь Фэю:
— Это же Чжан Имоу… Сними такое кино кто-нибудь другой, ему бы и утешительного приза не видать.
— И то правда… — согласился Чэнь Фэй.
«Герой» слишком выбивался из привычного формата Берлинского фестиваля, так что даже такой серебряный приз был весьма щедрым жестом.
Зато сам Ли Ян неожиданно выкинул настоящий трюк! Его объявили победителем сразу в двух ипостасях — как режиссёра и как сценариста. Фильм «Слепая шахта» забрал «Серебряного медведя за выдающийся художественный вклад»!
Это была полноценная, весомая награда основного конкурса!
Хоть Ли Ян и надеялся на успех, он и помыслить не смел, что уедет из Берлина с настолько престижным трофеем.
Когда диктор громко зачитал его имя, Ли Ян подскочил с кресла как укушенный. Он сгреб Чэнь Фэя в охапку и сжал в безумных медвежьих объятиях:
— Мы сделали это! Чэнь Фэй! Мы победили!
Парень лишь мысленно порадовался, что он не девушка, иначе в порыве чувств режиссёр запросто лишил бы его целомудрия…
Под бурные овации зала Ли Ян поднялся на подмостки и заговорил в микрофон. Его английский был вполне понятен, и Чэнь Фэй без труда разбирал эмоциональную речь: режиссёр рассказывал о трудностях съёмок, о рисках и благодарил всех, кто в него верил. Включая, разумеется, и своего молодого инвестора.
Заметив, как Ли Ян со сцены машет ему рукой, Чэнь Фэй с улыбкой поднялся с места и под прицелом десятков кинокамер поддержал его громкими аплодисментами.
В первых рядах партера Чжан Имоу и Чжан Цзыи с нескрываемым изумлением обернулись к задним рядам. Они никак не ожидали увидеть Чэнь Фэя на столь торжественном мероприятии.
Но ещё больше их поразили слова Ли Яна: оказывается, этот юнец был не просто актёром, а основным инвестором «Слепой шахты»!
— Когда всё закончится, пригласи его ко мне, — тихо бросил Чжан Имоу своей ассистентке, не сводя взгляда с парня.
— Будет сделано, — кивнула девушка и, вытащив телефон, быстро отыскала нужный номер.