Глава 235 - Явление Сокровенной Жемчужины
[«Постойте... Если я стал Нэчжой, откуда взялся второй Нэчжа? Кто из нас настоящий, а кто фальшивка?!»]
[Глядя на соседа, выглядевшего так, будто его создали сочетанием клавиш «Ctrl+C» и «Ctrl+V», ты почувствовал, как зачесались мозги. Что за чертовщина?!]
[Ты из любопытства протянул пухлую ручонку, чтобы потыкать в «клона», но стоило пальчику приблизиться, как второй ты вытаращил глаза.]
[Без малейшей задержки он набросился на тебя, вцепился в горло и попытался откусить кусок — словно вознамерился сожрать тебя живьём!]
[Такую наглость стерпеть?!]
[Оригинал и Клон сцепились прямо внутри мясного шара. И хотя становиться сыном Ли Цзина тебе не улыбалось, для начала следовало выжить и во всём разобраться, а не подохнуть с ходу.]
[А уж что касается мордобоя — тем более ближнего боя, — ты давненько не встречал равных.]
[Тем временем снаружи в уютной, тёплой комнате обессиленная госпожа Инь встала перед мясным шаром, загораживая его от Ли Цзина, который с мечом в руках пребывал на грани психоза.]
[Ли Цзин действительно сходил с ума, чувствуя, что репутации рода Ли в Крепости Чэньтан настал окончательный и бесповоротный конец.]
[— Почему шар?! За что Небеса так издеваются надо мной?! За что мне эти муки?! — Ли Цзин взвыл к потолку со слезами на глазах. — Жена, отойди! Этот шар — несомненный демон, я обязан испепелить его сегодня!]
[— Не позволю! Я вынашивала этого ребёнка три года и шесть месяцев! Это моя кровь и плоть! Если хочешь рубить — руби вместе со мной! — госпожа Инь встала намертво.]
[Ли Цзина колотило, на лбу вздулись жилы. Но тут мясной шар неожиданно подпрыгнул, перелетел через голову госпожи Инь и с точным прицелом грохнулся прямо на Ли Цзина, прижав того к полу и начав вращаться, с азартом раскатывая его по доскам!]
Кха!
[Ли Цзина так сдавило, что он выплюнул струю крови на два метра.]
[Рубить мечом?]
[Он даже шевельнуться не мог!]
[Госпожа Инь растерялась: с одной стороны — дитя, выношенное за три с лишним года, с другой — родной муж. Кому помогать?!]
[— Спаси... Оттолкай его... скорее-е-е! — захлебываясь кровью, закричал Ли Цзин.]
[Госпожа Инь посмотрела на бешено крутящийся шар...]
[Да как его оттолкать-то?]
[— Муж мой... ты ведь говорил, что в юности учился магии в Пещере Восьми Сокровищ Облачного Света? Вспомни какое-нибудь заклинание! — осенило госпожу Инь.]
[Ли Цзин замер. И то верно! От страха у него совсем мозги отключились.]
[— Жена! Скорее беги на улицу и принеси мне горсть земли! Живее!]
[Госпожа Инь мигом сбегала и вложила в руку мужа земляной ком.]
[Ли Цзин одной рукой сжал землю, другой сложил магический знак и дымком провалился под пол, выскочив во дворе.]
[А внутри шара тем временем решился исход битвы между Оригиналом и Клоном.]
[Клон был растоптан и прижат твоей ногой.]
[Хотя в теле младенца ты лишился былой силы, у Клона силы тоже не было!]
[К тому же он абсолютно не умел драться — лишь проявлял слепую свирепость. Да вот только толку от неё?]
[Ты одной рукой связал его Шёлком Великого Хаоса, а второй от души потчевал Кольцом Неба и Земли.]
[Каждый опытный боец знает: бить вооружённой рукой безоружного — одно удовольствие.]
[Под твоими ударами Клон становился всё меньше и меньше.]
[Снаружи Ли Цзин с мечом наперевес опасливо вернулся в комнату, но на этот раз заявлять о намерении кого-то зарубить не спешил.]
[Супруги переглянулись, пребывая в глубокой печали...]
[— Муж мой... может, всё-таки рассечём его?]
[— А?]
[Ли Цзин удивлённо уставился на жену.]
[Госпожа Инь ласково приложила ладонь к шару:]
[— Я о том, чтобы аккуратно разрезать внешнюю оболочку. Я чувствую биение сердца. Наш ребёнок внутри.]
[— Гм... Режь!]
[Ли Цзин набрался храбрости, подошел и осторожно клинком надрезал мясную оболочку.]
[Внутри ты торопливо прикрыл глаза ручонками: кто знает, сколько лет эти глаза не видели света, яркий вспышка больно ослепила.]
[Но в следующее мгновение ты оказался в тёплых и мягких объятиях:]
[— Муж мой, это мальчик! Посмотри, какой красавец, даже красивее Цзиньчжа и Мучжа!]
[Ли Цзин приблизился и осторожно отвёл твои ручки от лица.]
[Ого... На редкость погожий малец.]
[Белолицый, словно из нефрита выточенный, полная духовной силы кроха! Да ещё и родился с двумя артефактами.]
[Ли Цзин становился отцом не в первый раз, но Цзиньчжа и Мучжа при рождении были сморщенными и дурнушками, лишь через несколько дней приобретая нормальный вид.]
[А этот...]
[Красив аж до неправдоподобия.]
[Но!]
[По какой-то неведомой причине Ли Цзин испытал к этой мордашке физиологическое отвращение на уровне инстинктов.]
[— Государь! Государь! — подбежал запыхавшийся слуга.]
[— У дверей...]
[— Стой! — перебил Ли Цзин.]
[— Ты ведь хочешь сказать, — подхватил Ли Цзин.]
[— Что за воротами стоит старый бессмертный и просит аудиенции? — закончила госпожа Инь.]
[Слуга: «???» (Вы что, читали мой сценарий?!)]
[Супруги переглянулись и одновременно вздохнули:]
[— Опять...]
[Да, опять! Они уже привыкли.]
[Когда родился Цзиньчжа, пришёл старый бессмертный. Спустя годы родился Мучжа — снова явился старый бессмертный. Теперь родился третий — не явись даос, они бы удивлённо ахнули.]
[Госпожа Инь печалилась: по опыту прошлых разы старец заберёт дитя на далёкую духовную гору учиться магии. Мать желала сыну светлого будущего, но расставаться было невыносимо больно.]
[А вот Ли Цзин...]
[Ему забирать третьего казалось благом. Во-первых, он почему-то с порога возненавидел мальчишку. Во-вторых, рождённый после трех с половиной лет вынашивания мясной шар вредил репутации градоначальника.]
[— Проси! Скорее проси!]
[Едва Ли Цзин промолвил это, как в горницу вошел величественный даос средних лет с выправкой настоящего бессмертного. У Ли Цзина сжались зрачки.]
[— Вы... Наставник Тайи из Учения Юйсю?]
[Ли Цзин почтительно поклонился. В юности, учась в своей «бурсе», он бывал на открытой лекции Тайи Чжэньжэня.]
[— Сколько лет прошло, а комендант Ли ничуть не изменился, — дружелюбно кивнул Наставник Тайи.]
[Ли Цзин растрогался:]
[— Вы помните меня?!]
[— Конечно, — серьёзно кивнул Наставник Тайи. — Комендант Ли — единственный ученик Пещеры Восьми Сокровищ Облачного Света, бросивший учёбу на полпути. Не только я, но и абсолютно все наставники помнят вас чрезвычайно отчётливо.]