Глава 132 - Ничья земля, никому не выжить!
Шумиха вокруг двухсот миллионов кассовых сборов «Безумного гонщика» нарастала с каждым днем...
Телефон Чэнь Фэя разрывался от звонков — звонили знакомые и незнакомые люди. Каждый из них начинал с дежурных поздравлений, затем ходил вокруг да около и в итоге сводил разговор к совместным проектам.
— Тысяча извинений, госпожа Цай, но в ближайшее время у меня нет никаких съемочных планов. На руках еще не оконченный фильм.
— Продакшн «Империя»? Здравствуйте, господин Хо. Да-да, работы выше крыши.
— Господин Ван? У господина Фэна скоро премьера, неужели у Хуайи еще остались средства на другие проекты?
Потратив полдня на бессмысленные разговоры, Чэнь Фэй понял: так дальше продолжаться не может. Эта свора мешала ему работать!
Он без колебаний отключил мобильный, и в ушах наконец воцарилась благословенная тишина.
— А ну-ка, живо выключили все телефоны! Работаем!
Под громкий клич Чэнь Фэя съемочная группа моментально вернулась в рабочее русло.
Съемки «Ничьей земли» не отличались высокой сложностью. За какие-то полмесяца успели закончить свои сцены сразу несколько актеров. С блоком на шоссе было полностью покончено, оставались лишь локации «Ночной Париж» и «Двухгорбый перевал».
Оказавшись на площадке, Ван Луодань наконец осознала, зачем Чэнь Фэй заставлял ее разучивать откровенные па.
По сюжету ее героине-танцовщице требовалось исполнить соблазнительный, провокационный танец прямо перед персонажем Чэнь Фэя — адвокатом!
— Режиссер Чэнь, а эта сцена действительно так необходима? Или вы ее от себя добавили? — Ван Луодань уперла руки в бока, стоя перед его палаточным кабинетом. Ее щеки пылали густым румянцем.
Сбрасывать всю одежду не требовалось, но сценарий требовал «страсти и чувственности», что стало для нее нешуточным испытанием.
Чэнь Фэй почесал кончик носа и с самым невинным видом отчеканил:
— Твой персонаж — танцовщица из кабаре. Без танца никак. Если ты не станцуешь, как зритель поймет, кто ты такая?
— Ладно... — вздохнула Ван Луодань, покоряясь судьбе.
Ради этой роли она уже пожертвовала длинными локонами, сделав короткую стрижку в стиле провинциальной парикмахерши. Жертва и без того немалая... А теперь еще и откровенный танец?!
Не сиди перед ней восходящая звезда с двухсотмиллионными сборами, открывший ей дорогу на большой экран, она бы в жизни не согласилась на такую авантюру!
Хлоп!
Едва прозвучал щелчок хлопушки, а персонаж Чэнь Фэя вбежал в шатер, Ван Луодань моментально преобразилась. Она сбросила джинсовую куртку, оставшись в одном черном топ-бюстье и ультракоротких шортах.
Затем грациозной, кошачьей походкой двинулась прямо на Чэнь Фэя.
Взирая на эти стройные, обтянутые черными чулками в сеточку ноги и глубокое декольте, Чэнь Фэй на мгновение потерял дар речи.
«Ничего себе... А старшекурсница-то весьма аппетитная!»
Он засмотрелся, но тут над ухом раздался громкий оклик:
— Снято!
Хлоп-хлоп...
Нин Хао за режиссерским пультом похлопал в ладоши и демонстративно покашлял:
— Режиссер Чэнь, контролируй взгляд и эмоции! Танец, конечно, хорош, но у тебя в машине снаружи вообще-то труп лежит.
— Пха-ха-ха!..
Ван Луодань прикрыла грудь рукой. Увидев, как стремительно краснеет лицо Чэнь Фэя, она не сдержала звонкого хохота.
Девушка окончательно убедилась: этот танец Чэнь Фэй придумал исключительно для собственного удовольствия, потому и требовал от нее максимума страсти!
— Кхм, пардон, задумался, — смущенно ухмыльнулся Чэнь Фэй и выбежал из шатра, готовясь ко второму дублю.
— Ух-х... — он глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки.
На съемках заминки — дело обычное, с кем не бывает. Но сплошать в такой ситуации было ужасно неловко! Засмотреться на стриптиз и сорвать дубль... Если слух просочится наружу, куда ему девать свое авторитетное режиссерское лицо?
— Кадр второй, мотор!
Чэнь Фэй моментально собрался и снова шагнул в шатер. Как-никак, он был профессионалом, и повторять ошибки не собирался.
Во второй раз, встречая соблазнительный танец Ван Луодань, Чэнь Фэй филигранно передал внутренний разлад своего героя: дикое желание смотреть и безумную спешку скорее убраться восвояси. Натиску Ван Луодань он противостоял из последних сил.
Правда... именно что из последних.
Пока она двигалась у шеста, он еще держивал себя в руках. Но когда она вплотную приблизилась к нему в своем микроскопическом наряде и закружилась в приватном танце, Чэнь Фэй не сдержался и судорожно сглотнул.
Нин Хао не стал останавливать съемку — именно так и должен реагировать нормальный мужчина на подобную провокацию. Чэнь Фэй сыграл предельно естественно.
***
Актрисы годами истязают себя занятиями по пластике, так что фигура у Ван Луодань была безупречной. Стоя визави с Чэнь Фэем, она стреляла в него огромными, повелительными глазами, излучавшими животную страсть. Изгибаясь гибким станом, она подступила еще ближе и медленно опустилась в плавном приседании, демонстрируя восхитительные изгибы тела.
В сценарии этого не было...
Чэнь Фэй просил лишь пару простых па, а не танец вплотную с такими откровенными взглядами!
Очевидно, Ван Луодань решила внести отсебятину...
— Снято! Замечательно! — восторженно крикнул Нин Хао.
Вот это эмоция! В каждой женщине от природы заложена магия соблазна!
Нин Хао даже соскучился по жене. В свое время Син Айна покорила его точно такой же точеной фигуркой.
У края шатра Чэнь Фэй тихо шепнул:
— Кхм, старшекурсница, дубль окончен.
— Я знаю, — спокойно кивнула Ван Луодань. Ее взгляд ненароком скользнул по его паху, и она так же тихо добавила: — Я тебя прикрываю.
— Кхм-кхм-кхм!..
Чэнь Фэй едва не подавился воздухом.
Ну точно! Она сделала это намеренно!
После короткого перерыва съемки возобновились.
Диалоговые сцены отработали легко и непринужденно — оба актера щелкали их как орешки. Лишь однажды произошел сбой, когда Ван Луодань пыталась сделать шпагат. Ткань ее ультракоротких шорт оказалась сомнительного качества — усевшись наполовину, она почувствовала неладное и резко подскочила.
Если бы они порвались прямо в кадре — вот был бы номер...
«Ничья земля» — серьезное кино, а не дешевый эротический треш, где весь фильм снимают на одной кровати с двумя актерами.
Сменив шорты на более плотные, эпизод доняли без сучка и задоринки.
Работа кипела до самого вечера, и лишь к ночи выжатая как лимон команда отправилась на микроавтобусах в отель.
Гостиница располагалась довольно далеко от съемочной площадки. Поначалу Нин Хао предлагал ночевать прямо в палаточном лагере, чтобы не тратить время на дорогу. Но Чэнь Фэй категорически отбросил эту идею.
Они находились в диких краях. Днем здесь было относительно безопасно, но гарантировать покой ночью не мог никто. Ради безопасности женской половины съемочной группы лучше было потратить пару часов на дорогу.
Усевшись в салон, Чэнь Фэй включил мобильный. Экран тут же запестрел пропущенными вызовами с незнакомых номеров. Но среди них выделялся один — от Хань Саньпина.
Чэнь Фэй перезвонил, и глава «Чжунъин» снял трубку на первом же гудке.
Слова поздравлений уже отзвучали, и этот звонок был деловым:
— Прокат «Безумного гонщика» завершен. Итоговая касса — двести двадцать миллионов юаней. Досадно, конечно, что не удалось обставить «Героя».
— Чего-о? — поразился Чэнь Фэй. — Чего тут досадовать? Вы помните, какой бюджет был у «Героя» и сколько потратили мы? Мы же озолотились!
— Твоя правда... — Хань Саньпин хмыкнул и сменил тему. — Когда закончите с «Ничьей землей»? Каков график?
— Дней через десять закруглимся.
— А когда засядешь за следующий фильм? Может, замахнемся на масштабный блокбастер?
Чэнь Фэй обомлел. Неужели у «Чжунъин» столько денег, что они бросаются сотнями миллионов налево и направо? Только что влили триста миллионов в «Клятву», и уже готовы финансировать новый масштабный проект?
— Вы так в меня верите? Не боитесь, что я прогорю?
— А чего бояться? В нашем бизнесе сегодня густо, завтра пусто, дело житейское. К тому же я увеpен: ты не запятнаешь свое имя режиссера-миллиардера.
Хань Саньпин искренне радовался. Теперь он верил в Чэнь Фэя безгранично. Если комедия с бюджетом в десять миллионов приносит двести двадцать миллионов, то что покажет масштабный блокбастер? Выход на мировой уровень?
От этих мыслей у главы «Чжунъин» дух захватывало, и он готов был немедленно запустить новый проект.
Но Чэнь Фэй остудил его пыл:
— Пока таких планов нет. Как только появится готовый сценарий, я сразу с вами свяжусь.
— Эх, жаль, — вздохнул Хань Саньпин. — Ну ладно. Свяжись со своими бухгалтерами, пора подбивать бабки и делиться прибылью.
— Без проблем! — В вопросах распределения барышей Чэнь Фэй всегда проявлял феноменальную оперативность.
— Ах да, чуть не забыл, — спохватился Хань Саньпин перед тем, как повесить трубку. — Объявили номинантов сорок первой премии «Золотая лошадь». Глянь на досуге, тебя ждет приятный сюрприз!
«Золотая лошадь»? Сюрприз?
Чэнь Фэй удивленно вскинул бровь.
По прибытии в отель он первым делом бросился к ноутбуку и открыл главный раздел портала «Синьлань».
Список номинантов «Золотой лошади» буквально пестрел названием его картины! «Безумный гонщик» был представлен почти во всех ключевых категориях:
«Лучший игровой фильм», «Лучший режиссер», «Лучший актерский дебют», «Лучший оригинальный сценарий», «Лучшая операторская работа», «Лучшие визуальные эффекты», «Лучший монтаж», «Лучший звук»...
— Твою мать! Да это же почти триумфальное шествие! — опешил Чэнь Фэй.
Ему невольно вспомнилась прошлый год и «Двойная рокировка», забравшая львиную долю наград сороковой «Золотой лошади». И вот теперь «Безумный гонщик» повторял ее успех!
Отдав должное собственным достижениям, Чэнь Фэй пробежался взглядом по списку конкурентов:
Дэниэл Ву и Сесилия Чун — «Ночь в Монкоке».
Лу Чань — «Кокосили».
Джонни То — «Горячие новости».
Энди Лау — «Двойная рокировка 3: Финальный ад».
Лян Чаовэй — «2046».
Пыл Чэнь Фэя слегка угас. За исключением Тархана Лу, против него выстроилась целая плеяда титанов гонконгского кинематографа!
«Борьба будет жесткой», — нахмурился он. Состав участников ничем не уступал прошлогоднему. Его единственным неоспоримым козырем были кассовые сборы. Актерским же составом он значительно уступал соперникам.
Впрочем... разве одного кассового рекорда недостаточно?
Не успел он закончить мысль, как дверь его номера распахнулась, и на пороге, словно дикая горилла, появился возбужденный Хуан Бо.
— Чэнь! Меня номинировали на "Золотую лошадь" за лучший дебют!
— Я уже видел. Ты это заслужил.
— Не верится! Спасибо тебе огромноe! Если бы ты не выбрал меня на роль в "Безумном гонщике", хрен бы я что получил!
Хуан Бо был на седьмом небе от счастья. Начинал он как певец, но всегда мечтал об актерской карьере. Из-за специфической внешности его прокатили на экзаменах актерского факультета БФА, и от безысходности он поступил на факультет дубляжа. Он рассчитывал пробиться в кино через озвучку, но не успел даже составить план, как его откопал Чэнь Фэй.
Два фильма серии «Безумный...» не только принесли триста семьдесят миллионов юаней в кассу, но и обеспечили ему номинацию на главную кинопремию Тайваня! Даже если он уйдет без статуэтки, с таким стартом он уже заткнул за пояс добрую половину выпускников актерского факультета!
Чэнь Фэй улыбнулся:
— Запомни: эта роль досталась тебе не просто так. Я выбрал тебя, потому что ты действительно таланлив. И вот мой тебе совет: вернешься с Тайваня — иди прямо к декану Чжан Хуэйцзюню. Переводись на актерский. Твое место на большом экране, а не в тесной кабинке дубляжа.
— Понял! Так и сделаю! — твердо кивнул Хуан Бо.
Обычному студенту факультета дубляжа пробиться на актерский бакалавриат было бы непросто. Но он уже не был обычным студентом — номинант на «Золотую лошадь» открывал любые двери!
Пресса гудела. «Безумный гонщик» не только собрал двести двадцать миллионов, но и урвал охапку номинаций на «Золотую лошадь», окончательно закрепив за Чэнь Фэем статус гениального режиссера и кассового самородка.
Суждения о том, будто Чэнь Фэй — внебрачный сын Чэнь Кайгэ, утихли сами собой. Какой отец способен продвинуть сына на такую высоту? Обладай Кайгэ подобным влиянием, он бы давно правил всем китайским кинематографом!
Не обращая внимания на шумиху в прессе, Чэнь Фэй продолжал методично работать над «Ничьей землей».
Раз уж сам режиссер сохранял олимпийское спокойствие, съемочной группе тем более некуда было спешить.
— Учитель Дуо Буцзе, как только я брошу зажигалку, вы тут же прыгаете из кабины. А пиротехники сразу подрывают грузовик. На этом финальная сцена будет завершена...
Поскольку Чэнь Фэй изначально планировал снять два финала, отступать от слова он не собирался.
В первой версии танцовщица в исполнении Ван Луодань вырывалась из Ничьей земли, возвращалась в родной город и устраивалась учительницей танцев в местную школу.
Во второй — она погибала под колесами грузовика, а адвокат Чэнь Фэй подрывал канистры с бензином, уничтожая главу браконьеров ценой собственной жизни.
Чэнь Фэй склонялся ко второму варианту. Раз уж картина называется «Ничья земля», финал обязан закольцовывать идею. Но ради проката на материке пришлось подготовить и относительно хэппи-энд.
— Прыгаем!
Чэнь Фэй и Дуо Буцзе выскочили из кабины грузовика с разных сторон и бросились прочь к безопасному заграждению. В тот же миг пиротехники привели в действие взрывчатку!
Бум!
Огненный вал взвился к небу. Вся грязь, жадность, звериная жестокость и порок сгорели в геенне огненной.
Ничья земля вновь стала истинно «ничьей».
В этой версии финала на Ничьей земле не выжил никто.