Глава 104
Вскоре вернулись и Ся Цинъю, и Цзян Чжу. Увидев руины, оставшиеся от жилого комплекса «Озеро Весны», обе были в шоке.
— Хозяин, вы в порядке?! — Ся Цинъю тут же подбежала, вся в тревоге.
Чёрт, эта новенькая ещё лучше притворяется! Посмотрите на её тревожный взгляд, слезу на грани падения, дрожащие губы и напряжённую позу — не зря ведь она актриса! Настоящий профессионал!
— Всё нормально, — Линь Дун покачал головой.
Ся Цинъю только тогда облегчённо выдохнула и прошептала, наклонившись к уху:
— Хозяин, эта стерва Цзян Чжу отпустила своего жениха...
Линь Дун бросил равнодушный взгляд в сторону Цзян Чжу. У горничных тут же перехватило дыхание — сердце будто остановилось.
Цзян Чжу поспешно опустилась на колени:
— Хозяин, вот вся партия сыворотки пробуждения, которую передала Семья Юнь. Я доставила всё.
Ся Цинъю скрипнула зубами: опять эта стерва нашла, как загладить вину!
Линь Дун принял ампулы, с интересом осматривая: «Любопытная штука, надо признать».
— Хозяин… и что теперь делать? — Шэнь Ваньюэ сморщилась, глядя на разбросанные по земле изуродованные тела.
Одна разрублена пополам, у другой пробито всё тело, третьему размозжили голову — похоже, сегодня хозяин был особенно зол.
Линь Дун взглянул на всё мрачнеющее небо, махнул рукой — и перед ним появился автодом.
— Вы, девчонки, сейчас поедете и разнесёте гнездо Фонда. Чёрт возьми, они посмели взорвать меня — ни один ублюдок оттуда не должен выжить. Даже яйца им потрясите, чтобы желток развалился!
Лин Сюэ сжала губы:
— А вы, хозяин, не поедете с нами?
Линь Дун закатил глаза:
— Мне кровать разнесли, идиоты. Пойду сначала найду, где поспать!
***
Горничные, управляя автодомом, медленно удалились. А Линь Дун, осмотревшись, просто выбрал первое попавшееся направление и ушёл.
Внутри автодома Цинь Шуяо первой же бросилась в ванную.
Ничего не поделаешь — на ней было слишком много крови. Стоило оказаться в тёплом салоне, как кровь, что уже успела застыть на морозе, начала медленно стекать по одежде. Если не помыться сейчас, в машине невозможно будет находиться.
Лин Сюэ с хитрой улыбкой подскочила к Цзян Чжу:
— Эй~ Цзян Чжу, ты ведь встретила своего жениха, да? Покраснела, расплакалась, ну хоть что-то было?
Ся Цинъю фыркнула:
— Ни румянца, ни слёз. Некоторые сучки, честно говоря, хладнокровны до крайности. Только рот открыла — и моему брату сердце разбила вдребезги.
Цзян Чжу усмехнулась:
— Зато я хотя бы оставила его в живых. А вот некоторые — совсем обезумели, своих же родственников не пожалели. В Семье Ся было больше сотни человек — и все превратились в ледяные статуи. Это кто тут настоящая бездушная стерва?
Горничные переглянулись: неужели знаменитость и правда так жестока?
— Это же всего лишь стайка кровососущих пиявок! Убила и убила! — Ся Цинъю не испытывала ни капли вины.
— Хм! После смерти ты точно попадёшь в ад! — с презрением бросила Цзян Чжу.
Ся Цинъю долго молчала, затем тихо сказала:
— А разве мы уже не в аду?
Горничные: …
Чёрт побери, а ведь звучит логично!
Лин Сюэ скривилась:
— Что значит «в аду»? Рядом с Хозяином — это же самый настоящий рай, разве нет?
Шэнь Ваньюэ усмехнулась:
— Ну да, только потому, что Хозяин тебя до небес поднимает!
Чэнь Юньси попыталась сгладить обстановку:
— Эй, ну хватит уже, сестрёнки, не ссорьтесь. Цзян Чжу, ты тоже — в этот раз перегнула. Ся Цинъю всего лишь лишила твоего жениха семьи, а ты? Ты лишила его любви!
Ся Цинъю: …
Цзян Чжу: …
Вот ещё одна мелкая сука!
Лян Чжихань наконец-то нашла шанс вставить слово, поёжилась и робко подняла руку:
— Эм, Хозяин велел нам разобраться с Фондом… Но кто-нибудь вообще знает, где он находится?
Горничные: Эээ…
Шэнь Ваньюэ, скрестив руки на груди, взглянула на Ся Цинъю:
— Ваша семья сотрудничала с Фондом. Ты, наверное, знаешь, где он.
Ся Цинъю помолчала немного и кивнула:
— Знаю!
«Умная женщина. Настоящая соперница. Но, к счастью, не такая уж и красивая. Моё преимущество всё ещё при мне!»
Цинь Шуяо наконец закончила мыться и, наивно хлопая глазами, вышла:
— Кажется, на улице дождик пошёл~
Шэнь Ваньюэ вздрогнула и тут же повернулась к окну.
И правда — на стекле автодома появились капли дождя.
Лян Чжихань в изумлении указала наружу и громко закричала:
— Смотрите, этот дождь странный!
Горничные бросились к окнам, у всех зрачки сузились.
В свете фар, в тёмной ночи, капли величиной с бобы падали на снег, и в местах соприкосновения тут же поднимался густой пар, словно снег моментально таял.
И не только снег — фонари по обе стороны улицы тоже начали покрываться следами коррозии.
Дождь усиливался, с грохотом барабаня по крыше автодома. Звук, который обычно убаюкивает, сейчас заставлял кровь стыть в жилах.
Ся Цинъю открыла дверь, создала ледяное копьё, высунула его наружу и поймала несколько капель. Её прекрасные глаза сжались от тревоги.
— Это… кислотный дождь?
Лицо Лин Сюэ стало мертвенно-бледным. Она молилась, чтобы автодом смог защитить их.
Шэнь Ваньюэ покачала головой:
— Кислотный дождь не может растворять снег. Пока автодом ещё может ехать, нужно срочно искать укрытие!
Дом на колёсах резко рванул с места.
На заснеженной дороге Линь Дун всё ещё ломал голову, где бы переждать ночь. Вдруг капля дождя упала ему на лоб.
— А? — Линь Дун нахмурился, провёл рукой по лицу. Всего за несколько секунд лоб и пальцы начали пощипывать и покалывать.
— Вот чёрт! Что за дождь такой?!
Дождь становился всё сильнее. Почувствовав неладное, Линь Дун немедленно бросился к ближайшему зданию.
Двор уже был полностью завален снегом, но, к счастью, здание имело второй этаж. Линь Дун разбил окно и пробрался внутрь.
Внутри было кромешно темно.
Грррах-гром!
Снаружи прогремел гром. Во вспышке молнии Линь Дун разглядел: помещение было в беспорядке — запылённые, старые плюшевые игрушки, двухъярусные кровати, детская одежда, разбросанная по полу. Всё казалось мрачным и пугающим.
Нахмурившись, он попытался вспомнить и вскоре понял, где находится.
Сиротский приют «Тяньсин»!
До конца света этот приют нередко получал пожертвования. Чжао Юйфэй тогда ещё жалобно умилялась бедным никому не нужным сиротам и заставила Линь Дуна пожертвовать сюда 500 юаней.
Весь следующий месяц Линь Дун, «с любовью помогающий», ел только паровые булочки.
Чёрт побери, до сих пор бесит! Почему она сама не пожертвовала свои деньги?.. Ах да, её деньги — это же тоже мои…
Конец света уже давно настал. Скорее всего, сироты не пережили эту зиму.