Глава 356. Нельзя пропустить
— Приветствую мастера.
Чэнь Цинюань стоял подле Дугу Чанкуна и вежливо поклонился в сторону старого монаха. Он был представителем младшего поколения, и его поклон не вызвал у сильных мира сего лишних подозрений — все лишь в очередной раз убедились, что их отношения со Сюань Куном весьма необычны.
Старый монах в ответ кротко и доброжелательно улыбнулся Чэнь Цинюаню.
Пусть Дугу Чанкун не предпринимал никаких действий, сам факт того, что он восседал на возвышении, а Святые Владыки сект Имперской области стояли внизу, говорил о многом.
Пока он жив, он — величайшая угроза, и никто не осмелится на дерзкий поступок.
Ещё во время Пиршества Ста Ветвей Дугу Чанкун продемонстрировал невероятную боевую мощь. Во всём мире нашлось бы лишь несколько человек, способных выстоять против него в бою.
— Вы все прислали прошения о встрече. Какое у вас дело?
Дугу Чанкун проигнорировал толпы практиков, собравшихся поглазеть на зрелище, и устремил взор на группу Святых Владык.
Он задал вопрос, на который и так знал ответ.
Святые Владыки переглянулись, не зная, с чего начать. Намеренно или нет, но Дугу Чанкун прикинулся непонимающим, поставив их в крайне неловкое положение.
Если они сами заговорят о Демонической Бездне, то фактически признают вину своих орденов и окончательно упустят инициативу в переговорах.
— Если дел нет, то можете расходиться,
Дугу Чанкун не торопился. Если они не желали говорить открыто, то в будущем, когда что-то случится, им не стоило винить его в жестокости.
Каждая секта в своё время изучала прошлое Дугу Чанкуна: его руки были обагрены кровью миллионов. Пришлый чужак, он смог не только закрепиться в секте Духовного Журавля, одном из сильнейших орденов Имперской области, но и возвести своего названого брата на престол Святого Владыки.
С его хитростью и методами в этом мире мало кто мог сравниться.
Святые Владыки прекрасно понимали: если они сейчас развернутся и уйдут, поверив словам Дугу Чанкуна, то завтра же на их секты наверняка нападут таинственные личности, не давая покоя ни днём ни ночью.
— Мы прослышали, что секта Лазури намерена возродиться. Храм Шанлин прибыл, чтобы оказать поддержку, и преподносит в дар сотню камней духовной эссенции.
Как только Ло Шужун договорил, он достал драгоценную шкатулку и направил её по воздуху старику.
Духовная эссенция была невероятной редкостью; она могла зародиться только в самом сердце духовной жилы высшего качества.
Сотня камней эссенции означала, что ради них пришлось опустошить ядра сотни духовных жил высшего качества. Это были накопления Храма Шанлин за бесчисленные эпохи — подарок неописуемой ценности.
— Я не сделал ничего, чтобы заслужить такую щедрость. Пусть возрождение секты Лазури и будет трудным, нам не нужна помощь Храма Шанлин.
Дугу Чанкун щелчком пальца отправил парящую шкатулку обратно.
Храм Шанлин ни словом не обмолвился о прошлых кармических долгах. Сейчас они просто дарили эссенцию. В глазах посторонних выходило, что секта Лазури окажется обязана им за такую услугу.
Какая наглость со стороны Храма Шанлин — пытаться провернуть такую сделку!
— Позвольте спросить прямо, старший: чего желает секта Лазури?
Ло Шужун убрал шкатулку обратно в пространственное кольцо. Попытка использовать столь дешевый трюк, чтобы покончить со старой враждой, была верхом безрассудства.
— Старший, давайте оставим взаимные подозрения и поговорим открыто!
Святой Владыка секты Тысячи Пыли сделал шаг вперёд и громко провозгласил:
— Если есть возможность мирно разрешить кармические узы между сектой Лазури и нашими орденами, мы обязательно пойдём навстречу.
Остальные закивали, соглашаясь, но темы Демонической Бездны по-прежнему избегали, не желая упоминать её вслух.
Здесь собрались практики со всех концов света. Если они сейчас прилюдно раскроют правду о Демонической Бездне, поднимется невообразимая буря. Даже если тридцать шесть сект объединят усилия, им не удастся скрыть правду.
В таком случае восхождение секты Лазури станет неостановимым.
Узнав истину, люди если и не преисполнятся благодарности к секте Лазури, то будут обязаны относиться к ней с глубочайшим почтением.
Другие же силы Имперской области станут объектом всеобщего презрения, и им придётся как-то оправдываться. Конечно, если они достаточно бесстыдны, то могут просто проигнорировать позор.
Однако репутация и доброе имя орденов будут безвозвратно испорчены, что крайне пагубно скажется на их будущем. Без славы и чести ни один талантливый юноша или праведный гений не захочет вступать в их ряды. Со временем это неизбежно приведёт к упадку.
— Уважаемые благодетели, кажется, вы упускаете самое главное!
Старый монах решил подлить масла в огонь и звучно произнёс:
— Как же быть с делом Демонической Бездны? Как вы собираетесь его решать?
"Раз уж вы не хотите говорить прямо, это сделаю я!" — Сюань Кун с лукавой улыбкой обвёл взглядом присутствующих. Он был полон решимости восстановить доброе имя секты Лазури и укрепить её авторитет.
"До чего же несносный старик!" — в один голос подумали Святые Владыки, бросая на него недовольные взгляды.
Затем они тяжело вздохнули. В конце концов, этот вопрос всё равно пришлось бы решать, его невозможно было скрывать вечно.
— Демоническая Бездна... С чего же начать?
На сердцах присутствующих стало тяжело — этой истории было слишком много лет.
— Начните с самого начала, — предложил старый монах.
О деталях происшедшего в Демонической Бездне в мире знали лишь единицы. Даже многочисленные ученики великих орденов Имперской области оставались в неведении: руководство намеренно скрывало правду.
Молодые люди полны пыла и чувства справедливости. Узнай они, что их собственная секта совершила предательство и нанесла удар в спину союзникам, у многих бы пошатнулся Путь Сердца, а кто-то и вовсе мог бы покинуть орден.
Это неизбежно привело бы к разброду и шатаниям внутри сект, вызывая катастрофические последствия.
— Я раньше краем уха слышал о Демонической Бездне, но старейшины никогда не вдавались в подробности,
Гении различных орденов с любопытством навострили уши, желая наконец разобраться во всём.
Старики, скрывавшиеся в пустоте, поначалу хотели помешать разговору, но, поразмыслив, решили оставить всё как есть. Нельзя вечно подавлять правду. К тому же печати в Демонической Бездне начали ослабевать, и в эту эпоху им всё равно придётся искать совместное решение.
Более того, Дугу Чанкун не стал сразу нападать на секты, а пригласил сильнейших мира сего сюда. Значит, ещё оставалось пространство для маневра.
В этот момент со стороны Южного Региона прибыла целая группа орденов, подняв в небе мощные порывы ветра. Боевые колесницы Дворца Грушевого Цвета замерли в пустоте в первых рядах.
Из одной колесницы вышла женщина в простом, строгом одеянии — это была Святой Владыка Лю Наньшэн. Её появление приковало к себе множество взглядов.
— Это же Святой Владыка Дворца Грушевого Цвета!
— Она — настоящая легенда Южного Региона. За последние сто тысяч лет едва ли найдётся пара женщин, способных сравниться с ней.
— Говорят, что у Святого Владыки Лю и того старого монаха из Буддийской Школы когда-то была непростая связь. Интересно, вспыхнет ли между ними ссора при встрече?
— Здесь собралась почти половина всех великих личностей поднебесной. Такое зрелище нечасто увидишь и раз в десять тысяч лет!
На окрестных планетах яблоку негде было упасть: люди всеми возможными способами пытались увидеть происходящее в руинах секты Лазури. Торговые союзы, пользуясь случаем, организовали огромные площади с проекциями, передаваемыми с помощью артефактов, взимая за вход непомерную плату.
Но любой практик, желавший поглазеть на грандиозное событие, был готов расстаться с последними сбережениями, лишь бы не пропустить такое.
Лю Наньшэн шла по воздуху, и под каждым её шагом расцветали призрачные лотосы. Она направилась прямиком к древнему чертогу.
Первым делом она бросила взгляд на старого монаха. Внешне она оставалась совершенно спокойной, но в её душе бушевали нешуточные волны.
Затем Лю Наньшэн сложила ладони в приветствии Дугу Чанкуну:
— Я, Лю Наньшэн, приветствую собрата по Пути Дугу.
Дугу Чанкун ответил кивком.
Затем Лю Наньшэн перевела взгляд на старого монаха. Их разделяла лишь тысяча метров — один шаг для таких мастеров.
— Я думала, ты до конца своих дней не покинешь Буддийскую Школу,
На возвышении перед залом Чэнь Цинюань затаил дыхание, во все глаза глядя на происходящее. Продолжение давней истории их непростых отношений — такое нельзя пропустить!
Тем более что главными героями этой драмы были величайшие мастера современности. От предвкушения сердце Чэнь Цинюаня забилось быстрее.