Глава 248. Задаток Какой задаток
— Я знаю, что ты торопишься, но не спеши, — продолжил незваный гость, он же Ма Чжаоди. — Буквально сегодня утром я собственными глазами видел, как толстяк, только что сожравший половину ресторана, умер от истощения, превратившись в скелет, обтянутый кожей. И вокруг него, по чистой случайности, кружилась туча мух.
Константин, уже протянувший руку, чтобы выставить гостя, замер. Из этой фразы он мгновенно вычленил несколько ключевых моментов.
Первое: дерьмо, творящееся с Лестером, начало выплескиваться на улицы.
Второе: это не может быть просто инфекцией. Любой идиот поймет, что «человек, который ест и умирает от голода» и «толстяк, за минуты усыхающий до скелета» — это ни хрена не наука. Это сверхъестественное дерьмо.
Третье: этот парень — свидетель, и он не дурак. Он сообразил найти профессионала по мистической части.
Четвертое: дело пахнет Чревоугодием и мухами... Это наводило на очень паршивые мысли.
— ...Ладно, — Константин глубоко затянулся. — Не знаю, где ты обо мне слышал, приятель, но раз эта дрянь еще не перекинулась на тебя, я тебе искренне не советую в это лезть. Мой тебе совет: иди домой, ложись в кровать и проспись. Забудь все, что видел, как страшный сон.
— Серьезно? — переспросил Ма Чжаоди. — Хоть я и не из вашей тусовки, но найти информацию по мифологии несложно. Я погуглил. Баал, глава семидесяти двух демонов Гоетии в ханаанской мифологии, он же заместитель Сатаны в иудео-христианской системе, Повелитель Мух и Чумы Вельзевул, соответствующий смертному греху Чревоугодия.
Брови Константина поползли на лоб. Он был опытным диким магом, и хоть академий не кончал, книг по оккультизму прочел вагон и маленькую тележку. И когда Ма Чжаоди выложил инфу, он тоже первым делом подумал про этого Адского Премьер-министра.
Но это невозможно.
— Пацан, — он усмехнулся Ма Чжаоди. — Ты, может, и смекливый, нахватался вершков из книжек, но ты ни хрена не знаешь о Вельзевуле, так? Ты не представляешь, какая у него мощь и какая власть в Аду. Если бы ЭТОТ парень решил прогуляться по земле, ты бы из того ресторана живым не вышел, а я бы не смог не заметить такого всплеска энергии.
— Представь, что слон пытается тихонько протиснуться в двухметровую дверь. А если Тираннозавр? А если Годзилла? Наш мир — это та самая комната. Демон уровня Вельзевула, даже просто проецируя часть силы, сотряс бы весь человеческий мир.
Константин умолчал об одной детали: Тот-Кого-Нельзя-Называть наверху очень не любит, когда ангелы или демоны устраивают в мире людей бардак. По Его правилам, чтобы втиснуться сюда, им нужно урезать свои силы и принять человеческий облик.
Если бы Вельзевул хотел прийти лично, ему пришлось бы отказаться от львиной доли могущества. Для него это неприемлемо. А главное — на кой чёрт? Парочка, да хоть сотня человеческих душ не стоят таких усилий.
Ма Чжаоди выслушал и спросил:
— Но если это не Вельзевул, то кто?
Хороший вопрос.
Константин машинально глянул на Лестера. Пока они болтали, старый друг уже вытерся и переоделся. Помылся он, может, и хреново, но сейчас важнее было вытрясти из него информацию.
— Короче говоря, — подытожил Ма Чжаоди. — Считай это заказом. Ты помогаешь мне выяснить, что за чертовщина происходит, а я плачу тебе двадцать тысяч долларов. Как тебе?
— По рукам.
Не успел Ма Чжаоди закончить фразу, как Константин мгновенно сменил пластинку. Никакой гордости, чистое беспринципное согласие.
— Только уговор, — он затушил окурок в пепельнице и тут же прикурил новый. — Я хоть и Константин, магистр черной магии и все такое, но дела со злыми духами — штука опасная. Нужен задаток.
— Десять тысяч баксов пойдет? — пожал плечами Ма Чжаоди. — Давай счет, я переведу прямо сейчас.
В душе он ликовал. Раньше, чтобы уломать этого мага-подонка, пришлось бы танцевать с бубном, а сейчас... Ощущение, что любую проблему можно решить, просто швырнув в нее деньгами — это чертовски удобно.
«Я всегда думал, что Брюс Уэйн счастливчик», — подумал он. — «Я ошибался. Счастье Брюса Уэйна я даже вообразить себе не могу».
Как только Ма Чжаоди перевел деньги, Константин снова открыл рот:
— И еще одно. Я не могу гарантировать твою безопасность на сто процентов. Если ввяжешься в это дерьмо — жизнь и смерть в руках судьбы. Хочешь отказаться — сейчас самое время.
— А как же задаток?
— Какой задаток?
...Чёртов Константин. Этот пункт я тоже усвоил. Есть еще что-то?
— Нет, старина. Добро пожаловать в Лондон, добро пожаловать в безумный мир сверхъестественного.
Константин с ухмылкой глубоко затянулся. Даже без денег Ма Чжаоди он собирался расследовать дело Лестера, но кто ж откажется срубить легкого бабла по пути?
«Вот это мне поперло».
Ма Чжаоди тоже улыбался. Для него главным были очки активов, а доллары — лишь средство их получения. В Готэме за двадцать тысяч баксов ни один суперзлодей даже задницу бы не поднял, чтобы работать с ним — репутация «Катастрофы» бежала впереди него.
Пока оба, довольные своими хитрыми планами, улыбались друг другу, в дверь постучали.
Тук-тук-тук!
— Погоди, это, наверное, мой друг.
Константин с сигаретой в зубах кивнул Ма Чжаоди и открыл дверь. В квартиру вошел коренастый мужчина средних лет в обычной куртке. Выглядел он настолько заурядно, что в толпе на него никто бы и не взглянул. Трудно поверить, что этот простой водила — один из самых живучих друзей Константина.
— Привет, друг, как жизнь? — Константин обнял его. — Порошок привез?
— Привез, — буркнул мужчина. — Хоть мне это и не нравится.
Константин глянул на диван, где сидел Лестер, обхватив голову и бормоча что-то себе под нос, и снова глубоко затянулся:
— Старина, откуда столько морали? Пусть ширнется как следует, нам нужно, чтобы он заговорил.