Глава 41 - Снова на съёмках: провал между людьми
Взвесив все «за» и «против», Ли Ян всё же согласился на условие Чэнь Фэя о дополнительных инвестициях.
Продажа квартиры сулила слишком много хлопот, на которые у него не было ни времени, ни сил. Шестьсот тысяч юаней, внесенные Чэнь Фэем, снимали с его плеч колоссальный груз.
Общий бюджет картины «Слепая шахта» составлял около трёх миллионов, так что за свои шестьсот тысяч Чэнь Фэй гарантировал себе ровно двадцать процентов от общей доли прибыли.
— Когда подпишем контракт? — не скрывая азарта, поинтересовался Чэнь Фэй.
Он ни капли не сомневался в оглушительном успехе картины. Пусть даже исполнительным продюсерам пришлось заменить Вана Баоцяня на него — суть от этого не менялась. А значит, эти шестьсот тысяч юаней были не просто вложением, а безупречной, гарантированно прибыльной сделкой. Грех не воспользоваться!
Вот заработает он солидный капитал — и можно будет официально запускать проект «Погребённый заживо».
Заметив его нетерпение, Ли Ян усмехнулся и спросил:
— У тебя есть своя зарегистрированная кинокомпания?
Чэнь Фэй озадаченно качнул головой:
— Нет. А зачем она мне?
— Налоги, парень, — с терпением бывалого объяснил Ли Ян. — Поставишь подпись как физическое лицо — из твоей доли вычтут подоходный налог по полной ставке. А если оформлять контракт на юридическое лицо, всё пойдёт по совсем другим финансовым статьям. Разница может составить не один миллион!
— Вот оно как… — Чэнь Фэй на мгновение задумался и тут же принял решение: — Тогда подожди пару дней. Я сначала зарегистрирую компанию и подпишу документы уже от её имени.
— Идет. Только не затягивай: чем быстрее оформим, тем скорее запустим съёмки.
— Договорились!
***
Спустя три дня, благодаря хрустящим купюрам, открывавшим любые двери, на свет официально появилась Акционерная компания с ограниченной ответственностью «Кинокомпания «Фэйюэ»».
Офис разместился неподалёку от БФА: Чэнь Фэй снял пару помещений на первом этаже, навесил скромную вывеску, навел минимальный глянец — и вуаля, фирма открыта!
Поскольку в тонкостях бухгалтерских отчётов и юридических нюансах он разбирался как свинья в апельсинах, то просто набрал номер Чжао Чжэняна и попросил помочь с кадрами. Network у старого Чжао был грандиозным: всего за полдня он подтянул нужного специалиста, а заодно посватал проверенное юридическое бюро. Впредь все контракты можно было со спокойной душой перепоручать им.
На четвёртый день Чэнь Фэй уже от имени своей компании заключил договор с Ли Яном и единовременным переводом зачислил на его счёт все шестьсот тысяч юаней.
Ли Ян, много лет проработавший режиссёром, и сам скопил кое-какие сбережения. Поскребя по сусекам и добавив деньги Чэнь Фэя, он наконец наскрёб всю сумму — три миллиона юаней были готовы к бою.
Съёмочной локацией выбрали Кайфэн в провинции Хэнань. Ли Ян заранее вывел связи на местную угольную шахту, и её руководство за умеренную плату с радостью сдало им в аренду заброшенный забой. Само собой, эта арендная плата перекочевала прямо в карман начальника шахты.
Когда последние приготовления завершились, Ли Ян отправился на место первым. Исполнитель главной роли был найден, однако требовалось набрать ещё целую охапку актёров второго плана, так что режиссёру предстоял вояж в Хэндянь.
Чэнь Фэю оставалось лишь ждать звонка: как только Ли Ян даст отмашку, он тут же выдвинется вслед за ним.
Вызов раздался через два дня. Убедившись, что актёрский состав набран, а оборудование доставлено, Чэнь Фэй вновь переступил порог кабинета Чжао Чжэняна.
Не успел юноша открыть рот, как декан опередил его:
— Снова отпрашиваешься?
— Так точно, — кивнул Чэнь Фэй. — Начинаются съёмки «Слепой шахты».
На лице Чжао Чжэняна отразилась смесь крайнего изумления и глубокомысленного восхищения. Ещё когда Чэнь Фэй звонил ему по поводу регистрации фирмы, он о чём-то подобном и догадывался. А когда до него дошли слухи, что мальчишка ухнул в «Слепую шахту» целых шестьсот тысяч, первой мыслью было: неужели парня просто обвели вокруг пальца?
Однако, трижды перепроверив всё и убедившись, что Чэнь Фэй действовал с холодным расчётом, останавливать его декан не стал. И всё же в душе не мог не удивляться.
Пока его однокурсники беззаботно баловались и прожигали юность, этот парень уже инвестировал в кинематограф сотни тысяч!
Пропасть между людьми бывает поистине колоссальной.
— Езжай, — Чжао Чжэнян махнул рукой, но тут же строго добавил: — И захвати с собой учебники. С общеобразовательными предметами у тебя, прямо скажем, негусто. Посмотри на Лю Ифэй: она тоже вечно в разъездах, а на экзаменах всегда в первых рядах. Вот с кого тебе надо брать пример!
— Э-э… Понял, сделаю, — серьёзно кивнул Чэнь Фэй, хотя мысленно не удержался от ехидного комментария: «Да куда мне до нашей Небожительницы Лю? Она-то у нас всесторонне развитый гений, комсомолка и спортсменка, а я так — скромный, чистый душой мальчик».
Выйдя из кабинета Чжао Чжэняна, Чэнь Фэй помчался в общежитие. Парни были на парах, комната пустовала, что избавило его от очередного ворчания Чжу Явэня о том, что его снова не взяли на съёмки.
Оседлав свой двухколёсный мотоцикл, Чэнь Фэй покатил к вокзалу. Отсыпав мелочи бабке на парковке и взяв с неё строгое обещание присмотреть за «конём», он поднялся в вагон обычного зелёного поезда.
Когда он наконец добрался до съёмочной группы, Ли Ян при первом же взгляде на него едва не расхохотался:
— Ого! Вот это вид! Ну-ка, парень, брысь от душа! Следующие несколько дней вообще не мойся, будем снимать прямо так. Идеальная текстура!
Появление Чэнь Фэя, утверждённого на главную роль, естественным образом приковало к нему взгляды съёмочной группы.
— Знакомьтесь, это Чэнь Фэй, — прозвучал над площадкой голос Ли Яна. — Он работал постановщиком боевых сцен в «Герое», играл Сун Циншу в «Небесном мече» и Мужун Фу в «Восьми частях света», а ещё снимался в «Юном Уэсли». Здесь он играет нашего главного героя.
Слушая послужной список юноши, актёры ошеломлённо переглядывались. Когда Чэнь Фэй только появился, многие подумали, что Ли Ян просто подцепил какого-то зелёного первокурсника из театрального. Кто бы мог подумать, что за плечами этого юнца такой внушительный бэкграунд!
Ли Исян, исполнявший роль Сун Цзиньмина, и Ван Шуанбао, игравший Тана Чаояна, тут же подошли познакомится и пожать ему руку.
Потратив полдня на то, чтобы влиться в коллектив, во второй половине дня Чэнь Фэй вместе с ключевыми актёрами собрался под крылом Ли Яна на сценарный читкой.
Собрались профессионалы. За исключением Чэнь Фэя, остальные крутились в киноиндустрии не первый год, так что в их мастерстве сомнений не возникало. Единственное, на что требовалось обратить особое внимание, — это тонкая психологическая прорисовка характеров.
И в первую очередь это касалось Чэнь Фэя.
Его герой, Юань Фэнмин, проходит сложную эволюцию: в начале он — наивный, не видавший жизни старшеклассник, вынужденный идти в рабочие из-за бедноты, но постепенно его чистота и неведение рушатся под давлением жестокой реальности. В финале он так и не раскрывает никому причин гибели Тана и Суна, а просто забирает деньги и уходит — и это ключевой перелом в его характере.
Подводя итог встрече, Ли Ян произнёс:
— Поскольку часть сцен нам придётся снимать на глубине более двадцати метров под землёй, прошу всех быть предельно осторожными. На первом месте — ваша безопасность, и только потом — график. Сцены в забое мы оставим напоследок и снимем за один заход, а пока сосредоточимся на наземных эпизодах. Из-за сжатых сроков и бюджета график будет плотным, так что прошу всех собрать волю в кулак.
Присутствующие молча кивнули. Все пришли сюда зарабатывать и кормить семьи, а ради денег можно и потерпеть. К тому же эта работа всё равно была куда легче, чем таскать кирпичи на стройке.