Глава 257 - Преимущество на моей стороне!
Дацзи без Чжоу-вана и Дацзи подле него — это, как говорят, две большие разницы.
И всё же, с аппетитом хрустя редькой и свежей зеленью — больше похожая на милого кролика, чем на роковую лисицу-демона, — Дацзи слушала рассказ Гуаньцзюань весьма внимательно. Как-никак, благодетельный зверь благодетельным зверем, а поручение Богини Нюйва нужно выполнять на совесть.
Едва Гуаньцзюань закончила докладывать, в хорошенькой головке Дацзи созрел грандиозный замысел.
Чуть восточнее Крепости Чэньтан лежал Перевал Юйхунь, где вовсю гремела война. Если прямо сейчас, под предлогом потакания сыну и возведения храма нечистому духу, снести голову Ли Цзину — генералу, только что снискавшему воинскую славу... То, чего доброго, мятежный князь Цзян Вэньхуань сумеет с ходу ворваться в земли Великой Шан, что неизмеримо ускорит падение династии!
Дацзи кокетливо похлопала ресницами. Ей, как истинному священному зверю, до смерти надоело торчать в этой убогой Шан! Ах, как хотелось домой! Забраться в нору, пахнущую розовой шерсткой, зарыться в тепло и проспать целую тысячу лет!
— Позовите-ка ко мне господ Фэй Чжуна и Юй Хуна, — распорядилась она.
Сжевав последний ломтик редьки, Дацзи, пока Ди Синь ещё потчевал в объятиях сна, созвала экстренное совещание с заводилами главной коварной четвёрки царства.
Фэй Чжун и Юй Хун мгновенно чутко уловили: пришёл их час!
Эти двое уже давно зубами скрипели на заносчивых генералов-вояк Великой Шан. Грубые неотёсанные мужики, ни капли почтения! Разве они не знают, что мы — любимчики самого государя? Ни подарка на праздник, ни знака внимания — сопляки бескультурные!
Раньше эту военную копошащуюся братию защищал Великий Полководец Хуан Фэйху, так что у заговорщиков не было возможности применить свои козни. Но теперь сама августейшая Императрица вложила им в руки верный клинок!
Поклонение нечестивым духам в неосвящённых храмах — тяжкое государственное преступление!
Впрочем, раньше на подобное смотрели сквозь пальцы. Строгость появилась лишь в последние годы, когда на престол восшёл Ди Синь. До этого же среди народа Шан суеверия цвели пышным цветом. Поклонялись кому ни попадя: лесной нечисти, еретическим божкам, небесным владыкам. Да что там — любой деревенский богатей мог ради наживы выдумать из головы чёрта лысого, и всё село валом валило совершать ему жертвоприношения.
Не надо сказок про то, будто человечество — властелин мира и небес не почитает. Всё это чушь! Для миллионов это был единственный способ прокормить семью.
Однако Ди Синь, став правителем, первые годы действительно пытался проявлять мудрость: он решил разрубить этот узел одним махом и напрочь искоренить еретические культы. Рубили головы без разбора — в те времена палаческие мечи тупились десятками.
Думаете, Цзян Вэньхуань, тридцатилетний юнец, едва унаследовавший отцовский титул, обладал таким небывалым авторитетом, что смог поднять за собой двести князей? Как бы не так! По меньшей мере шестьдесят процентов из них примкнули к мятежу только потому, что Ди Синь перекрыл им доходную жилу с фальшивыми богами. Для них это было равносильно убийству родителей!
Так или иначе, после жестоких чисток религиозная сфера в землях Шан стала кристально чистой. Запрещались не сами моления, а лишь возведение неосвященных капищ и поклонение небесным богам. Народу разрешалось молиться, но лишь тем Богам Человеческого Пути, что получили официальный патент от государя и состояли на учёте в Астрономической Службе.
Только боги Человеческого Пути имели право вкушать молитвенный фимиам подданных Шан. Все прочие, пусть даже высшие чины Небесного Чертога, безжалостно объявлялись бесовскими истуканами.
И вот, ближе к вечеру, под совместным натиском клеветы Фэй Чжуна с Юй Хуном и сладкого шёпота Дацзи, Владыка Людей Ди Синь направил в Крепость Чэньтан Высочайший указ: Ли Цзину повелевалось в трёхдневный срок снести нечестивый храм на Горе Цуйпин! В случае неповиновения — казнь за измену!
Едва указ был подписан, Дацзи довольно заулыбалась. Она была уверена: Ли Цзин ни за что не снесёт храм, ведь там возрождается его собственный сын! Какой отец своими руками лишит дитя шанса на жизнь? Ли Цзин неизбежно поднимет бунт! План по возвращению в уютную лисью нору сделал огромный шаг вперёд. Как же здорово!
Фэй Чжун и Юй Хун тоже потирали руки. Неважно, сдохнет Ли Цзин или нет — завтра они выпросят у государя полномочия ревизоров и проедутся по всем генеральским уделам с проверками. С такой-то грамотой на руках кто будет решать, законный у генерала бог или нет? Конечно же, они! План по набиванию собственных карманов за счёт казны продвинулся на гигантский шаг!
И даже Ди Синь пребывал в прекрасном расположении духа. Хе-хе, Дацзи обмолвилась, что у неё есть две сестрицы, ничуть не уступающие ей в красоте! План по превращению гарема в обитель неземного блаженства продвинулся на гигантский шаг!
И Ли Цзин... Ли Цзин радовался больше их всех!
— Наставник, теперь я понял, про какое «время» вы говорили! — ликовал генерал.
В тот же день он во главе личной гвардии устремился на Гору Цуйпин. Держа над головой императорский указ, он сровнял с землёй твой храм, а твоё золочёное изваяние рассыпал в прах собственной рукой. Да так усердно колотил, что готов был стереть глину в мельчайшую пыль.
Когда ты вернулся с подножия горы, где явил верующим чудо, твоя голова чуть не оторвалась от удивления при виде дымящихся руин.
— Что за бред?! Это же чертовски нелогично! Этот пёс Ли Цзин кругом виноват, и у него хватило дерзости разнести мой храм?!
Ты собирал фимиам полгода и только-только взрастил свой Первозданный Дух до уровня Небесного Бессмертного — и тут на тебе! Небо рухнуло на землю!
Сюжет ведь уже пошёл по совершенно новому пути! Каким образом всё снова вернулось к отправной точке?!
Ты не понимал этого и знать ничего не хотел!
— Ли Цзин... Старый чёрт, я давал тебе шанс!
Если бы твоей суперсилой был не симулятор, а система выбора, сейчас перед тобой определенно возникла бы вилка:
Вариант первый: Сглотнуть обиду и вернуться на Гору Цяньюань к Наставнику.
Награда: Плоть из Зачарованного Лотоса, основа для физического обретения святости.
Вариант второй: «Ли Цзин, я твою матушку ебал, сдохни, тварь!»
Награда: Капля Крови Паньгу за убийство Ли Цзина, но с вероятностью 90% твой Первозданный Дух будет испепелён ударом судьбы Человеческого Рода.
Награда первого варианта заманчива, да вот беда — никакой системы у тебя не было. Но была и хорошая новость: ты ничерта не боялся быть испепелённым!
— К чёрту эту симуляцию! Я всё равно тебя прибью!
Превозмогая палящий зной Истинного Солнечного Огня, жгший твой Первозданный Дух, ты устремился в Крепость Чэньтан.
Дух без плоти — лишь перекати-поле на ветру, пусть даже он и силен, как Небесный Бессмертный. Но тебе было плевать!
— Я, чёрт возьми, любимчик всего Яшмового Пруда! Мне ли бояться этой суши?!
Ты сжал кулак, и плотная капля Сущности Воды с Яшмового Пруда окутала твой Первозданный Дух. Истинный Солнечный Огонь? Да пусть сам Солнечный Владыка Ди Цзюнь явится сюда с раздувальными мехами — плевать!
Ударом ноги ты снёс ворота резиденции генерала. В этот момент Ли Цзин с наслаждением попивал вино — у него давно не было столь радостного дня.
Осушив кубок, он с абсолютным спокойствием воззрился на тебя, пышущего яростью:
— Хех, я так и знал, что ты, исчадие ада, явишься мстить! Взгляни-ка лучше, что у меня есть!
Ли Цзин запустил руку за пазуху и извлёк указ, написанный личной рукой Ди Синя.
Это был Императорский Указ! Несущий в себе судьбу Человеческого Рода и Пурпурную Властную Ци Императора! Не то что твоя скромная душонка Небесного Бессмертного — явись сюда хоть Великий Бессмертный Дало, его бы прижало к земле насмерть!
Но...
Ли Цзин вдруг осёкся: «Почему за спиной этого щенка реет какое-то знамя? И что там за иероглифы?.. Знамя... Пань... Гу?..»
«Это ещё что за хрень?! Чёрт с ним, разве может какая-то тряпка сравниться с указом Владыки Людей?! Ха-ха-ха, преимущество на моей стороне! Щенок обречён!»