Глава 1336 - И цель, и амбиции!
Первую сцену «Паразитов» после старта съёмок решили разыграть в стеснённых декорациях полуподвальной квартиры. В центре кадра — семья из четырёх человек, ютящаяся за обшарпанным обеденным столом.
В душном, спёртом воздухе сырого помещения стоял въедливый запах плесени, смешанный со зловонием сгнивших на жаре отходов.
Чжан И соскребал ногтем прилипшие к краю пластиковой миски сухие ришины. Его адамово яблоко судорожно дёрнулось, когда он проглотил последнюю ложку помутневшего, вонючего овощного отвара. Сидевшая подле него Чжоу Сюнь дважды крутанула деревянными палочками по дну облупленного алюминиевого таза, пока ей не удалось выудить полкусочка вялого, пожелтевшего огурца.
Однако секундой позже, перехватив голодный, въевшийся в самую душу взгляд дочери — Чжао Цзиньмай, — женщина лишь тяжело вздохнула и молча разломила огуречный огрызок пополам.
— Эту юшку завтра ещё можно разбавить водой да пропятить, — натянуто хмыкнула она. — Лапши бросить — и вовсе пальчики оближешь.
Пэн Юйчан вытер рукавом губы, на которых не было и капли жира, и поднялся. Пластиковый стул с мерзким скрежетом проехался по голым доскам пола. В углу, испугавшись шума, метнулся через трещину в штукатурке жирный усатый таракан. Чжао Цзиньмай на автопилоте сдёрнула с ноги поношенный сланцевый тапок и со всей дури швырнула в мерзкое насекомое.
— Твари усатые, с каждым днём их всё больше…
Не успела она договорить, как с потолка донёсся оглушительный грохот шагов: соседи сверху с таким остервенением волокли по полу мебель, что заложило уши.
Девушка втянула голову в плечи и испуганно пробормотала:
— Кстати, я тут хозяина на входе встретила… Он орал, что в общей прачечной опять трубу прорвало. Требует со всех жильцов деньги на ремонт.
— Где мы ему деньги возьмём?! — Чжоу Сюнь болезненно наморщила лоб и зачесала сальные паклы назад, обнажив испитое, желтушное лицо. Она с лютой ненавистью уставилась на мужа. — А у тебя что с работой? Опять получку зажали?
Чжан И выудил из кармана мятую, давным-давно попустую пачку. Поняв, что последняя сигарета была выкурена ещё вчера, он лишь бессильно сжал в кулаке картон — тот жалобно захрустел.
— Эх… На фабрике дела дрянь, у хозяина нет денег…
— Нет денег?! Если у него нет денег, значит, нам можно не платить?! — Глядя на эту жалкую, слюнявую тряпку вместо мужа, Чжоу Сюнь сорвалась на визг: — А ты что, другую работу найти не в силах?! Так и будешь до смерти за эту гнилую фабрику держаться?!
Бедность — верная спутница ссор. Стоит кошельку опустеть, как наружу выползают самые уродливые скандалы.
Видя, что родители вот-вот сцепятся в смертельной грызне, Чжао Цзиньмай зажала уши руками. На её юном лице застыла глубокая, почти взрослая тоска и раздражение. Будь у них хотя бы грош за душой, разве превратилась бы их жизнь в этот ад?
Пэн Юйчан, как старший брат, поспешил вмешаться:
— Да хватит вам орать! Завтра сам пойду батрачить. Днём — курьером на доставку, вечером — еду развозить. Если пахать без продыху, на хлеб всегда наскрeбём.
Не сумев поступить в нормальный университет, он похоронил надежды на будущее. Пересдача требовала безумных денег, которых у семьи не водилось. И чем просиживать штаны в каком-нибудь шарашкином институте, лучше пойти гнуть спину, помогать дому и не выслушивать каждый день родительскую брань.
Ш-ш-ш…
За окном раздался аппетитный скворец шипящего масла — из соседней закусочной донёсся густой аромат жареной курицы. Все четверо одновременно сглотнули слюну.
Чжоу Сюнь резко поднялась и с треском задернула выцветшую штору. Лучи света, пробивавшиеся сквозь дыры в ткани, пёстрыми пятнами легли на её заплатный фартук и испитые лица родных. Измождённые, унылые, болезненно-жёлтые физиономии — истинный портрет тех, кто обитает на самом дне.
При детях женщина не стала продолжать перепалку. Она молча собрала с огрызками тарелок остатки месива в треснувшую эмалированную миску, придумывая, как растянуть эти помои ещё на пару дней. В богатых домах выбросили бы такое не задумываясь, забив огромные холодильники свежим мясом и деликатесами. Но здесь холодильник хранил лишь заветренные обноски еды да гнилые капустные листья, пойманные на задворках рынка.
— Стоп! Снято! — раздался из-за мониторов голос Хань Цзянюй, усиленный мегафоном.
На её лице играла довольная, торжествующая улыбка.
Вот оно! Именно так и должно быть! Вот что значит работа настоящих, маститых актеров!
Огромная, сложнейшая сцена была сыграна без единой запинки, буквально с одного дубля. Для неё как для режиссёра это было сродни катарсису.
— Вот это я понимаю — класс! — Режиссёр в экстазе грохнула ладонью по столу. — Настоящая школа! Сыграно на одном дыхании, даже ритм дыхания калиброван с точностью до доли секунды!
Раньше, шатаясь по съёмочным площадкам других проектов и наблюдая за потугами так называемых «продюсерских идолов», она готова была сойти с ума от жалости к режиссёрам. Дабы выжать из бесполезной «звездочки» пару достоверных слезинок, приходилось делать по пятнадцать дублей! Что это за мусор вообще? И ведь у них ещё хватает дерзости бить себя в грудь и кричать об актёрском образовании!
А эти четверо? Они словно губки, пропитанные самой жизнью. Они отжали всю нищету, всю уродливую грязь быта и выдали концентрированный, чистый драматический шедевр. Вот она — истинная сила искусства!
— Старший брат, ну как тебе? Кадр хорош? — Хань Цзянюй повернулась к Чэнь Фэю, точно преданная собачонка, ожидающая похвалы.
— Угу, более чем, — удовлетворённо кивнул Чэнь Фэй и наставительно добавил: — Держи этот темп и качество до самого конца съёмок.
— Поняла, сделаем в лучшем виде!
Дав указания, Чэнь Фэй покинул площадку «Паразитов» и направился к павильонам Нин Хао, где вовсю шла подготовка к «Руинам Южного моря».
Сейчас Киногородок Шаньхэ работал на пределе своих мощностей. Под эгидой «Фэйюэ Мувиз» здесь одновременно закрутилось сразу несколько гигантских проектов. Помимо «Паразитов», уже строились главные съёмочные павильоны для «Блуждающей Земли 2» и «Руин Южного моря», а архитектурный комплекс в стиле эпохи Тан для «30 000 ли до Чанъаня» и мифическая база для «Нэчжа: Бунт в морском царстве» и вовсе были полностью сданы в эксплуатацию.
Благодаря единой логистике киногородка, передвигаться между площадками Чэнь Фэю было одно удовольствие. Стоило закончить на «Паразитах», как он тут же прыгал в юркий электрокар и с ветерком мчался к следующей съёмочной группе.
Колёса шуршали по гладкому асфальту, поднимая лёгкую пыль. Глядя на мелькающие за окном декорации, Чэнь Фэй мысленно похвалил себя за дальновидность. Когда они снимали в Хэндяне, львиная доля времени уходила на бесконечные согласования с местными чинушами. Чтобы выбить популярную локацию, приходилось вставать в очередь за три месяца и постоянно плясать под чужую дудку.
А теперь? Собственная киноимперия! От древних переулков до фантастических отсеков звездолётов, от мифических обителей до современных мегаполисов — любой каприз режиссёра воплощался по щелчку пальцев.
Именно это ощущение абсолютного контроля и давало проекту нерушимую уверенность. И именно это являлось фундаментом «киноиндустриализации», к которой стремилась «Фэйюэ Мувиз».
«Настанет день, когда Киногородок Шаньхэ затмит Хэндянь и станет крупнейшей съёмочной базой во всей стране!» — мысленно дал себе клятву Чэнь Фэй.
Это была не просто цель. Это были его грандиозные амбиции!
Производство фильмов, визуальные эффекты, дистрибуция, сеть кинотеатров, съёмочные базы, разработка франшиз… Он построит великую киноимперию! В конце концов, раз уж судьба подарила ему вторую жизнь, нельзя растратить её по пустякам!
…
Съёмочная площадка «Руин Южного моря».
Едва Чэнь Фэй ступил на локацию, как углядел Нин Хао, суетившегося в самом центре павильона. Режиссёрская кепка съехала набок, из кармана заляпанного невнятной грунтовкой комбинезона торчал обрубок рулетки, а на ногах красовались тяжелые резиновые сапоги. Если бы Чэнь Фэй не узнал его по голосу, то со спины легко принял бы Нин Хао за обычного прораба со стройки.
— Левее на пять сантиметров! Всю конструкцию! Эта ржавая балка должна ловить главный луч света, вам понятно?! — разорялся Нин Хао в рацию, вставая на цыпочки и показывая рабочим, под каким углом развернуть гигантский стальной каркас подводной лодки.
— Ого, ты что, решил всё море прямо в павильон загнать? — Чэнь Фэй вытребовал у реквизиторов каску, подошёл ближе и с улыбкой хлопотал Нин Хао по плечу.
— О, брат! Ты какими судьбами? — Нин Хао повернулся, его глаза горели азартным огнем. Он без лишних слов сгреб Чэнь Фэя за рукав и потащил в сторону временного съёмочного ангара.
Под крышей из стальных ферм располагался гигантский кольцевой резервуар диаметром в двадцать метров, который сейчас заполнялся водой. Вокруг него надолбами стояли десятки специальных подводных камер, а на глади бассейна отражался рой зависших под потолком дронов.
— Хе-хе, в этот раз я замахнулся на нечто действительно монументальное! — Нин Хао сорвал с плеча полотенце и утёр взмокшее лицо. — Морской водоворот из оригинала нельзя делать дешёвой графикой, зритель не поверит. Поэтому мы собрали трёхъярусную гидросистему имитации течений. На поверхности волновые машины создают шторм, в толще зашито триста генераторов пузырей, а на самом дне установлена магнитогидродинамическая установка, преломляющая свет!
С этими словами он указал на деревянный остов старинного корабля, который как раз опускали краном в центр резервуара. Борта судна были сплошь облеплены настоящими ракушками и кораллами.
— Когда отснимем сцену, мы затопим его окончательно. Тридцать подводных точек съемки в непрерывном режиме будут фиксировать процесс гниения и разрушения дерева! А потом мы вмонтируем эти кадры в основной фильм…
Чэнь Фэй слушал с нескрываемым интересом. Когда Нин Хао закончил, он выдвинул своё предложение:
— Можно добавить многочастотную гидроакустическую систему. Она позволит послойно записать гул пузырей, шумы течений и скрежет ломающихся шпангоутов. А на постпродакшене мы сделаем спектральное разделение и зашьём это в саунд-дизайн.
Глаза Нин Хао вспыхнули ещё ярче. Он тут же подскочил к помрежу и заставил того записать слова Чэнь Фэя до последнего знака.
— У тебя опыт богаче, подсказывай, не стесняйся! — Режиссёр указал на свисающий с потолка гигантский светодиодный экран: — Перед стартом съёмок я хочу заменить весь этот купол на динамическую проекцию в 8K. Днём она будет давать блики морской глади, а ночью превращаться в звёздный водоворот. Планирую официально стартовать в первой декаде июля, а во время астрономического прилива записать реальные данные волн и загрузить их в гидросистему. Чтобы каждый кадр дышал настоящим океаном! Что думаешь?
Чэнь Фэй задумчиво уставился на воду:
— Динамические декорации могут сильно зажать актёров в движении. Советую смонтировать на бортах съёмные платформы, а при необходимости подключать каскадёрские тросы для съёмок в невесомости.
Взяв из рук Нин Хао чертёж, он карандашом обвёл несколько ключевых точек:
— Вот здесь обязательно добавь вспомогательный свет. Подводные блики съедят всю мимику на лицах.
— Принято! Сейчас же отправлю ребят переделывать!
Благодаря Чэнь Фэю, Нин Хао уже не раз созванивался с Джеймсом Ваном. Тот во время работы над «Акваменом» собаку съел на подводных съёмках, скопив немало бесценных секретов. С подачи Чэнь Фэя голливудский мастер без тайн поделился опытом с китайским коллегой. А Нин Хао, известный в режиссерских кругах своими безумными задумками, скрестил технические тонкости с собственным видением, превратив «Руины Южного моря» в колоссальный аттракцион!
— Я хочу, чтобы зритель захлебнулся от восторга! Чтобы у всех челюсти отвисли от реализма этого подводного ада! Пусть супостаты видят: не только Голливуд умеет снимать воду! Мы тоже мостаки! В китайском кино тоже может быть грандиозное подводное зрелище!
Глядя на распалившегося Нин Хао, Чэнь Фэй веско опустил ладонь ему на плечо. В его голосе зазвучали стальные, серьезные нотки:
— По моим расчетам, «Аватар: Путь воды» выйдет в китайский прокат в следующем году. Когда ты закончишь «Руины Южного моря», прямой схватки лоб в лоб не избежать.
Даже если даты релизов не совпадут день в день, битвы в медиапространстве не миновать. И там, и там — подводный мир. Пресса и зрители неизбежно положат обе картины на аптекарские весы и начнут въедливо сравнивать каждый кадр.
В этой войне не будет пощады. Слабый станет посмешищем и с позором пойдёт на дно.
Нин Хао багровел на глазах, от возбуждения на его шее вздулись жилы. Он взмахнул чертежами, брызжа слюной:
— Да мы их в порошок сотрем! Моя трехъярусная ротационная камера погружена в тридцать тысяч тонн воды! Актёры в настоящих аквалангах выдают дубли по пять минут! Да разве какой-то всшивый зелёный экран с этим сравнится?!
— Ха-ха, отлично! То-то я с нетерпением буду ждать премьеры.
……
Стоит только с головой уйти в работу, как время начинает стремительно утекать сквозь пальцы.
Конец июня ознаменовался очередным затишьем на кинорынке. Особенно после того, как из проката вышли голливудские ленты «Гнев человеческий», «Форсаж 9» и «Тихое место 2» — кинотеатры буквально завопили от голода. Качественных картин в репертуаре не осталось, касса просела до катастрофических значений, убытки росли с каждым днём.
Кому такое понравится?
В середине июня попыталась выстрелить лента «Превосходство» с Чжэн Каем в главной роли, но тот совершенно не удержал кассу — его кассовый потенциал оказался пшиком. Что же касается фильмов «Замечательный папа» и «Хранитель острова», то они блеснули лишь на мгновение и тут же угасли.
Зато на ТВ-рынке бушевала жизнь. Сериалы «Влюблен в спецназ», «Древняя поэзия любви» и «Предатель» собирали отличную прессу и колоссальные просмотры. Из-за этого доли стриминговых платформ разрастались как на дрожжах, пока классический кинопрокат летел под откос.
Впрочем, несмотря на кризис, киностудии продолжали запускать новые проекты один за другим. Хань Хань объявил о старте съёмок «Четырех морей», Кайсинь Махуа взялись за ленту «Этот киллер не так прост», а New Classics Media анонсировали «Принца-двойника»…
На площадке «Паразитов» Лю Ифэй, просматривая очередные новости киноиндустрии, недоуменно протянула:
— Чэнь Фэй, мне кажется или за последние пару лет доля комедий на рынке выросла в разы? А вот уся, фэнтези, фантастика, детективы и даже патриотическое кино как-то сдали позиции…
Сидевший подле неё Чэнь Фэй, не отрываясь от сценария, бросил:
— Это капитал подбивает бабки.
— А? — Лю Ифэй хлопотала глазами, явно не уловив сути.
Чэнь Фэй закрыл папку и принялся терпеливо объяснять жене:
— Смотри сама. Если проанализировать цифры с 2018 года, средняя окупаемость комедий почти в два с половиной раза выше, чем у любого другого жанра. Особенно после того, как в начале года наш «Детектив из Чайнатауна 3» при бюджете меньше четырехсот миллионов поднял безумные шесть миллиардов восемьсот восемьдесят три миллиона кассы! У какого инвестора после этого глаза не нальются кровью от жадности?
Лю Ифэй почесала затылок:
— Но ведь если гнать одну комедию, зрителя быстро тошнить начнёт?
Чэнь Фэй хмыкнул:
— Капитал поставил на то, что «не начнёт»! Сейчас у людей клиповое мышление, всё внимание сожрали короткие видео. А хороший юмор способен захватить зрителя за пятнадцать секунд. Чтобы развернуть детектив, нужна предыстория; чтобы снять уся — нужна атмосфера и ностальгия; а фантастика вообще жрёт кучу денег на графику. Зачем напрягаться? К тому же эпидемия то и дело закрывает кинотеатры, инвесторы боятся вкладываться в крупный блокбастер. А комедия — дело простое: сколотил декорацию из палок, позвал парочку комиков — вот тебе низкие риски и быстрый возврат бабла. Естественно, все ломанулись туда.
— А-а! Теперь понятно! — осенило Лю Ифэй. Но тут же в её глазах вновь вспыхнуло любопытство: — Но почему тогда ты сам не снимаешь комедии? Я посмотрела наш производственный план — там вообще комедийных лент не видать.
Чэнь Фэй гордо ухмыльнулся:
— Если я пойду на поводу у толпы, чем мы будем отличаться от прочего сброда? Тогда наш лозунг про «премиальное кино» можно выбросить на помойку. К тому же эта волна скоро сойдёт. Когда зрителя окончательно скомкает от конвейерных шуток, наступит расцвет для настоящей драмы и фантастики. Наша задача — пустить глубокие корни, пока остальные хапают лёгкие деньги!
«Паразиты», «Чудо: Глупый ребенок», «Озеро Чанцзинь», «Овечка без пастуха», «30 000 ли до Чанъаня», «Блуждающая Земля», «Нэчжа: Бунт в морском царстве»… В руках Чэнь Фэя находились лучшие козыри индустрии! То, что не под силу другим, сделает он! Только создавая контраст, «Фэйюэ Мувиз» сможет остаться на вершине и не захлебнуться в мутном потоке дешёвки.
Дзинь-дзинь-дзинь…
Телефон разразился звонком. Чэнь Фэй глянул на экран — высветилось имя: Ван Чантянь.
— Алло, Ван Дон?
— Ха-ха-ха! — Раскатистый хохот главы «Гуансянь» едва не разорвал динамик. — «Твоя свадьба» официально вышла из проката! Итоговая касса — миллиард сто двадцать два миллиона! С тебя присутствие на банкете!
— Когда?
— Послезавтра вечером.
Чэнь Фэй мысленно сверил график, посмотрел на съёмочное расписание Хань Цзянюй и ответил:
— Идёт. Послезавтра вечером буду.
Как раз послезавтра утром «Tencent Pictures» и «Шанъин» проводят премьеру своей картины «1921». Жэнь Чжунлунь уже пару раз оборвал ему телефон с просьбой прийти и поддержать проект. Раз уж оба мероприятия выпали на один день, можно совместить приятное с полезным.
Положив трубку, Чэнь Фэй повернулся к жене:
— Со мной в столицу рванёшь?
— Не, я пас, — покачала головой Лю Ифэй. — Пользуясь окном, отсниму пару сложных сцен. Первого июля стартует промо-кампания «Мечты о процветании», вот тогда и возьму отгул.
— Ладно, как знаешь.
— Эй-эй-эй! А меня кто-нибудь спросить не хочет?! — поделав губы, подала голос Хань Цзянюй. Она явно была не в восторге от того, что Чэнь Фэй свалит и повесит на неё двойную норму.
Видя её обиженную физиономию, Лю Ифэй прыснула в кулак. А Чэнь Фэй, не давая жене начать утешения, перебил:
— Давай так: на обратном пути я захвачу с собой Вэнь Муе, подмогнет тебе. Идет?
Съёмки «Чудо: Глупый ребенок» подходили к концу, и притащить Вэнь Муе на пару дней развеяться — дело одного звонка.
Глаза Хань Цзянюй мгновенно вспыхнули:
— Правда?!
— Поглядите на неё, аж расцвела tutta, — с юмором поддел её Чэнь Фэй. — Я хоть раз тебя подводил?
— Хи-хи, спасибо, старший брат! Ты у меня лучший!
Хань-подлиза-Цзянюй снова вошла в образ!