Глава 288 - Абсолютный приём Небесного Чертога
[Сорок первый год: Весть о том, что Предок Минхэ исподтишка атаковал проклятием Великого Божественного Управляющего Небесного Чертога, вызвав гнев Небес, и Ли Му во главе ста тысяч небесных воинов выступил в поход на Кровавое Море Преисподней, молниеносно разнеслась по всему Хунхану.]
В успех твоей затеи не верил почти никто.
Да, Небесный Чертог был признанной Предком Дао властью Трёх Миров.
Да, ты, Ли Му, был личным младшим учеником самого Владыки Тунтяня, любимцем всей Секты Преграждения.
Но кто такой Предок Минхэ?! Это же титан старой гвардии Хунхана, стоявший на одной ступени с Предком Дао Хунцзюнем и твоим учителем Тунтянем!
Он был Полусвятым, непобедимым никем ниже уровня Святого. И пусть он так и не достиг святости, ему не хватало лишь самой малости удачи.
Ещё с незапамятных времён по Хунхану ходила поговорка:
«Если бы Саньцин не обрели святость, в битве один на один никто бы не одолел Минхэ. А на территории Кровавого Моря Преисподней даже против Святого Предок Минхэ останется непобедим».
И ты, сопляк, практикующий от силы пару лет, дерзнул дёргать за усы самого Предок Минхэ? Ты просто понятия не имеешь, насколько остёр и беспощаден меч владыки Секты Убийства!
На Западном море, на Острове Цзиньао, среди учеников Секты Преграждения вспыхнул настоящий бунт.
«Ну и что, что Минхэ крут?! Если он смеет обижать Секту Преграждения, мы покажем ему, что значит гнев Десяти Тысяч Бессмертных!»
«Тем более он поднял руку на нашего младшего ученика!»
На того самого любимого младшего ученика, который с трёх лет бегал по Острову Цзиньао и заходил в любую пещеру без стука!
В то утро Святая Матерь Цзиньлин на рассвете велела слугам запрягать её Колесницу Семи Ароматов.
Святая Матерь Удан всю ночь точила свой меч.
В глазах Святой Матери Гуйлин впервые за долгое время рассеялась привычная сонная муть — она высчитывала, хватит ли площади Кровавого Моря, чтобы вместить её истинный облик Духа-Черепахи.
А старший ученик Дуобао поступил ещё проще...
Дуобао поставил у входа в пещеру лавку и каждому проходившему мимо ученику раздавал по магическому сокровищу, снабжая заклятием самоподрыва: «Когда придём к Кровавому Морю, не скупитесь пускать вещицы на фейерверки, у меня этого добра навалом!»
Даже Семеро Приближённых Бессмертных, за исключением кролика по имени Чанъэр, в тайне репетировали совместную боевую формацию. И хотя против самого Минхэ они не тянули, разогнать десяток-другой миллионов его кровавых клонов были вполне способны!
Но...
Весь Остров Цзиньао опутала плотная завеса мечевой ци.
Лучшие из лучших во главе с Троицей Дев Сяо и Чжао Гунмином уже долгое время стояли на коленях перед Дворцом Биюгун.
Всё впустую.
И хотя Владыка Тунтянь не показывался и не ронял ни слова, его намерение было предельно чётким:
Секта Преграждения закрывает горы, никому не выходить!
Тунтянь: «Разбаловать дитя — всё равно что погубить его. На этот раз попускать нельзя!»
Во Дворце Биюгун Тунтянь вальяжно восседал на циновке. Его мужественное, красивое лицо выражало суровую непреклонность отца, никогда не потакающего капризам отпрысков.
Дитя Воды и Огня несмело спросило:
— Владыка, вы определились? Что мне передать младшему господину — Знамя Шести Душ или Кару Шэньсянь?
— Зачем ему эта дрянь?! — мгновенно «поплыл» строгий отец. — Я же сказал: если давать, так самое лучшее! Тащи Меч Цинпин! Только тайком, слышишь? Чтобы те дуралеи у входа не засекли!
«Строгий отец, не балующий детей»? Ну да, конечно! Понятие переменчивое. Его ребёнок мог терпеть суровые уроки жизни, но никому постороннему обижать его не дозволялось!
Дитя Воды и Огня тихонько закатило глаза, прижало к груди Меч Цинпин и уже собиралось выскользнуть через заднюю дверь Дворца Биюгун...
— Погоди! — Владыка Тунтянь внезапно застыл, прищурив глаза. — Когда отдашь меч, заскочи на Горы Куньлунь и перехвати ту жирную птицу, что вылетела от моего второго брата! Что за манеры?! Я же сказал, что сам воспитываю парня, а он тайком лезет наводить связи! Бессовестный, ну до чего бессовестный!
В этот самый миг Дитя Белого Журавля, только что покинувшее Дворец Юйсю со Знаменем Паньгу за спиной и летевшее к Кровавому Морю, внезапно вздрогнуло от нехорошего предчувствия.
Это ощущение сильно напоминало тот случай пару лет назад, когда он принёс письмо Наставнику Хуанлуну на Гору Эрсянь и его чуть не пустили на суп.
***
[Сорок первый год (вторая половина): Спустя три месяца над миром загремел небесный гром, разверзлась небесная мощь, заржали драконьи кони, и запряжённые в колесницу фениксы огласили вышину криком.]
Ты восседал на парадной колеснице Великого Божественного Управляющего Карательными Походами. За твоей спиной стояло десять тысяч небесных воинов, спустившихся к Кровавому Морю Преисподней, от которого до самого неба разило злобой и скверной.
Великий Божественный Управляющий был невероятно хорош собой: соболиные брови, ясные очи, на нём сверкали яркие доспехи, на голове покоилась багряно-золотая корона Девяти Небес, на поясе висел драгоценный малахитовый меч, а под ногами клубились облака.
Ты взмахнул рукой:
— Внимание всем! Копья наголо! Прицелиться в Кровавое Море! Если кто выдаст меньше трёх цзиней — отправлю на телесную модификацию и сделаю небесной феей!
— Слушаемся и повинуемся, Великий Управляющий! — в ужасе содрогнулись воины.
Раздался оглушительный лязг доспехов, и в следующее мгновение над Кровавым Морём хлынул проливной дождь. Даже запряжённый в твою колесницу феникс глубоко вдохнул, напрягая нутро.
Феникс пробормотал:
«Чёрные гадят белым, белые — чёрным, я в этом деле профи! Но вот если море красное… Чем мне гадить?! Да пофиг, зафигачу радужно-чёрным!»
— Не… он что, серьёзно?!
С самого сотворения Хунхана в мире не было недостатка в любителях поглазеть на чужие разборки. Ещё в день, когда прошла весть о походе Небесного Чертога, толпы зевак, которым обычно и пару шагов ступить лень, преодолели тысячи гор и рек, чтобы успеть к самому эпицентру событий.
Да что там зеваки — за происходящим в эту минуту пристально следили и Святые, и сам Хаотянь!
Когда Хаотянь увидел эту картину через небесный обзорный шар, у него губы затряслись.
«Всё… Всё кончено! Лицо Небесного Чертога растоптано в грязь!!»
Но дрожь губ Хаотяня неожиданно переросла в широкую ухмылку.
Только когда величественный Небесный Чертог во главе со своим Божественным Управляющим отбрасывает лишний стыд, он способен по-настоящему завоевать уважение!
— Ваше Величество, а ведь Великий Управляющий — гений! — восхищённо хлопнул в ладоши Тайбай Цзиньсин.
Крупные фракции Хунхана не боялись битв и проклятий. Взыграй у них спесь — они бы с радостью посразились и со стотысячным войском.
Но!
Сражения они не боялись. А вот того, что сто тысяч воинов придут устроить проливной «дождь» прямо у них на крыше — боялись ли они этого? Ещё как!
Небесный Чертог жертвовал лишь копеечным стыдом, а вот те, над кем «пролил дождь», лишались достоинства на веки вечные!
В глубинах Кровавого Моря Преисподней Предок Минхэ вскочил, грохнув кулаком по столу. Ему и в страшном сне не могло присниться, что ты реально припрёшься воевать, да ещё и сделаешь из его родного моря отхожее место!
Нетерпимо! Такое, ссука, вообще нельзя терпеть!
Бум!
Десятки тысяч асуров, принимая на себя «благословение» небожителей, ринулись из морских глубин. Выполнив норму в три цзиня, небесные воины затянули пояса, подняли оружие и пошли в контратаку.
Великая битва началась!