Глава 12. Район Отисбург
Раздолбанный автобус, качаясь, ехал по дороге, пробираясь сквозь поток машин и холодный туман Ист-Энда, пересекая весь верхний город с востока на запад.
—
Слава богу, второй перестрелки не случилось, и старый Джек не пострадал.
Дрейк и Ма Чжаоди сидели в продуваемом всеми ветрами автобусе, который ехал по улицам Отисбурга. Услышав бормотание Дрейка, Ма Чжаоди удивлённо на него посмотрел.
А что, блядь, бывает и вторая?
Как пойдёт. Обычно нет, но это же Ист-Энд, сам понимаешь. Иногда вторая партия садится на полпути. В этом месте у людей часто нервы сдают, так что одного автобуса бывает мало.
Ни хрена это не нормально
, — мысленно возразил Ма Чжаоди.
А что с трупами и кровью на улице?
Через пятнадцать минут всё исчезнет. Уборщики готэмской мафии — профессионалы.
А если водитель погибнет, что с автобусом?
Водители обычно не гибнут. Они, знаешь ли, для атмосферы. Это как в бадминтоне или теннисе, кто-то должен подавать первым. А причина простая: стрелять умеют многие, а водить такой автобус — желающих мало. Так что сейчас водительские перестрелки — это так, для вида. Только совсем уж невезучие попадают под шальную пулю или рикошет.
Глаза Ма Чжаоди загорелись. Он тут же заинтересовался:
— А какая зарплата у водителя автобуса? Вакансии есть?
Дрейк усмехнулся:
— На «Старом Джеке» за последний год сменилось три водителя. Одному осколок гранаты пробил шею, другой ослеп от рикошета, а последний пытался поднять цены на оружие, и ему отстрелили яйца. Место освобождается часто, так что, если хочешь, шанс есть.
Взгляд Ма Чжаоди мгновенно стал ясным и лишённым всяких мирских желаний.
«Старый Джек» — это, блядь, название автобуса? Водитель, значит, просто расходный материал… Погоди, погоди, кто-то ещё и с гранатами ездит?
Обычно не носят и в таких местах не используют, потому что дорого и невыгодно. Но ты же знаешь, это Ист-Энд. Психов здесь больше, чем нормальных.
Сказав это, Дрейк невольно вздохнул, видимо, вспомнив что-то из своей жизни в этом районе.
Пока они болтали, автобус въехал в Отисбург. Увидев это, Дрейк поспешно потащил Ма Чжаоди к выходу.
За мной, работа недалеко от остановки, — Дрейк посмотрел на часы. — Нам повезло, сейчас только восемь двадцать. По крайней мере, в первый день не опоздаешь.
Ты прав, — Ма Чжаоди молча листал магазин Системы в поисках чего-нибудь съестного. — Но в первый же день по дороге на работу мне чуть не прострелили башку, так что у моей башки могут быть некоторые возражения по поводу слова «повезло».
По сравнению с хаотичным, грязным и застроенным убогими домишками Ист-Эндом, Отисбург выглядел намного приличнее.
Прямо перед ними раскинулся район с высотными зданиями и сверкающими корпоративными башнями; вдали виднелись огромные заводы с длинными трубами, из которых валил густой чёрный дым; и даже жилые кварталы, хоть и выглядели старовато, были чистыми и светлыми, создавая впечатление лёгкого беспорядка, а не нищеты.
Не смотри, ничего хорошего там нет, — с ноткой сарказма произнёс Дрейк. — Когда-то одна из ведущих фармацевтических компаний, а из-за одной аварии превратилась во второсортную контору с красивым фасадом. Не знаю, долго ли ещё это здание простоит в Готэме.
Ма Чжаоди тут же уловил намёк:
— Эта компания — «Уэйн Фармасьютикалс»?
«Уэйн»? Нет, конечно. Почему ты так решил? — Дрейк с недоумением посмотрел на него. — Хоть младший Уэйн и плейбой-мажор, совесть у него всё-таки есть.
Эта компания — та самая, что сотрудничала с доктором Виктором. Теперь мы друзья, так что могу тебе рассказать.
За это время я кое-что раскопал. Исчезновение мистера Виктора — это не просто несчастный случай. Эта компания намеренно прекратила его проект, то есть отключила аппарат жизнеобеспечения его жены, что и привело к той аварии.
Ма Чжаоди кивнул. Он не очень хорошо помнил историю происхождения Мистера Фриза. Ему казалось, что Фризу помогала именно «Уэйн Фармасьютикалс», но, возможно, он ошибался, или этот мир был одной из тех альтернативных вселенных, о которых он не знал.
В конце концов, с этими перезапусками и мультивселенными DC всё так запутано, что сами редакторы, поди, не знают, что творится в ненарисованных мирах. Так что Мистер Фриз с немного странной историей происхождения вполне мог существовать.
Что ж, по одёжке протягивай ножки, — успокоил он сам себя. — Какой смысл об этом думать? Ты сейчас даже стрелять не умеешь, любой гопник тебя ножом пырнёт.
Он шёл за Дрейком по улицам Отисбурга. Уже совсем рассвело, но солнце не могло пробиться сквозь плотные тучи над Готэмом. Небо было серым, тепла не чувствовалось. В Готэме всегда казалось, что вот-вот пойдёт дождь.
Ма Чжаоди мельком осматривал здания: «Стагг Индастриз», вдалеке — «Эйс Кемикалс», казино «Монарх» и какие-то пёстрые клубы.
Хорошо, что он не знал, насколько значимы все эти места, иначе он бы на месте воскликнул: «Да тут святых хоть в ряд выставляй!»
Конечно, когда за одним из зданий показалось высокое колесо обозрения, кое-какие воспоминания всё же всплыли.
О… «Убийственная шутка».
Что?
Ничего. Там что, парк развлечений?
Спешивший Дрейк проследил за его взглядом и тоже увидел колесо обозрения. Он вздохнул.
Да… но он заброшен. Говорят, после убийства Уэйнов здешний театр тоже забросили, потом преступность выросла, и никто больше не решался приводить сюда детей. Так парк и пришёл в запустение.
Заброшен, и слава богу
, — подумал Ма Чжаоди. —
Когда этот парк снова заработает, у кого-то наверняка будут большие проблемы.
Бедный комиссар Гордон, столько сил отдал Готэму, а в итоге сын стал злодеем, дочь соблазнил какой-то психопат в трико, а потом её ещё и подстрелил другой псих, пробил позвоночник и сделал голые фотки.
Если бы была возможность, Ма Чжаоди очень не хотел бы, чтобы его привязывали к колесу обозрения и заставляли смотреть на фотографии Барбары.
Пока Ма Чжаоди размышлял, Дрейк остановился.
Хватит глазеть, мы пришли.