Глава 194. Правильное применение Неосязаемости!
— Тогда… удачи тебе.
Произнеся эти слова, Вэнь Юй тут же вышел из боевого режима, отозвав Циклопа в Царство Душ, и снова активировал его. Его ноги медленно начали погружаться в землю.
Неосязаемость!
Он использовал навык, чтобы полностью уйти под землю и оттуда двинуться к краю барьера. Это был лучший способ избежать кровавой бойни наверху. Возможно, у кого-то из врагов и была способность передвигаться под землёй, но с его текущими характеристиками Вэнь Юй не боялся сражаться и там.
Навык Неосязаемости казался простым, но чем чаще Вэнь Юй его использовал, тем глубже понимал его потенциал. Каждый навык S-класса и выше таил в себе скрытые возможности.
Погружаясь всё глубже, он наконец наткнулся на преграду. Посмотрев вниз, он увидел тускло светящуюся чёрную мембрану. Это была нижняя граница барьера.
Всё Поле Битвы было заключено в гигантскую сферу, из которой не было выхода — ни в небе, ни под землёй.
— Что ж, пусть будет так… — вздохнул Вэнь Юй.
Он посмотрел наверх, и ему показалось, что сквозь толщу земли он видит поле боя, где бывшие союзники рвут друг друга на части; видит Дракона, молча принимающего на себя удары; видит Сунь Жуйсина, растерянно бродящего у края барьера. Он видел добро и зло, скрытые в самых тёмных уголках души.
«Этого ты хотел? Это твоя цель? Это та воля к жизни, которую ты желал увидеть? Прости, но я вижу лишь уродство. И я… один из них».
...
Битва на поверхности продолжалась неведомо сколько. Вэнь Юй чувствовал, как сжимается барьер, и ему приходилось подниматься всё выше и выше. Несколько раз он выбирался на поверхность в районе Столпа Обмена, чтобы купить зелья восстановления выносливости, — только так он мог поддерживать Неосязаемость в течение долгого времени.
Когда он в шестой раз поднялся на поверхность, битва практически закончилась.
Барьер сузился до крошечного пятачка, меньше километра в диаметре. Вся земля была залита кровью и усеяна кусками плоти. Горстка выживших — несколько зверей-мутантов и Обладателей профессий — вела последнюю, отчаянную схватку. Их налитые кровью глаза горели безумной яростью. Уже не имело значения, кто был их следующим противником. Потому что врагами были все.
Там, где раньше лежал Дракон, теперь высилась гора трупов, полностью скрывшая его под собой. Вэнь Юй не знал, жив он или мёртв, но разбросанные вокруг чёрные чешуйки говорили о том, что если он и жив, то находится на последнем издыхании.
Появление Вэнь Юя не осталось незамеченным. Все оставшиеся в живых тут же обратили на него свои взоры.
— Брат Вэнь Юй, помоги мне! — крикнул Сунь Аотянь.
Этот парень куда-то исчез во время битвы с демонами и появился только тогда, когда барьер уже значительно сузился. Поэтому он потратил не так много сил и смог продержаться до сих пор.
Его противник, Чжан Лифэй, выглядел куда хуже. Всё его тело было покрыто ранами и кровью — своей и чужой. У его ног лежал Ли Шаньлинь. Судя по огромной, рваной ране, он был мертвее мёртвого.
— Брат Вэнь Юй, помоги мне убить этого ублюдка! Он напал на меня исподтишка! — увидев, что Вэнь Юй не торопится, а лишь оглядывается, Сунь Аотянь запаниковал.
Чжан Лифэй был сильнее его, и даже тяжело раненый, он сражался на равных.
Услышав слова Сунь Аотяня, Чжан Лифэй побагровел от ярости.
— Ты, ублюдок! Я на тебя напал? Мы же договорились сначала разобраться со зверями-мутантами, а ты, тварь, ударил нам в спину! Посмеешь сказать, что это не ты убил дядю Шаньлиня? Посмеешь сказать, что все эти раны на мне — не твоих рук дело?
В ответ на это Сунь Аотянь промолчал, лишь ускорив атаки и то и дело косясь в сторону Вэнь Юя.
Вэнь Юй молча призвал Циклопа.
— Иди, зачисти оставшихся зверей-мутантов.
Их и так было немного, а после жестокой бойни они были тяжело ранены. Против свежего и полного сил Циклопа у них не было ни шанса.
Видя, что Вэнь Юй призвал своего питомца, но сам не сдвинулся с места, Сунь Аотянь снова закричал:
— Брат! Помоги же!
Вэнь Юй посмотрел на его отчаянное лицо и усмехнулся. Он медленно достал из пространственного кольца сигарету, неторопливо закурил, глубоко затянулся и выпустил струйку дыма.
— И в чём смысл? — лениво протянул он.
Да, в чём смысл?
Услышав его слова, Сунь Аотянь и Чжан Лифэй, яростно «сражавшиеся» мгновение назад, замерли. В их взглядах, обращённых на Вэнь Юя, вспыхнула неприкрытая жажда убийства.
— Спектакль окончен. Действительно, смысла нет, — горько усмехнулся Сунь Аотянь, и они вместе с Чжан Лифэем начали медленно отступать. — Как ты догадался?
— Скажем так, актёры из вас никудышные. Просто отвратительные. Твоя одежда в крови, но я смотрел на тебя довольно долго и не заметил ни одной кровоточащей раны. Но главное… вы, ребята, по-настоящему жестоки. Особенно ты! — Вэнь Юй перевёл взгляд на Чжан Лифэя. — Это ведь был твой дядя, так? И ты просто убил его. Ударом в спину. Что-то вроде ледяного шипа, да? На его ране до сих пор остались кристаллики льда, вы даже не удосужились их убрать.
— Ты видел его взгляд перед смертью? Ему, наверное, было очень больно, да? Он доверил тебе свою спину, а ты его убил. Зачем?
— Зачем? — голос Вэнь Юя был спокоен и холоден.
Но Чжан Лифэй, словно сорвавшись с цепи, закричал:
— А что мне было делать?! Всё равно выживет только один! Если бы он не умер, мы бы не смогли устроить этот спектакль, эту ловушку! Он всё равно бы умер! Почему бы ему не умереть с пользой?! И вообще, почему ты не попался?! Почему?!
— Ты не попался! Значит, он умер зря! Это ты его убил! — его голос постепенно успокоился, и во взгляде, помимо жажды убийства, появилось нечто, именуемое ненавистью. — Да, это ты его убил!
— Отличный ход, переложить вину на другого. Ставлю лайк, — кивнул Вэнь Юй и, не скупясь на похвалу, показал ему большой палец.
Затем, не обращая внимания на побагровевшее лицо Чжан Лифэя, он повернулся к Сунь Аотяню.
— Я понимаю, почему ты решил подстроить мне ловушку. Я тебя за это не виню. Наоборот, я должен тебя поблагодарить. Ты дал мне отличный повод тебя убить.
Услышав это, Сунь Аотянь рассмеялся.
— Лицемер!