Глава 1017 - 第999章 《港囧》杀青宴！新项目？突发事件
Глава 1017. Банкет в честь завершения съёмок «Потерявшихся в Гонконге»! Новый проект? Внезапный инцидент
Понедельник девятнадцатого декабря подошёл к концу, уступив место новому дню, и с самого утра киноиндустрия вновь забурлила от новостей.
«Обнародованы кассовые сборы „Великой стены“ за четвёртый день: при росписи сеансов в 41,6% картина заработала лишь 53,09 миллиона юаней, заняв 38,6% от общего дневного объема рынка... Показатели катастрофически отстают от прогнозов».
«Компания Фэйюэ Мувиз объявляет о завершении съёмок комедии „Потерявшиеся в Гонконге“ — третьей части франшизы. Режиссёром, сценаристом и исполнителем главной роли выступил Ван Баоцян, кресло продюсера занял Нин Хао, а ключевые роли исполнили Хуан Бо, Цзян Циньцинь и Тун Лия».
«Совместный проект Алибаба Пикчерз, продюсера Вонг Карвая и режиссёра Чжан Цзяцзи — романтическая комедия „Перевозчик“ с Лян Чаовэем, Такэси Канэсиро, Исон Чаном и Ян Ин в главных ролях — проведёт азиатскую премьеру сегодня в 19:00 в Гонконге».
……
Пресса разделилась на три лагеря, освещая события вокруг трёх главных картин сезона.
Новость о завершении съёмок «Потерявшихся в Гонконге» привлекла меньше всего внимания — журналистам просто не за что было зацепиться, кроме самого факта окончания работы.
Зато вокруг «Перевозчика» царил небывалый ажиотаж. С самого утра аэропорты материкового Китая штурмовали десятки звёзд, улетающих на премьеру в Гонконг.
Даже Ян Ин, затаившаяся было после скандала с «астрономическими гонорарами», появилась перед публикой под руку с Хуан Сяомином, демонстрируя уже весьма внушительный животик. Журналисты хотели было рвануть к ней с расспросами, но, взглянув на её положение и на плотную стену телохранителей, нанятых Хуан Сяомином, так и не решились идти на таран.
Что же касается «Великой стены», то вокруг неё бушевал настоящий пожар.
Касса продолжала падать, и разъярённые зрители, посчитавшие себя оскорблёнными, не стеснялись в выражениях. Рты критиков заткнуть удалось, но заставить молчать миллионы простых людей было не под силу даже огромной армии проплаченных комментаторов.
В съёмочном павильоне «Я не бог медицины» Жэнь Чжунлунь листал ленту новостей и нервно вытирал со лба холодный пот. Ему становилось по-настоящему жутко.
Заметив его манёвры, Хань Цзянюй прикрыла рот ладошкой и тихонько хихикнула:
— Дядя Жэнь, вы бы тоже готовились. До выхода «Железнодорожных тигров» осталось всего два дня. Поверьте, достанется вам не меньше, чем остальным.
Жэнь Чжунлунь даже не стал спорить, лишь тяжело вздохнул:
— Ещё пару дней назад я насмехался над Ла Пэйканом, а теперь расплата настигла и меня.
— Ну, он-то оступился по глупости, а вот вы полезли в эту петлю абсолютно сознательно, — ядовито подметил Хань Саньпин.
Председатель Жэнь, впрочем, каяться не собирался:
— В нашей жизни бывают ситуации, когда ты обязан пойти на риск, даже зная о возможных последствиях. Если ты хочешь чего-то стоить в этом бизнесе, ты должен уметь подставлять плечо друзьям. Иначе кто вообще захочет иметь с тобой дело?
Оспаривать его слова никто не стал: в китайском бизнесе грань между правилами и личными связями всегда оставалась весьма размытой.
В это же время в кабинете Кинобюро Чжан Хун с досадой разглядывал стоящего перед ним Ла Пэйкана:
— Ты нечасто приходишь ко мне с просьбами, Ла Пэйкан, и раз уж ты пришёл, я пойду тебе навстречу. Я продлю прокатное удостоверение «Великой стены» до двадцать восьмого февраля. Но помни: разгребать последствия и справляться с волной недовольства внутри индустрии тебе придётся самостоятельно.
— Я всё понял, директор Чжан. Спасибо за поддержку, — облегчённо вздохнул Ла Пэйкан и направился к выходу.
— Подожди, — окликнул его Чжан Хун. — Есть ещё кое-что. Начиная со следующего года, при заключении сделок с зарубежными партнерами изволь разуть глаза. Не нужно быть наивным дурачком и прыгать в расставленные ловушки. Ты же понимаешь, что новый хозяин Белого дома настроен к нам далеко не дружелюбно. А кинематограф — это лицо государства. Ошибки здесь недопустимы. Понял?
— Понял! Обещаю вам, я буду предельно внимателен! — чеканя шаги, заверил его Ла Пэйкан.
Когда дверь за ним закрылась, Чжан Хун тяжело опустился в кресло и тихо произнес:
— Ни смелости для прорыва, ни умения удержать позиции... Настоящих дел ему доверить нельзя.
Вечером двадцатого декабря Чэнь Фэй лично отправился в аэропорт встречать съёмочную группу «Потерявшихся в Гонконге», прилетевшую чартерным рейсом.
— Ох, режиссёр Чэнь! Ну зачем вы лично приехали! — бросился к нему Ван Баоцян, сияя от счастья.
Следом за ним из терминала высыпали Хуан Бо, Цзян Циньцинь, Тун Лия и Ван Сюнь.
— Режиссёр Чэнь, добрый вечер!
— Чэнь Фэй! Ифэй! Вы что, вдвоём приехали?
— Вы отлично потрудились, — улыбнулся Чэнь Фэй, приветствуя команду. — Отпахали три месяца на чужбине, так что я просто обязан был встретить вас лично. Автобусы уже ждут на стоянке, отель заказан, сегодня гуляем по полной!
Из толпы встречающих донеслись одобрительные возгласы, а дежурившие неподалёку репортёры и папарацци принялись отчаянно щелкать вспышками. Некоторые пытались пробиться с вопросами, но плотная толпа не оставила им ни единого шанса.
Вскоре в трендах Weibo появилась новая строка:
«Вечер 20 декабря: съёмочная группа фильма „Потерявшиеся в Гонконге“ прибыла в Пекин. Чэнь Фэй и Лю Ифэй лично встретили артистов в аэропорту. Сегодня вечером состоится банкет в честь окончания съёмок».
Впрочем, новость продержалась в топе недолго — её быстро вытеснили отчеты о пышной премьере «Перевозчика» в Гонконгe. При поддержке Алибаба Пикчерз мероприятие получилось поистине грандиозным: казалось, половина китайского шоу-бизнеса слетелась туда, чтобы засвидетельствовать свое почтение.
Столы в ресторане пятизвездочного отеля ломлялись от изысканных блюд и дорогого алкоголя. Усталость последних месяцев улетучилась сама собой.
— Режиссёр Чэнь, я хочу поднять этот бокал за вас! — Ван Баоцян стоял перед Чэнь Фэем, не скрывая слёз благодарности. — Спасибо, что помогли осуществить мою мечту и стать режиссёром! Я пью до дна, а вы — как пожелаете...
Чэнь Фэй осушил свой бокал, хлопая Баоцяна по плечу:
— Я слышал о болезни твоей мамы. Если понадобится помощь — с лечением у нас или за границей — только скажи. Я подниму свои связи в лучших клиниках.
Ван Баоцян горько ухмыльнулся, пытаясь держать лицо:
— Спасибо, Чэнь Фэй... Но там последняя стадия опухоли мозга. Врачи бессильны, хоть у нас, хоть за океаном. Сейчас я просто хочу как можно быстрее закончить монтаж «Потерявшихся в Гонконге» и успеть показать фильм маме. Пусть она увидит, что её сын стал настоящим режиссёром!
— Если возникнут заминки с постпродакшном, сразу иди к господину Су. Я уже дал ему указания, он сделает всё в лучшем виде.
— Понял, — Баоцян кивнул и опрокинул в себя ещё один бокал.
Он пил со всеми, кто подходил выразить уважение, и предсказуемо отключился уже через час. Чэнь Фэй распорядился, чтобы двое крепких рабочих из съемочной группы отнесли его в номер. Тун Лия, извинившись перед присутствующими, пошла следом, чтобы присмотреть за ним.
— Эх, несладко Баоцяну пришлось, — вздохнул подошедший Хуан Бо. — Пройти путь от безымянного массовщика до режиссёрского кресла... Только он знает, сколько грязи пришлось хлебнуть на этом пути.
Чэнь Фэй с улыбкой повернулся к нему:
— Я тут слышал от Нин Хао, будто ты сам набросал какой-то сценарий?
— Вот ведь языкастый! — наигранно возмутился Хуан Бо. — Ничего утаить не может!
— Давай выпьем, — Чэнь Фэй чокнулся с ним бокалом. — Если будут проблемы с финансированием — приходи. Нин Хао хвалил твой текст. Если возникнет дыра в бюджете, Фэйюэ Мувиз закроет её без лишних вопросов.
— Ого, ну раз так, я стесняться не буду!
— А кто тебя просил стесняться? — хмыкнул Чэнь Фэй.
— Ладно, дай мне пару дней. Доведу сценарий до ума, состряпаю презентацию и приду к тебе с протянутой рукой.
— Договорились. Только предупреди заранее.
Банкет завершился далеко за полночь. Попрощавшись с командой, Чэнь Фэй и Лю Ифэй сели в автомобиль и направились к дому.
— Тун Лия мне по секрету сказала, — прошептала Лю Ифэй, прижимаясь к его плечу, — что после премьеры «Потерявшихся в Гонконге» они с Баоцяном планируют сыграть свадьбу.
— Ого! Наконец-то решились?
— Ну да. Они ведь уже столько лет вместе, теперь у них своя студия, дела идут в гору... Самое время создавать семью.
— Верно... Нам, кстати, тоже пора. В следующем году я окончательно заберу тебя к себе.
Лю Ифэй вспыхнула, кокетливо вскинув подбородок:
— Мечтай больше! Я ещё не давала своего согласия!
— А тебя никто спрашивать не будет. Украду — и дело с концом!
Разговаривая и шутя, они не заметили, как подъехали к особняку.
— Я первая в душ! И не смей заходить, пока я не закончу! — бросила Лю Ифэй и юркнула в спальню.
— Дверь хоть не запирай! — крикнул ей вслед Чэнь Фэй.
Он прошёл на кухню, заварил чай и набрал в телефоне адрес новостной ленты.
Весь Weibo пестрел отчётами о грандиозной премьере «Перевозчика». Индустрия захлёбывалась от восторга, а свежесозданные аккаунты критиков наперебой хвалили фильм.
Пресса не скупилась на громкие заголовки:
«Грандиозный успех „Перевозчика“ в Гонконге! Вонг Карвай и Чжан Цзяцзя собрали на одной сцене Лян Чаовэя, Такэси Канэсиро, Исон Чана и Ян Ин. Зал взрывался аплодисментами!»
«Президенту Алибаба Пикчерз Чжан Цяну задали вопрос о бюджете. Он сообщил, что производство „Перевозчика“ обошлось в 430 миллионов юаней, а планка кассовых сборов установлена на уровне двух миллиардов! Фильм претендует на звание главного шедевра новогоднего сезона!»
Чэнь Фэй едва не поперхнулся чаем.
«Четыреста тридцать миллионов на эту дрянь?!»
Он был искренне поражён. Бюджет масштабной фантастики «Блуждающая Земля» составлял всего шестьсот миллионов! На что можно было спустить четыреста тридцать миллионов в бытовой романтической комедии без спецэффектов и формата IMAX?
«Неужели отмывать деньги стало настолько сложно?»
Он ни за что бы не поверил, будто Ян Ин смогла выбить себе гонорар в восемьдесят миллионов и за этот проект. Ответ напрашивался сам собой.
Качнув головой, Чэнь Фэй выключил телефон и направился в ванную. Читать эти бредни про «два миллиарда кассы» ему больше не хотелось — подобные цифры писались исключительно для «хомячков» на фондовом рынке.
Наступило двадцать первое декабря.
«Операция «Красное море»» официально побила рекорды фильмов «Детектив из Чайнатауна 2» и «Операция в Меконге», доведя общую кассу до астрономических 3,702 миллиарда юаней!
А вот у «Великой стены» дела шли из рук вон плохо. После вчерашних пятидесяти трёх миллионов дневная касса просела ещё на двенадцать миллионов, составив скромные 40,62 миллиона.
Впрочем, сегодня «Великую стену» почти не ругали. Внимание всей страны переключилось на Гонконг, где разразился грандиозный скандал.
Случился он на банкете после премьеры «Перевозчика». Известный своими скабрезными выходками и пристрастием к алкоголю гонконгский деятель Цзэн Чживэй снова перебрал лишнего.
Когда журналисты спросили его, что он думает об успехе драмы «Июль и Аншэн», снятой его сыном Цзэн Госяном, старый развратник похабно оскалился и заявил на камеру:
— А, эта Сяо Юй... Миленькая деваха. Я её уже оттрахал по правилам кастинга через постель...
Журналисты обомлели. На секунду в зале воцарилась тишина, а затем поднялся невероятный шум!
Цзэн Госян тут же подскочил к отцу и с криками: «Папа просто перепил и несёт чушь!» — силой вытолкал родителя из зала. Но слово не воробей.
Папарацци ликовали: новоиспечённая обладательница премии «Золотая лошадь» пробилась наверх через постель старого похотливого продюсера! Эта новость мгновенно взорвала медиапространство Китая, Гонконга и Тайваня.
Теперь публике стало окончательно понятно, почему во время вручения наград «Золотой лошади» эта девица вела себя столь дерзко и позволяла себе колкости в адрес коллег из Сиъин. Имея за спиной такую «волосатую лапу», трудно не уверовать в собственную безнаказанность.
Представители актрисы тут же выпустили официальное опровержение с угрозами засудить каждого, кто продолжит распространять «клевету». Но для папарацци эти бумаги были не более чем туалетной бумагой.
Сеть закипела:
«М-да, ну и вкусы у старикана... Ни сисек, ни попы. Как у него вообще встал-то на неё?»
«Ну, когда каждый день ешь деликатесы, иногда хочется и простой пикантной травы попробовать, ха-ха!»
«А я-то думал, как она умудрилась взять „Золотую лошадь“! Оказывается, за ней стоял такой мощный „рычаг“!»
«Зачем выпускить опровержения? Сам виновник торжества уже во всём признался!»
Злобные комментарии сыпались тысячами, а конкуренты актрисы подливали масла в огонь, раздувая скандал до небывалых масштабов. И если влиятельные покровители не вмешаются прямо сейчас, карьере молодой «актрисы Чжан Имоу» и обладательницы «Золотой лошади» придёт окончательный и бесповоротный конец.