Глава 1031 - Жестокость клана Алибаба! Коварные уловки Таопяопяо!
В九 часов утра кинокомпания Фэйюэ Мувиз выпустила официальное заявление о дате премьеры:
«Фэнтезийная блокбастерная лента «Нефритовая династия», созданная силами компании по мотивам одноимённого романа писателя Сяо Дина, официально утверждена к выходу на экраны 10 августа.
Главные роли в картине исполнили Ху Гэ, Лю Шиши, Тан Янь и Мао Сяотонь. Фильм повествует о судьбе обычного юноши по имени Чжан Сяофань, который после кровавой трагедии в деревне Цаомяо поступает в ученики к мастерам Школы Цинъюнь. Волею случая завладев древним артефактом — Посохом Поглощения Душ, он оказывается втянут в беспощадную войну между праведными кланами и демоническими культами».
В то же время кинематографические гиганты Юаньъя и Бона совместно с режиссёром Гордоном Чандем объявили о выходе историко-приключенческого экшена «Бог войны» 27 мая.
В главных ролях снялись Чжао Вэньчжоу, Само Хун, Вань Цянь и У Юэ. Сюжет, основанный на реальных подвигах легендарного полководца Ци Цзигуана, разворачивается вокруг того, как он вместе с генералом Юй Даю собирает трёхтысячное ополчение из рудокопов Иу, чтобы нанести сокрушительный удар по японским пиратам-вако.
Параллельно с этим альянс крупнейших кинопроизводителей — Фэйюэ Мувиз, Гуансянь, Ванда, Шанъин и Киностудия «1 августа» — представил дату релиза масштабного военного боевика «Война волков 2», где главные роли сыграли У Цзин, Фрэнк Грилло, Лю Янь, Юй Цянь и Юй Нань. Картина выйдет в прокат 27 июля.
Утро семнадцатого числа всколыхнуло всю кинематографическую общественность: анонсы крупных проектов сыпались один за другим, словно из рога изобилия.
Однако, помимо грядущих летних новинок, внимание продюсеров и прокатчиков было приковано к кассовым сборам лент, сражающихся в текущем новогоднем прокате.
И особенно плачевно дела обстояли у эпической картины «Великая стена».
«Вчера совместный проект Universal Pictures, Legendary Pictures, Чжунъин и LeEco — фэнтезийный блокбастер Чжан Имоу «Великая стена» — был официально снят с показа во всех киносетях страны в связи с полным исчерпанием кассового потенциала.
За тридцать дней проката лента собрала 1,167 миллиарда юаней. Поскольку суточные сборы упали ниже отметки в пятьсот тысяч, продление прокатного удостоверения было аннулировано...»
Для Ла Пэйкана наступили чёрные дни: казалось, он мог поперхнуться даже глотком холодной воды.
«Великая стена» ещё могла бы продержаться на плаву какое-то время, выжимая из зрителей последние гроши, но дерзкое вторжение голливудских импортных лент окончательно вбило последний гвоздь в её крышку гроба.
Мизерные 1,167 миллиарда юаней кассы на фоне астрономического бюджета в 150 миллионов долларов выглядели просто катастрофически.
И теперь, когда надежды на внутренний рынок рухнули, оставалось лишь уповать на международный прокат в Северной Америке, хотя особых иллюзий никто не питал.
— Эх... Что ж, будь по-сему, — вздохнул Ла Пэйкан у себя в кабинете, чувствуя, как душевные силы окончательно покидают его. — По крайней мере, когда фильм снимут с проката, на меня выльется чуть меньше помоев...
Его мрачные раздумья прервал осторожный стук в дверь: в кабинет заглянула секретарь.
— Председатель Ла, президент платформы Маоянь Чжэн Чжихао запрашивает экстренную видеоконференцию. Похоже, с приложением Маоянь какие-то неприятности, и господин Чжэн собирает всех акционеров сервиса.
— О? — Ла Пэйкан слегка нахмурился. — Маоянь? Это ведь сервис по продаже билетов? Что там могло стрястись? Налоговая накрыла?
— Похоже, кто-то подал жалобу в регуляторные органы, обвиняя платформу в теневых манипуляциях, — пояснила секретарь. — Утверждают, будто сервис намеренно занижает оценки некоторым фильмам и уничтожает честную конкуренцию.
Услышав это, глава Чжунъин мгновенно вспомнил рейтинг «Великой стены» на сервисе.
Убогие 6.5 балла зияли на экране, словно пощёчина. Каждый раз, когда Ла Пэйкан видел эту цифру, его щеки наливались краской от стыда и злобы.
— Пойдём, — угрюмо кивнул он. — Раз уж Чжэн Чжихао собирает экстренный совет, послушаем, что он скажет.
В сопровождении помощницы Ла Пэйкан прошёл в малый конференц-зал, где уже включили оборудование.
Когда сервис Маоянь только закладывал основы своего доминирования на рынке, его создатели привлекли в число инвесторов множество крупных киносетей.
Помимо Пан-Азии, владевшей львиной долей акций, среди совладельцев числились такие гиганты, как Ванда, Чжунъин Синьмэй, Шанхай Юнайтед, Гуандун Дади, Чжунъин Наньфан, Поли Бона и Хэндянь.
Каждый из них имела свой процент от общей кормушки, а потому на экстренный призыв Чжэн Чжихао откликнулись абсолютно все руководители.
Даже те, кто находился в заграничных командировках, вскочили с кроватей и вышли на связь прямо в пижамах.
— Коллеги, прошу прощения, что отвлекаю вас от дел, — произнёс с экрана озабоченный президент сервиса Чжэн Чжихао. — Но ситуация требует немедленного вмешательства. С вчерашнего дня в сети началась массированная атака: сотни статей и постов обвиняют Маоянь в предвзятости системы оценок, из-за чего якобы пострадали высококлассные фильмы...
Он вывел на общий экран скриншоты свежих публикаций.
В них авторы картинно заламывали руки, анализируя судьбу таких лент, как «Великая стена», «Перевозчик», «Железнодорожные тигры» и «Долгая прогулка Билли Линна в перерыве футбольного матча».
«С профессиональной точки зрения каждая из этих картин обладала неоспоримыми достоинствами. Известные кинокритики выставляли им высочайшие баллы, подкрепляя свои выводы детальными разборами.
Однако платформа Маоянь, сводя воедино оценки зрителей и экспертов, поступила крайне несправедливо, выведя в итоге унизительно низкий суммарный балл.
Вводя аудиторию в заблуждение, сервис фактически заставил зрителей занести эти фильмы в чёрный список, что является подлым ударом по кинематографу.
Вывод очевиден: предвзятые механизмы Маоянь наносят ущерб развитию китайского кинопроката. Мы призываем профильные ведомства провести тщательную проверку сервиса...»
Участники конференции изумлённо переглянулись.
Не слишком ли круто закручено?
Разве можно делать выводы обо всей системе на примере лишь нескольких фильмов, вызывавших жаркие споры ещё до премьеры? Это же чистой воды манипуляция!
Да, Ла Пэйкан, Юй Дун и Жэнь Чжунлунь действительно были в бешенстве от низких рейтингов «Великой стены», «Долгой прогулки Билли Линна...» и «Железнодорожных тигров».
Но, чёрт возьми, если быть честными до конца, эти картины получили на орехи за дело — сценарии хромали на обе ноги! При чём тут алгоритмы платформы?
— А теперь посмотрите на эти комментарии, — Чжэн Чжихао переключил слайд, демонстрируя подборку отзывов «простых пользователей».
«Да «Перевозчик» — гениальное кино! На Маоянь рейтинг занижен, сто пудов кто-то проплатил ботов!»
«А мне «Великая стена» понравилась! Европейцы и китайцы плечом к плечу сражаются против чудовищ Таоте — вот она, идея глобального единства! Респект!»
«Чем вам не угодили «Железнодорожные тигры»? Чэнь Лун и Джейси Чан сыграли отлично! Или оступившийся артист теперь до конца дней не имеет права сниматься? Что за бред?»
«Фильм «Долгая прогулка Билли Линна...» открыл новую веху в мировом кинематографе! Он заслуживает оваций, а не грязной ругани!»
«Нам нужна честная платформа! Хватит пудрить людям мозги, мы сами способны решить, что смотреть!»
«Кстати, приложение Таопяопяо намного лучше! Всё-таки продукт от клана Алибаба — это знак качества. В эти праздники буду брать билеты только там!»
«Давно пользуюсь Таопяопяо! У них отличная интеграция с Дамай: и кино, и концерты, и театры — всё в одном месте, куда удобнее этого убогого Маоянь».
К концу презентации на лицах боссов киноиндустрии застыло выражение глубочайшего презрения.
К сервису Таопяопяо — выродку медиаимперии Алибаба — все присутствующие и раньше относились с пренебрежением: уж больно грязными методами те привыкли вести бизнес.
И судя по представленным материалам, за текущей информационной атакой стояли именно они.
— Не пойму, — почесал затылок Лю Сяобинь. — На что рассчитывают эти дельцы из Алибаба? У этих фильмов и так проблемы с сарафанным радио, сборы катятся в пропасть, низкие оценки вполне логичны...
— Всё предельно просто, — подал голос Чэнь Фэй, доселе хранивший молчание. — На вкус и цвет товарищей нет. Для большинства эти картины — откровенный провал, но у них есть и преданные поклонники.
Начитавшись подобных заказух, фанаты начинают искренне ненавидеть Маоянь за «несправедливость» и уходят к конкурентам.
Поодиночке это мелкие ручейки, но день за днём Таопяопяо будет откусывать от нас всё большие куски аудитории. Ведь этот трюк с дискредитацией рейтинга можно проворачивать бесконечно.
Сегодня они взяли «Великую стену» и «Перевозчика», а завтра назовут «жертвами заговора» фильмы «Покорение демонов: Демоны» или «Кунг-фу йога».
В конференц-залах повисла тишина. Глаза топ-менеджеров округлились от осознания коварства замысла.
— Клан Алибаба в своём репертуаре... Какая ядовитая змеиная ухватка! — пробормотал руководитель сети Хэндянь, поражённый изощрённостью конкурентов.
Если дать им волю, Маоянь действительно начнёт стремительно терять пользователей.
— И что нам делать? — на автомате спросил Ла Пэйкан.
Все взгляды скрестились на окошке с видеопотоком Чэнь Фэя.
Именно он в своё время создал Маоянь, именно он привлёк их в этот бизнес, а значит, ему и держать ответ.
В этот миг, несмотря на то что в обычной жизни они были жёсткими конкурентами, общие финансовые интересы сплотили их в единый кулак.
— У меня есть два решения, — Чэнь Фэй неторопливо поднял два пальца. — Первое: перехватить инициативу в медиапространстве. Если Таопяопяо может нанимать ботов для раскачки темы, почему мы не можем направить общественное мнение в нужное нам русло?
И второе: жесткий ультиматум. Мы полностью отключаем Таопяопяо от наших киносетей. Раз они так любят агрессивную экспансию, пусть торгуют билетами в воздух. Посмотрим, как они запоют, когда мы перекроем им доступ к нашим залам.
При этих словах лица многих участников видеовстречи заметно изменились.
Хотя у структуры Алибаба не было собственных кинотеатров, их щупальца проникли во все сферы: производство, дистрибуция, мерчандайзинг.
Многие из присутствующих имели совместные проекты с медиагигантом, и разрыв отношений грозил серьёзными убытками.
Пойти на радикальный шаг и отрезать Таопяопяо от онлайн-касс своих сетей для некоторых казалось слишком суровым испытанием.
— Варианты озвучены, — невозмутимо продолжил Чэнь Фэй. — Если вы готовы идти до конца вместе со мной и платформой Маоянь — отлично, начинаем контрнаступление сразу после встречи.
Если же кто-то сомневается — настаивать не стану. Но в таком случае вам придётся выставить свои доли в Маоянь на продажу.
Платформа вступает в фазу жёсткой войны, и держать в рядах тех, кто не готов сражаться плечом к плечу, мы не намерены. Ваши доли перейдут тем бойцам, которые готовы идти с нами до победы.
Не успели боссы киносетей переварить услышанное, как окно Чэнь Фэя погасло — он вышел из конференции.
Следом за ним отключились Хо Циган, Лю Сяобинь и Жэнь Чжунлунь.
В оставшихся окошках поднялся невообразимый гвалт!
— Что происходит?! Какой ещё вопрос жизни и смерти?!
— Таопяопяо ведь только начали! Они даже процента нашей базы не отжали, к чему такая паника?!
— Полностью отключить Таопяопяо?! Да вы представляете, скольких покупателей мы потеряем?!
— Куда ушёл Чэнь Фэй?! Что всё это значит?!
— Всё предельно ясно: либо ты с Маоянь, либо с Алибаба. Третьего не дано.
— А нельзя сидеть на двух стульях?!
— Можно! Но тогда изволь сдать контрольный пакет акций Маоянь!
Чжэн Чжихао, оставшийся за старшего, мгновенно попал под шквальный огонь вопросов.
Ла Пэйкан, багровея, тяжело пробасил:
— Господин Чжэн! Неужели атака Таопяопяо настолько опасна, что под угрозой само существование платформы?!
Чжэн Чжихао горько усмехнулся:
— Председатель Ла, вы, похоже, давно не погружались в аналитику. Раньше мы контролировали львиную долю рынка онлайн-продаж. Но с конца 2014 года, когда запустился их сервис, они непрерывно отгрызают от нас кусок за куском.
Будь это честная борьба — полбеды. Но они используют самые грязные методы: демпинг, черную джинсу, дезинформацию...
Режиссер Чэнь постоянно внедряет новые технологии в приложение Маоянь, но эти дельцы просто бессовестно воруют наши разработки. Стоит нам запустить новую функцию, как через неделю она появляется у них!
Ла Пэйкан невольно почувствовал укол совести.
Он вспомнил, как несколько лет назад, передавая ему дела, Хань Саньпин настоятельно просил поддерживать билетную платформу и держать руку на пульсе.
Но сядя в кресло главы Чжунъин, Ла Пэйкан благополучно забил на этот актив.
А ведь Чжунъин была вторым по величине акционером Маоянь после Пан-Азии и ежегодно получала оттуда солидные дивиденды!
И он ни разу даже не поинтересовался, в каких условиях приходится работать сервису.
Не собери Чжэн Чжихао этот совет, Ла Пэйкан очнулся бы только тогда, когда Таопяопяо окончательно сожрала бы Маоянь, пустив проект по ветру.
И ведь большинство сидевших на линии директоров киносетей вели себя точно так же!
Слово «халатность» выжигалось на их лбах клеймом.