Глава 38
Сыворотка, пробуждающая способности? Интересненько!
Все женщины в комнате тоже насторожились и напрягли слух.
Цзян Чжу была удивлена:
— Сыворотка? А откуда вы её взяли?
— Хе-хе, тут всё связано с одной очень таинственной организацией. Я сам знаю немного, — Ся Бэйчэнь был совершенно откровенен с невестой. — Только папа и сестра поддерживают с ними связь. Но сестра говорила, что шанс пробуждения низкий, а умереть — вполне реально. Всё-таки это вытяжка из ядовитого снега.
Но не переживай! Я же Ся Бэйчэнь! Ради тебя — даже на смерть готов!
У Цзян Чжу сжалось сердце:
— Бэйчэнь, не делай этого! Это слишком опасно!
— Не бойся, Сяо Чжу. Со мной ничего не случится. Я верю, что моя любовь к тебе преодолеет любые испытания!
В этот момент Линь Дун и остальные содрогнулись — по телу пошли мурашки.
Брутальный красавец-богач... и вдруг такое слащавое?!
Цзян Чжу понимала: он, узнав, что она получила способность через контакт с ядовитым снегом, не мог этого стерпеть. Его гордость толкала его сделать то же самое.
Она продолжала отговаривать, но он не слушал. Из его уст сыпались одни слезливые фразы: «ради тебя», «через огонь и воду» — так, что у Цзян Чжу волосы шевелились.
— Плохо дело, сестра идёт! Потом поговорим, Сяо Чжу, жди новостей! — Ся Бэйчэнь торопливо сбросил звонок.
Цзян Чжу сидела с телефоном в руке, не зная, что делать. Она хотела было поднять глаза и попросить Линя Дуна повернуть к особняку семьи Ся, чтобы остановить Бэйчэня, но... как она вообще могла взглянуть в глаза своему жениху?
Она ведь клялась, что сохранит себя до брачной ночи, а в итоге... после конца света Линь Дун сделал с ней всё, что захотел.
Она больше не имела права быть женой Ся Бэйчэня.
— Бэйчэнь... прости меня... — отчаянно прошептала Цзян Чжу, и её глаза наполнились слезами.
Линь Дун похлопал Лин Сюэ, давая понять: продолжай. А Лян Чжихань в это время внимательно наблюдала за Цзян Чжу, у неё в голове крутились какие-то свои мысли.
Прошло ещё полчаса, и вдали, наконец, показался Технологический университет Цзянчэна. Линь Дун надел на себя пуховик и утеплённые штаны, взгляд его стал мрачным и холодным.
— Хозяин, а почему именно это место — первая остановка в нашем путешествии? — кокетливо спросила Лин Сюэ.
Линь Дун усмехнулся:
— Потому что моя первая любовь всё ещё жива. Она ждёт меня здесь.
Все четыре девушки одновременно обомлели.
Первая любовь?!
Неудивительно, что, даже окружённый настоящими красавицами, Линь Дун смотрел на них лишь с вожделением, но без капли чувств. Значит, сердце его давно занято — ведь для мужчины первая любовь всегда ранит сильнее всего!
— Хозяин... вы хотите её забрать с собой? — робко спросила Шэнь Ваньюэ. За эти дни она уже привыкла, что принадлежит только Линь Дуну, и теперь, когда вдруг появилась бывшая, она испугалась, что придётся делить место рядом с ним.
Если появится ещё одна, их жизнь станет куда тяжелее. Ни одна женщина не потерпит, чтобы её мужчина содержал сразу столько идеальных красавиц просто как игрушки.
А если Линь Дун уйдёт, они просто перестанут развиваться. Любая встреча с сильным противником, обладающим способностями, — и их тут же разорвут в клочья.
— Забрать её? — Линь Дун хмыкнул.
— Я её туда же и отправлю!
Раньше он был слепо влюблён, терпел от Чжао Юйфэй всякую мерзость, но теперь, когда всё изменилось, он ясно видел, насколько же глупым был. А она — законченная мразь!
На этот раз он возвращался, чтобы от всей души... унизить её!
По тону Линя Дуна стало ясно, что он не просто зол — он жаждал мести. Девушки не знали всех подробностей, но и без этого было понятно: обычная история — злая бывшая.
Лин Сюэ лукаво сощурилась и тут же прижалась к нему:
— Хозяин, я обязательно наряжусь так, чтобы ваша бывшая обзавидовалась до чёртиков! Хотите — надену чёрные чулочки? Белые? Или может, сеточку?
Но Линь Дун отмахнулся:
— Через минут двадцать вы все останетесь в гостинице рядом. Когда понадобитесь — я вас позову.
— А?! — Лин Сюэ выглядела крайне недовольной. Как же так — такая эпичная сцена, и её не позвали? Помочь Хозяину унизить бывшую — разве это не её священный долг?
В конце концов, если бы не эта дура, Линь Дун бы не стал таким холодным и беспощадным!
Все четверо женщин, хоть и не видели ещё Чжао Юйфэй, уже успели затаить на неё обиду.
— Но, Хозяин... ну можно мне хотя бы посмотреть~ — Лин Сюэ начала капризничать.
Линь Дун рассмеялся и пожал плечами:
— Если вы будете рядом — я не смогу полностью раскрыться.
Лян Чжихань покусала губу и вытащила из кармана маленькую кнопку.
— У меня есть скрытая камера. Раньше я использовала её для съёмки доказательств. Она подключается к телефону... может, попробовать?
Ничего не скажешь — любопытство у женщин в крови. Даже если Лян Чжихань всё ещё противилась Линю Дуну, она не могла устоять перед возможностью понаблюдать за этим «шоу».
Глаза Лин Сюэ тут же загорелись. Она мигом подхватила камеру и аккуратно приколола её к одежде Линя Дуна, прошептав ему на ухо:
— Хозяин, ну пожалуйста, надень камеру~ Когда вернётесь, я вас от души отблагодарю~
Глаза Линя Дуна расширились, он кашлянул и почесал нос:
— Кхм... раз вы так хотите — ладно, Хозяин сегодня пойдёт вам навстречу!
— Хозяин, до скорого~
Четверо девушек во главе с Шэнь Ваньюэ стояли у безопасной зоны у входа в отель, махая вслед уезжающему фургону.
— Пошли, найдём в отеле чистую комнату и подождём приказа от хозяина, — Шэнь Ваньюэ сунула в карман термостат, подаренный Линь Дуном, и первой вошла в здание.
Лин Сюэ пошла за ней.
Лян Чжихань и Цзян Чжу не сдвинулись с места. Лишь когда силуэты тех двоих скрылись в глуби отеля, Лян Чжихань вдруг тихо заговорила:
— Цзян Чжу, я вижу, тебе совсем не хочется оставаться рядом с Линь Дуном. Сейчас у нас есть шанс сбежать, но получится это только если мы объединимся.
— Я знаю этот отель — пятизвёздочный, один из лучших в Цзянчэне. Здесь наверняка остались выжившие. Мы можем объединиться с ними, захватить тех двух женщин, а когда Линь Дун вернётся, предъявить ему ультиматум: пусть отдаёт фургон. Тогда у нас появится шанс сбежать. Ну как тебе идея?..
Цзян Чжу стояла, руки в карманах, и на холодном лице промелькнула лёгкая насмешка.
— Если бы ты знала его хоть немного, то поняла бы: пока он жив — у нас нет ни единого шанса сбежать.
Как ты думаешь, почему он спокойно оставил горничных здесь?
Потому что ему плевать, выживут они или нет. А может, точнее будет сказать — их жизнь и смерть подвластны ему. Он может даровать им жизнь или забрать её в любой момент.