Глава 1366 - Новый год! Время бума проектов!
Время летело неумолимо, и вот уже наступила вторая половина февраля.
Зимняя Олимпиада официально подошла к концу.
Девять золотых, четыре серебряные и две бронзовые медали — такой урожай наград стал абсолютным историческим рекордом для Китая за всё время участия в Зимних Играх, подняв сборную на третью строчку общего медального зачёта!
Вся страна ликовала.
Благодаря успеху церемоний открытия и закрытия Чжан Имоу вновь оказался на вершине славы. Почётный титул «Национальный Мастер» снова зазвучал отовсюду — казалось, режиссер повторил свой триумф двенадцатилетней давности, когда после Игр 2008 года заслужил всенародное почитание.
В это же время в прокат вышел голливудский фильм «Смерть на Ниле». Впрочем, лента провалилась с треском прямо на старте: миллионные инвестиции растворились в кинопрокате без единого всплеска.
Что касается фильмов новогоднего сезона, то первой сдала позиции лента «Четыре моря». Скромные 542 миллиона юаней кассовых сборов не спасли её от досрочного снятия с экранов. Это был крупнейший провал Хань Ханя за всё время его работы в кинематографе — откреститься от этой неудачи не могли даже самые верные поклонники. И ведь главную роль сыграл сам Шэнь Тэн! Если уж с его участием картина потерпела крах, то насколько же беспомощным был сам фильм.
Зато «Чудо: Неугомонный малыш» и «Этот киллер не так прост» продолжали стремительно наращивать кассу.
В офисах Кайсинь Махуа уже вовсю готовились к праздничному банкету. Понимая, что на подходе очередная лента с кассой за два миллиарда, Чжан Чэнь светился от счастья. Он заранее набрал Чэнь Фэя, настаивая, чтобы тот непременно пришёл на торжество. Чэнь Фэй, разумеется, охотно согласился.
В кабинете председателя компании Фэйюэ Мувиз царила тишина. Положив трубку после разговора с Чжан Чэнем, Чэнь Фэй взял перьевую ручку и поставил свои подписи в конце двух проектных документов, лежавших на столе.
Затем он вызвал секретаршу и распорядился:
— Отнеси эти два проекта Чжун Лифан. Пусть организует их отправку на цензуру.
— Хорошо, господин Чэнь, — кивнула девушкой и, подхватив папки, быстро вышла.
Уже через час концепты фильмов «Возвращение домой» и «Убийца 2» были доставлены в Государственное управление по делам кинематографии.
Молодой клерк, принимавший документы, не удержался от изумлённого вздоха и принялся шептаться с коллегой:
— Фэйюэ Мувиз просто поражают! Год только начался, а они принесли уже целую кипу новых сценариев. Их сценаристы работают как ненормальные!
Коллега со знающим видом ухмыльнулся:
— А ты как хотел? Это же ведущая частная киностудия страны. Я слышал, у них в сценарном отделе пашет около сотни человек!
— Сколько-сколько?!
— Вот именно! По-твоему, как они выбились в лидеры? Ставка на высокое качество и безупречный уровень. С ними мало кто может сравниться.
Слухи о мощной сценарной команде Фэйюэ Мувиз ходили не только в коридорах Государственного управления — их с завистью обсуждали по всей киноиндустрии.
Дон Пин, например, давно пускал слюни на этот сценарный цех. Увы, сколько бы он ни бился и какие бы астрономические суммы ни предлагал, ключевые авторы казались буквально прикованными к Чэнь Фэю — переманить их не удавалось ни за какие деньги. С рядовыми сотрудниками было проще: предложи нужную сумму — и они перебегут в Huanxi Media. Вот только пользы от середняков не было никакой. Дон Пину требовались настоящие мастера, способные выдавать хит за хитом.
Впрочем, и в его компании имелись свои таланты. Взять хотя бы Чэнь Юя, написавшего вместе с Чжан Имоу сценарий к фильму «Прочный как скала» — его уровень был весьма высок.
И вот сегодня утром Чэнь Юй принёс в Huanxi Media новый сценарий, над которым трудился полгода. Вместе с ним пришёл и Чжан Имоу, только что освободившийся после Олимпиады. Церемония закрытия осталась позади, работа завершилась, и мэтру пора было браться за новый проект. Несмотря на свои семьдесят два года, Чжан Имоу не испытывал недостатка в творческой энергии, да и финансовый вопрос всё ещё оставался для него актуальным.
— Пейте чай, давайте всё спокойно обсудим, — с сияющей улыбкой произнёс Дон Пин.
Он лично разлил свежезаваренный чай по пиалам Чжан Имоу и Чэнь Юя, после чего откинулся на спинку кресла. Его взгляд приковало название на обложке сценария.
Три крупных иероглифа заставили его замереть: «Вся река красна»!
Чэнь Юй сделал глоток и принялся объяснять сюжет:
— Действие разворачивается в эпоху Южная Сун, в годы правления под девизом Шаосин. Накануне тайных переговоров канцлера Цинь Хуэя с представителями государства Цзинь цзиньский посол таинственно погибает, а находившееся при нём секретное письмо исчезает. Рядовой солдат Чжан Да и заместитель командующего Сунь Цзюнь оказываются втянуты в опасную интригу. За один часовой отрезок они должны распутать сговор, за которым скрывается заговор, способный перевернуть всю империю...
Чэнь Юй постучал пальцем по папке:
— Вся история происходит в замкнутом пространстве резиденции канцлера. Двигателем сюжета выступают диалоги и неожиданные повороты. Это классический детектив в замкнутом пространстве.
Чжан Имоу поставил пиалу и подхватил мысль, опираясь на свой богатый опыт:
— Для такого жанра визуальный ряд можно построить на жёстком цветовом контрасте, создающем чувство тревоги. Например, тёмно-красные стены дворца, тёмно-серый камень мостовой... А длинные кадры без склеек усиливают ощущение удушья и безысходности.
Он поднялся и нарисовал рукой дугу в воздухе:
— Ключевые сцены стоит выстроить по круговой композиции, чтобы зритель вместе с героями заставлял себя плутать по лабиринту внутренних дворов, не ведая, кто ждёт за очередным поворотом.
Дон Пин мало что понял в художественных изысках, но уловил главное: замкнутая локация, постоянный состав персонажей...
«Это же означает, что затраты на декорации и съёмки будут минимальными!»
От этой мысли его глаза азартно блеснули. Он хлопнул себя по колену:
— Отлично! История захватывает! Но на главные роли нужно набрать исключительно топовых звёзд!
— Топовых? — Чэнь Юй и Чжан Имоу одновременно переглянулись, ожидая пояснений.
Дон Пин возбуждённо заходил по кабинету:
— Олимпиада только что завершилась, волна патриотизма в обществе на пике! Надо ковать железо, пока горячо! Возьмём парочку кумиров молодёжи на роли пылких воинов, а на задний план поставим заслуженных ветеранов сцены для солидности. Касса гарантирована!
Чжан Имоу нахмурился и хотел было возразить, но Дон Пин не дал ему вставить слова:
— Старик Чжан, ты не понимаешь! Сейчас зритель клюёт именно на это. Фан-база обеспечивает кассу, а старая гвардия удерживает рейтинг! Это самая надёжная схема.
Он повернулся к сценаристу:
— Чэнь Юй, пропиши молодым персонажам яркие, героические черты, чтобы фанаты в сетях от восторга визжали. Это поднимет шумиху до небес!
Чэнь Юй взглянул на Чжан Имоу, но тот лишь молча допил чай, не став спорить.
— Популярных актёров привлечь можно, но они должны соответствовать ролям, — в голосе Чжан Имоу прозвучали нотки компромисса, но и уступать полностью он не собирался. — Чжан Да — обычный маленький человек из низов. В его глазах должна читаться хитрость, а в характере — стальная жилка. Такое не сыграешь одной лишь миловидной мордашкой для голосований.
При всей любви к деньгам мэтр всё же заботился о репутации. Ему не хотелось, чтобы его смешали с грязью.
Дон Пин на миг смутился, но тут же вновь расплылся в широкой улыбке:
— Ты прав, мастер Чжан! По кандидатурам ещё обсудим. Главное — не терять времени. Пока олимпийский азарт не угас, за три месяца мы обязаны начать съёмки, а на праздник Весны выпустить фильм в прокат. Это будет абсолютный хит!
Он потёр руки, с жадностью глядя на обложку сценария, словно перед его глазами уже бежали бесконечные ряды цифр кассовых сборов. Глядя на то, как Фэйюэ Мувиз штампует один успешный проект за другим, а Huanxi Media топчется на месте, он сгорал от нетерпения. Если так пойдёт и дальше, акции компании поползут вниз, а этого допускать было нельзя.
— С моей стороны задержек не будет, — отозвался Чэнь Юй. Небольшая доработка сценария не займёт много времени.
Чжан Имоу тоже не стал тянуть резину:
— Договорились. Пару дней отдохну и приступлю к подготовке.
— Отлично! — Дон Пин хлопнул по столу. — Я отдаю команду готовить смету.
Приняв решение, троица рассталась, погрузившись в работу.
Дни летели незаметно, и вскоре наступил конец месяца.
Утром на официальном сайте Государственного управления по делам кинематографии появились три сообщения, мгновенно приковавшие к себе внимание всей индустрии.
[Сценарий драматического военного фильма «Возвращение домой», представленный компанией Фэйюэ Мувиз, успешно прошёл цензуру. Картина расскажет историю китайских дипломатов.]
[Сценарий остросюжетного криминального боевика «Убийца 2» успешно одобрен. Продолжение франшизы продолжит тему борьбы с международными наркокартелями.]
[Новая авторская драма Чэнь Кайгэ «Юность» прошла процедуру согласования. Фильм, снятый по собственному сценарию режиссера, соберет на экране Лю Хаожаня, Чэнь Фэйюя, Чжан Сюэин и Вэнь Ци. Картина повествует о взрослении и борьбе молодого поколения.]
[Сообщается, что фильм «Юность» при содействии Чжунъин уже направлен на Каннский международный кинофестиваль, где вместе с картиной «Паразиты» представит китайский кинематограф в основной конкурсной программе.]
Информационная волна в мгновение ока взлетела на верхние строчки трендов.
К постоянным анонсам новых проектов от Фэйюэ Мувиз публика успела привыкнуть — подобное происходило каждый год. А вот участие новой работы Чэнь Кайгэ в Каннском фестивале вызвало среди кинематографистов нешуточный резонанс.
— Чэнь Кайгэ всё никак не оправится от мечты об очередной «Золотой пальмовой ветви»?
— Со времён «Прощай, моя наложница» 1993 года он мечтает вновь пройтись по красной дорожке Канн и доказать миру свое величие. Интересно, выйдет ли что-то на этот раз?
— «Юность»? История юных лет самого Чэнь Кайгэ? Это же про те самые годы... Как вообще такой сценарий пропустили?!
— «Паразиты» и «Юность» едут в Канны вместе? Ого, давненько в нашей индустрии не было столь жаркого противостояния! Ждём с нетерпением!
— Если подумать, кроме Чэнь Фэя и Чэнь Кайгэ, больше никто из наших режиссеров «Пальмовую ветвь» не получал. Вдруг в этот раз повезет?
В киношных кругах не затихали споры.
В перерывах между написанием сценариев Чэнь Фэй получал немало кулуарных новостей. Например, Жэнь Чжунлунь по секрету шепнул ему, что фильм Чэнь Кайгэ действительно затрагивает непростую тему Культурной революции. Ван Юн, в свою очередь, сообщил, что за прохождение цензуры поручился новый руководитель Чжунъин.
— Мой отец сказывал, будто новый председатель Чжунъин, господин Фу Руоцин, сделал основную ставку именно на Чэнь Кайгэ, — поделилась новостями Хань Цзянюй.
Чэнь Фэй ничуть не удивился. Сейчас все ведущие режиссёры авторского и коммерческого кино были распределены по «лагерям». У Huanxi Media образовался альянс именитых постановщиков, Бона опиралась на кинематографистов Гонконга, Алибаба и Tencent сорили деньгами налево и направо, заманивая кадры, а Ванда почти сдулась...
В такой ситуации Фу Руоцину, только-только занявшему кресло главы Чжунъин, срочно требовалась громкая фигура, чтобы заявить о себе. Чэнь Кайгэ подходил идеально: обладатель «Золотой пальмовой ветви», режиссёр картины «Моя родина и я», собравшей в прокате больше трёх миллиардов юаней. Таланта ему было не занимать — подводила лишь непомерная гордыня да отсутствие человека, способного удержать его в рамках.
— Честно говоря, мне даже любопытно, — внезапно заговорил Чэнь Фэй.
— И что же тебя так интригует? — переспросила Хань Цзянюй.
— Интересно, каков будет результат, когда Чжунъин и Чэнь Кайгэ слились в экстазе.
— А то ты не знаешь! — безжалостно прошлась Хань Цзянюй по авторитету режиссера. — Получится очередная «Клятва»! «Убийство из-за булочки»... Семнадцать лет прошло, а я до сих пор так и не поняла, о чём вообще был тот шедевр.
Чэнь Фэй едва удерживался от смеха. Язычок у девицы был острый как бритва.
— А ты что тут пишешь? — Хань Цзянюй любопытно наклонилась над его столом.
В глаза ей бросился заголовок: «Детектив из Чайнатауна 1990».
Сюжет разворачивался в 1990 году в Сан-Франциско. В Чайнатауне происходило загадочное убийство белой женщины. Полиция мгновенно обвинила в преступлении местную общину, расовое напряжение накалилось до предела.
Хладнокровный и проницательный мастер китайской медицины Цинь Фу обладал выдающимся аналитическим умом, а его напарник — вспыльчивый индейский охотник А-Гуй — досконально знал все закоулки Чайнатауна. Чтобы снять обвинения со своих соотечественников, эти двое объединились в поисках настоящего убийцы.
Расследование затягивало их в паутину теневых банд Чайнатауна и тайных обществ. Цинь Фу применял в расследовании традиционные врачебные методы — осмотр, слушание, опрос и пальпацию, а А-Гуй использовал свои уличные навыки. Их контрастный дуэт порождал массу комедийных ситуаций и напряжённых детективных сценок.
По мере распутывания клубка всплывала мрачная история «Акта об исключении китайцев» и тяжелейший труд первых эмигрантов. Главы китайских триад тайно защищали свой район, а прогрессивная молодёжь вставала на защиту справедливости...
Комедийный детектив проникался глубоким патриотизмом, а в финале слова «Спасти Китай» доводили эмоциональный накал до максимума.
Пробежав глазами синопсис и готовые сцены, выпускница сценаристского факультета Хань Цзянюй восхищённо подняла большой палец:
— Старший брат, твоё сценарное чутьё — это нечто! Снимаю шляпу...
Чэнь Фэй смерил её строгим взглядом:
— Ты так и не ответила, зачем пришла. Сидишь тут уже больше часа. Есть дело — говори, нет — иди гуляй, не мешай работать.
— Да нет у меня дел, — пожала плечами Хань Цзянюй. — Дома скучно. Вэнь Муе улетел на мероприятие в Шанхай, вот я и пришла в компанию развеяться.
«Развеяться?»
Больше всего Чэнь Фэй не любил работать, когда кто-то рядом прохлаждался. Особенное раздражение вызывало то, что Хань Цзянюй с ухмылкой маячила перед глазами.
— Ладно. Раз тебе нечем заняться, я дам тебе один сценарий...
— Ну уж нет! Старший брат, ты же обещал! — Хань Цзянюй отскочила на пару шагов, с подозрением уставившись на него. — Ты сам в прошлом месяце говорил, что после «Паразитов» дашь мне отпуск! А теперь снова суёшь работу? У меня синяки под глазами уже как у панды!
Она упёрла руки в бока, всем своим видом выражая протест. Девушка планировала дождаться возвращения Вэнь Муе и рвануть с ним на Санья. Взять новый проект сейчас означало перечеркнуть все планы!
Чэнь Фэй закатил глаза, но уголки его губ тронула улыбка:
— Не кипятись раньше времени. Этот сценарий — подарок для Лю Ифэй на день рождения. Она хочет попробовать себя в роли режиссёра и снять собственное кино, вот я и набросал концепт. Раз уж ты свободна, поработай мозгами: помоги расписать сцены, составь структурную карту, подбери материалы. Справишься?
Хань Цзянюй подозрительно приблизилась, взяла синопсис и, бегло пролистав его, облегчённо вздохнула. Малобюджетная авторская драма — идеальный вариант для дебюта.
— Ладно, так и быть. Ради Ифэй я готова помочь.
С этими словами она спрятала наброски в сумку и направлялась к выходу. Оставаться здесь дольше было опасно: того и гляди загрузит ещё чем-нибудь.
Наступил март.
Кинотеатральные сети получили серию уведомлений о продлении проката новогодних хитов:
[«Этот киллер не так прост» — прокат продлён до 4 апреля.]
[«Чудо: Неугомонный малыш» — прокат продлён до 1 апреля.]
[«Медведи-соседи: Возвращение на Землю» — прокат продлён до 1 апреля.]
Вместе с анонсами пришли и свежие кассовые сводки: «Этот киллер не так прост» преодолел отметку в 2,5 миллиарда юаней, «Чудо: Неугомонный малыш» собрал 1,5 миллиарда, а «Медведи-соседи: Возвращение на Землю» — 1,17 миллиарда.
Общие показатели праздничного периода оказались не самыми высокими, но те, кто должен был заработать, получили сполна.
В штаб-квартире iQIYI Гун Юй собрал топ-менеджеров компании, чтобы объявить о важнейшем стратегическом решении.
Свет верхних ламп отбрасывал резкую тень на его фигуру. Он с размаху бросил три отчёта о кассовых сборах на середину стола:
— «Киллер» — два с половиной миллиарда! «Чудо» — полтора миллиарда! Даже анимация забирает больше миллиарда! — Его горящий взгляд прошёлся по замершим руководителям подразделений. — Наша стриминговая платформа слишком долго буксует в болоте застоя подписчиков. Мы обязаны открыть новый фронт. С этого дня iQIYI официально начинает производство собственное кино!
Директор по развитию попытался возразить:
— Господин Гун, кинопрокат требует огромных ресурсов на местах, а у нас...
— Ресурсы можно объединить, каналы — выстроить! — Гун Юй переключил слайд на презентации, где появилась схема развития рынка.
Он показал аналитику проектов, готовых к запуску:
— В этом праздничном сезоне посещаемость кинотеатров упала на 18%. Зрителю нужен новый формат эмоций! У нас есть контент, есть аудитория. Почему мы не можем создавать собственные хиты? От детективов и фантастики до комедий — мы охватим все жанры, создадим единую экосистему из фильмов, сериалов и игр!
В конференц-зале воцарилась Мёртвая тишина.
Спустя минуту финансовый директор осторожно заметил:
— Кинопроизводство требует колоссальных вложений, а окупаемость здесь крайне медленная. В случае провала...
— Кто не рискует, тот не пьёт шампанского! — отрезал Гун Юй, поворачиваясь к окну с видом на деловой центр города. — В течение трёх лет iQIYI обязана стать ведущим игроком в киноиндустрии! Это приказ. Собрание окончено. Жду готовые концепции от всех отделов через три часа!
Он вышел из кабинета, оставив подчиненных в полном замешательстве.
— Что это с боссом? С чего вдруг такая спешка? — прошептал кто-то из присутствующих.
Ответа не знал никто. Но уже на следующее утро, когда Youku опубликовала своё официальное заявление, пазл наконец сложился.