Глава 501. Три ядра воедино и след запретного
Получив звонкую оплеуху, Чёрный Удав мгновенно протрезвел. Сон как рукой сняло: он замер на месте, мелко дрожа от страха.
— Ты что, тупица? Неужели не догадался уменьшиться в размерах? — раздался в его голове строгий голос Юй Чэньжаня.
— И правда, совсем из головы вылетело! — спохватился Лао Хэй и тут же начал менять форму.
Спустя несколько вдохов на дне глубокой ямы вместо исполинского чудовища лежала черная змея длиной всего около трёх метров.
Не то чтобы Чёрный Удав намеренно хотел разнести всё вокруг — просто за тысячи лет он привык к своему истинному облику. Оказавшись на свободе, он почувствовал себя так непринужденно, что совершенно позабыл о таких мелочах, как габариты.
— Какая глупость, — старейшины Академии, наблюдавшие за этим, лишь разочарованно качали головами.
Слыша их насмешки, Чёрный Удав не смел и слова вставить в ответ. Он забился в угол, свернувшись калачиком, и выглядел при этом донельзя жалко.
"Братишка, поскорее бы ты забрал меня отсюда!" — каждое мгновение Лао Хэй молил небеса о спасении.
Тем временем внутри дао-поля сознание Чэнь Цинюаня пребывало в неведомом пространстве. Повсюду клубился первозданный хаос, а видимость ограничивалась едва ли одним метром.
Внезапно сверху ударил луч золотого света, слегка разогнав густую пелену. Чэнь Цинюань поднял взор своего божественного чувства и увидел одно из своих Золотых Ядер.
Следом за ним проявились и два других. Три ядра медленно вращались в вышине, сияя ослепительным блеском и вычерчивая в пустоте причудливые узоры законов.
В тумане хаоса витали древние и великие руны Пути. Благодаря присутствию трёх ядер это пространство стало невероятно прочным и непоколебимым.
За три года Чэнь Цинюань потерпел сотни неудач. Несколько раз он сворачивал не туда, едва не обратив вспять законы мироздания и не разрушив собственный фундамент. К счастью, он вовремя замечал ошибку, иначе его Тело Пути было бы безнадёжно испорчено, а последствия оказались бы катастрофическими.
"Как же мне поступить?" — этот вопрос всплывал в его голове бесчисленное множество раз.
"Поиск пути за пределами установленных законов изначально идет вразрез с мировым порядком. Кажется, до этого момента я не смел проводить по-настоящему смелых изысканий, действуя слишком осторожно".
После стольких лет бесплодных попыток божественное чувство Чэнь Цинюаня впервые проникло в это странное, неизведанное пространство. Возможно, это был его единственный шанс.
Если он упустит его сейчас, то вряд ли сможет когда-нибудь снова случайно нащупать эту нить.
"Нужно разрушить всё и заново проложить путь вперед", — эта мысль возникла внезапно, но с каждой секундой становилась всё сильнее, захватывая всё его существо.
Лишь через разрушение обретается новое. Нужно иметь мужество отринуть старое.
А что касается последствий... О них сейчас лучше не думать.
Излишние колебания лишь сковывают движения, и в итоге бездна поглотит тебя, обрекая на вечные муки.
"В худшем случае я просто начну культивацию с чистого листа, чего мне бояться?"
Чэнь Цинюань вспомнил те годы, когда он только вошёл в Бездну Небес: его культивация была уничтожена, и ему пришлось начинать с самого начала.
Если всё закончится крахом, он просто вернётся в Бездну Небес и будет умолять девушку в красном восстановить его духовный корень. Несколько сотен лет культивации — не такая уж большая цена.
Будущее долгое, и Чэнь Цинюань обязан был думать о том, что ждёт его дальше.
Один лишь прорыв к сфере Слияния Души потребовал от него колоссальных усилий. О том, как преодолевать девять царств сферы Пересечения Бедствия, страшно было даже помыслить — голова начинала раскалываться от боли.
Возможно, само небо не желало, чтобы подобный гений достиг зрелости, поэтому путь к новым вершинам был столь тернист. А когда он станет сильнее, ему наверняка придётся столкнуться с судом Великого Пути.
— Сокрушить! — выкрикнул он, укрепляя свою решимость, и указал пальцем на три Золотых Ядра, парящих в вышине.
В тот же миг Золотые Ядра содрогнулись, и всё пространство хаоса пришло в движение.
Это место было миром его фундамента, средоточием всех тайн, в корне отличающимся от внутреннего мира даньтяня любого другого практика.
"Нечего сомневаться".
Приняв решение, Чэнь Цинюань больше не медлил. Он нанёс ещё один удар, и незыблемый доселе фундамент Золотых Ядер пошатнулся. Порядок законов внутри пространства начал погружаться в хаос.
Раздался оглушительный взрыв. Ослепительные вспышки света брызнули во все стороны, едва не развеяв божественное чувство Чэнь Цинюаня. Если бы его сознание пострадало, он бы мгновенно утратил контроль над изменениями в своём внутреннем мире, что привело бы к неминуемой катастрофе.
— Слиться! — прохрипел он.
Под его управлением на всех трёх Золотых Ядрах проступили трещины. Его целью было не уничтожение фундамента Святых Золотых Ядер, а нечто куда более безумное — их слияние.
Он вознамерился создать совершенно новый путь фундамента!
Этот отчаянный поступок был сродни прогулке по лезвию ножа: один неверный шаг — и гибель.
— Сойтись воедино! — в реальном мире Чэнь Цинюань внезапно распахнул глаза и издал глухой, надрывный крик.
Всё дао-поле задрожало. Плотная духовная энергия хлынула к нему бурным потоком, впитываясь прямо в даньтянь. Время шло, а приток энергии не прекращался — Чэнь Цинюань превратился в бездонную пропасть, которую невозможно было заполнить.
В его внутреннем мире гремели отголоски Пути, сменяя друг друга, возникали и исчезали диковинные видения.
То ли из-за того, что фундамент Чэнь Цинюаня был слишком страшен, то ли из-за тумана хаоса, эти феномены не могли задержаться надолго и гасли, едва успев вспыхнуть.
В вышине больше не было видно трёх вращающихся ядер. Там пульсировал огромный сгусток золотого сияния, медленно сплавляясь в единое целое.
Чэнь Цинюань не только испытывал колоссальное давление, но и должен был пробиться сквозь окружающий туман, чтобы увидеть истину.
Он шел по самому краю бездны, где внизу зияла лишь бесконечная тьма. Ощупью продвигаясь вперед, он раздвигал руками пелену хаоса.
Никто не знал, сколько времени прошло и как далеко он зашел. Его дух был истощен до предела и мог рухнуть в любой момент.
Снаружи его тело страдало не меньше: меридианы рвались, кровь текла ручьями, а законы дао-поля пребывали в полнейшем беспорядке. Если так пойдет и дальше, то даже если Чэнь Цинюань не падет жертвой обратного удара собственного фундамента, его поглотит неконтролируемая мощь дао-поля.
В пространстве даньтяня божественное чувство Чэнь Цинюаня продолжало свой путь. В какой-то момент его стопа мягко коснулась чего-то, что не было твердой землей.
Опустив взгляд, он начал внимательно изучать поверхность под ногами. Это была вода.
— Это не просто духовная энергия, — уверенно произнес он.
Если это не духовная жидкость, то что же?
Пока он размышлял, туман вокруг начал стремительно отступать вдаль. Золотое сияние вверху сжалось в одну единственную точку, окруженную непостижимыми волнами законов.
Когда завеса окончательно спала, Чэнь Цинюань, наконец, увидел всё. От изумления он лишился дара речи.
Перед ним расстилалась бескрайняя водная гладь. Если говорить точнее, это был океан, которому не было видно конца.
Его внутренний мир превратился в морские просторы, в которых незримо растворились крупицы законов хаоса. Если бы кто-то мог взглянуть на это море с огромной высоты, он бы обнаружил, что оно невероятно чудесно и напоминает исполинскую планету, полностью покрытую водой.
Бум!
Во внешнем мире многие земли Северной Пустоши внезапно окутал густой черный туман, принеся с собой невыносимое чувство гнета.
Бесчисленные практики ощутили на себе давление силы Великого Пути. Их тела била дрожь, а сердца наполнялись беспричинным ужасом.
Множество великих старейшин пытались провести предсказание, но не смогли разглядеть ни единой зацепки — перед ними была лишь картина хаоса, невероятно сложная и запутанная.
В Академии Единого Пути декан, обладая великим могуществом, сразу заметила аномалии в законах небес и земли. Она мгновенно перевела взгляд на дао-поле. Хотя у неё не было прямых доказательств, она не сомневалась: всё это напрямую связано с Чэнь Цинюанем.
— След запретного...
Заметив искажение в порядке Великого Пути, декан на мгновение ощутила, как сжалось её сердце, а на лице отразилась глубокая тревога.
"Лишь бы всё прошло благополучно!"
На пути разрушения законов декан ничем не могла ему помочь. Ей оставалось лишь изо всех сил скрывать эманации Чэнь Цинюаня, чтобы Великий Путь не обрушил на него свою кару раньше времени.