Глава 268 - Заклятие Призыва Дракона
[Год шестьдесят третий (середина)]
Следом за Белым Журавлем миновав Мост Эрсянь и пройдя по Магистрали Чэнхуа, Нэчжа наконец увидел обитель Наставника Хуанлуна.
Без дураков: такой убогой пещеры Нэчжа не встречал еще ни разу в жизни.
Даже стиль «развалины после бомбежки» на фоне Пещеры Магу казался изысканной роскошью.
Нэчжа честно попытался подобрать точное описание этому жилищу.
Пожалуй... стиль «первобытного питекантропа»?
— Кто там пришел?
Сухая трава, закрывавшая вход в Пещеру Магу, раздвинулась изнутри, и из бурьяна высунулась лысая, шишковатая голова с аккуратными рожками.
Хуанлун оглядел Нэчжу — его глаза вспыхнули. Оглядел Ао Чжэньчжу — глаза засияли еще ярче. Перевел взгляд на Белого Журавля — и сглотнул слюну.
Белый Журавль сжался: «Во-первых, я не еда! Во-вторых... Мамочки! Учитель! Великий Предок! Мне страшно! Здесь хотят съесть птицу!»
— Ха-ха-ха! А я-то думал, кто ко мне пожаловал! Да это же маленький Нэчжа! Сколько лет тебя не видел, эка махнул! А ведь когда ты был совсем крохой на Куньлуне, я держал тебя на руках!
Раздался раскатистый, добродушный смех, и Наставник Хуанлун выбрался из бурьяна. На нем висела даосская мантия, залатанная в шести или семи местах, а на ногах красовались плетеные соломенные сандалии, из которых торчали пальцы. Он с теплотой погладил Нэчжу по голове.
— И Белый Журавль тут! Много лет ты не заглядывал к дяде... Глоть!
Дитя Белого Журавля молча отступил за спину Нэчжи.
Наставник Хуанлун повернулся к Ао Чжэньчжу:
— А ты... дитя из рода Владыки Западного Моря, да?
Ао Чжэньчжу замотала головой, точно заведенная. Перед выходом старший брат строго-настрого запретил называть свой род!
Она прокашлялась, достала из мешка Цянькунь здоровенный стебель лука-порея — длиною выше Нэчжи — и, хрустя им на ходу, баритоном выдала:
— Не-е-е, ошибочка выходит! Я здешняя, с границы Северного да Восточного морей драконица, ага! По говору вишь — сразу видать, оттель я, верно говорю?
Белый Журавль: «...»
Нэчжа: «...»
— Слышь, девка, там у нас порядок слов в предложениях так топорно не коверкают, переборщила, — Хуанлун забрал у неё лук, бережно спрятал за пазуху, еще раз смерил взглядом Белого Журавля (в его голове пронеслось не менее сотни кулинарных рецептов), потряс головой и переспросил: — Владыка Учения велел тебе привести Нэчжу и эту глуповатую драконицу ко мне?
— Именно так, дядя-наставник! — кивнул Белый Журавль и сделал пару шагов назад, готовый в любой миг вспорхнуть в небо.
— Ну, тады всё понятно. Заходите, че встали.
Хуанлун со смехом откинул охапку сухой травы, заменявшую дверь.
Нэчжа и Ао Чжэньчжу вошли внутрь. Белый Журавль остался снаружи — заходить в эту усыпальницу ему совсем не хотелось.
— Ха-ха, лети, лети! Ты с детства был таким пугливым. Неужто дядя тебя и впрямь сожрет? Передавай от меня привет старшему брату Наньцзи! — махнул рукой Хуанлун.
Журавль, точно получив помилование, замахал крыльями и унесся с такой скоростью, что если бы не цвет перьев, его легко можно было спутать с птицей Пэн.
Внутри Пещеры Магу царил тот же спартанский минимализм. Наставник Хуанлун предложил им садиться где угодно — благо никакой мебели не водилось, выбирай любой валун по вкусу.
— Дядя-наставник, а зачем Великий Предок отправил нас к вам? — прямо спросил Нэчжа, торопясь в Сици.
Хуанлун указал на Ао Чжэньчжу:
— Владыка Учения еще в давние времена говорил, что найдет преемника для моей ветви. И когда тот явится, подле него будет дракон, чистый от кармической греховности... Ха-ха-ха! Старший брат Тайи — счастливчик, такого ученика отхватил!
— А ну-ка, гляньте, какую вещь покажу!
Хуанлун покопался в груде камней и наконец извлек на свет Запечатлевающий Камень.
— Сильнейшие плотью во всем Хунхане — сие раса Ву да драконы. Нэчжа, да и ты, малая, смотрите внимательно!
Хуанлун влил духовную силу в камень, и в мрачной пещере вспыхнула проекция.
С ходу развернулась грандиозная картина: мимо пролетала золотая трехногая ворона-Цзиньу, рушились небеса, раскалывалась земля, меркли солнце и луна.
Великан, упиравшийся головой в небеса, бился с этой золотой птицей. Одно лишь эхо их ударов заставляло содрогаться весь мир Хунхан и рушило законы Дао.
— Это... Битва Расы Ву и Демонов? — спросил Нэчжа.
Хуанлун качнул головой:
— Бери выше. Это лишь малый отрывок схватки между предводителем Ву Чжужуном и Восточным Владыкой Тай-и.
В иллюзии Тай-и и Чжужун бились насмерть.
Предводитель Ву Чжужун был невероятно силен, но Восточный Владыка Тай-и превосходил его. В одиночном бою Чжужун постепенно уступал.
Великих предков Ву было двенадцать, тогда как ослепительных солнц Хунхана — лишь два.
Чжужун оказался в тупике, но и не думал отступать. На пике ярости он издал дикий рев, и по его телу пробежал драконий рык!
На запястьях Чжужуна вились два дракона, и еще два висели на ушах, точно живые серьги.
Четыре Истинных Дракона огласили мир громовым рыком, отделились от тела великана и развернулись в исполинских змей длиной в десять тысяч ли.
В следующий миг Чжужун сложил сложнейшую печать. Четыре дракона обратились в чистый свет и слились с ним воедино!
У Чжужуна прорезались драконьи рога, зрачки сузились в хладнокровные вертикальные щели, а кожа покрылась непробиваемой чешуей. В мгновение ока его физическая сила и мощь возросли в разы! Переломив ход боя, он с новой свирепостью обрушился на Тай-и.
На этом иллюзия оборвалась, и Хуанлун спрятал камень.
— Сие есть Искусство Призыва Дракона. Тайная магия, существующая с самого рождения драконьего рода. До сего дня её могли использовать лишь двенадцать с половиной существ. Ныне осталась лишь половина.
— Дядя... Эти двенадцать с половиной — уж не двенадцать ли предводителей Ву да вы сами?
— Истину молвишь. Кроме меня да двенадцати древних предводителей Ву никто не способен применить Искусство Призыва Дракона. А причина проста: плата за эту магию слишком велика, никому иному её не снести.
Нэчжа похлопал глазами. В чем заключалась плата, он пока не знал, но подозревал: катастрофическая нищета Наставника Хуанлуна напрямую связана с этой техникой.
Хуанлун произнес серьезно:
— Применяя Искусство Призыва Дракона, ты взваливаешь на себя часть кармической греховности призванного дракона. Чем чаще используешь — тем тяжелее груз. Лишь древние Ву, обладавшие заслугами по очищению Хунхана от кровавой скверны и защищенные кровью Пангу, смели призывать драконов.
— Однако чем тяжелее плата, тем сокрушительнее мощь! Приняв карму дракона и слившись с ним, ты превращаешь его в подлинного Истинного Дракона, не скованного никакими проклятиями — истинного властелина Хунхана! Тот же Чжужун, слившись с четырьмя драконами уровня Великого Бессмертного Даро, кратковременно совершил прорыв от начальной стадии Полусвятого до средней!
Хуанлун заговорил с нескрываемым возбуждением:
— Нэчжа! Хоть я и не ведаю, кто тот великий умелец, что взял на себя карму твоей драконицы, но тебе несказанно повезло! Это значит, что когда я передам тебе Искусство Призыва Дракона, ты сможешь использовать его практически без всякой платы! Какое счастье, Нэчжа! Впредь в нашем Учении Чань не то что среди третьего поколения — даже среди нас, твоих дядей, мало кто сравнится с тобой по силе!
— Открой же разум и принимай магию!