Глава 180 - Странствуя по свету
[Преодолев половину пути, ты хлопаешь себя по лбу, пролетаешь мимо Бяньцзина и устремляешься прямиком в Десятитысячную Ядовитую Чащу Наньцзяна.]
[В этой, восьмой по счету симуляции ты в первый же день вскрыл тайную сокровищницу монархов Царства Юэ, загреб все золото и серебро, а заодно досыта накормил кота.]
— Ты сожрал уже две порции, а толку никакого?
Ты держишь за шкирку разжиревшего черного кота весом под тридцать килограммов. Котяра смотрит на тебя абсолютным, незамутненным разумом взглядом туповатого студента.
Похоже, двух остатков души Золотого Бессмертного Великого Дао пока недостаточно для качественного прорыва.
Впрочем, дело наживное. Главное — процесс идет: две секунды — одна порция, давай хоть тоннами!
Засунув упирающегося кота обратно в симуляционное пространство, ты возвращаешься в Бяньцзин и приземляешься прямо у дверей личной сокровищницы Императора Хунъюэ.
В этот момент Император Хунъюэ как раз выходит из дверей. Ты высоко задираешь подбородок, закладываешь руки за спину и принимаешь вид гордого мастера, который прожил восемьсот лет и ни разу не получал по роже за понты.
— Кто смеет вламываться во дворец?! Люди, взять его! — стоящий за спиной императора старший евнух машет шелковым платочком и верещит тонким писклявым голосом.
— Смертные, на колени!
Ты сдерживаешь презрительный прищур и взмахиваешь рукой. Могучий порыв ветра сбивает с ног окружение, да так, что даже сам Император Хунъюэ — мастер Предельного этапа — едва удерживается на ногах.
После этого ты с аристократичным величием шествуешь в сокровищницу, одарив императора многозначительным взглядом.
Император Хунъюэ замирает: «Этот человек... Он точно бессмертный!»
Внутри сокровищницы явно недавно навели порядок — Алтарь Созидания Цао Бао больше не завален горами золота и серебра.
Ты подходишь к алтарю и взмахом руки обрушиваешь на него горы сокровищ из закромов рода Сяо, моментально погребая конструкцию под драгоценностями.
Спустя пару мгновений перед тобой соткалась прозрачная фигура Цао Бао, и на тебя привычно даванула тяжелая аура.
Вот только на этот раз ты даже не чешешься от этой «тяжести».
— О? Твое тело...
Цао Бао с изумлением разглядывает тебя. Ты же отвешиваешь ему вежливый, но без тени лизоблюдства поклон — исполненный достоинства и благородства.
— Маленький практик Ли Му из Пещеры Цзыян с Горы Цинфэн приветствует бессмертного старца.
Цао Бао ошеломленно замирает:
— Пещера Цзыян с Горы Цинфэн? А Истинный Владыка Цинсюй Додэ тебе...
— Мой дорогой наставник, — выпрямляешь ты спину, гордо выпячивая грудь.
Как говорится, когда странствуешь по свету, статус ты рисуешь себе сам.
А уж поверят другие или нет — их проблемы. Главное — задвигать с нужным пафосом, а остальное люди сами за тебя додумают.
В этих делах у тебя богатейший опыт!
Представившись, ты затыкаешься и не роняешь больше ни слова.
Проекция Цао Бао пристально сканирует тебя с головы до ног на протяжении десятка секунд, после чего внезапно касуется рукой твоего плеча, давя книзу.
Сила вроде невеликая, но в его ладони сокрыта настолько чистая и плотная энергия, что, обрушившись на плечо, она ощущается тяжестью целого океана.
Твое тело невольно вдрагивает, и вопреки твоей воле наружу выплескивается трансформация: Три головы и Шесть рук!
Глаза Цао Бао вспыхивают восторгом, и он убирает руку, удовлетворенно кивая:
— Три головы и Шесть рук! Отлично! В твоем теле нет и следа культивации Цзи, но плоть прочна как монолит, а сила подобна демонической. Ты действительно идешь по даосскому пути закалки тела до обретения божественности! Достойно ученика Учения Чань, какова мощь!
— Старец переоценивает меня. Чему наставник учил, то я и зубрил.
— К слову, недавно доходили слухи, будто верховой зверь Владыки — Златоглазый Облачный Верблюд — занемог? Справился ли он с недугом? — внезапно спрашивает Цао Бао.
Ты с абсолютно каменным лицом смотришь на Цао Бао, а про себя презрительно ухмыляешься. Для искушенного знатока романов про Хунхан подобная дешевая проверка — детский лепет!
Слегка нахмурившись, ты произносишь:
— Старец, у моего наставника из верховых зверей есть лишь Зверь Облачных Облаков да Нефритовый Цилинь. Откуда у него взяться Златоглазому Верблюду?
— А-ха-ха... Ну, верно, верно! Стало быть, мой склероз подвел, со слухами спуталось.
— А в каких священных краях практикует сам старец? — равнодушно интересуешься ты.
— Ха-ха, слово «старец» звучит слишком отчужденно. На самом деле я состою в весьма теплых отношениях с замруководителя вашего Учения, почтенным Жаньдэном. Так что можешь звать меня дядей Цао. А практику веду я на горах Уйишань, — с улыбкой кивает Цао Бао, после короткой проверки окончательно уверовав в твое происхождение.
Ты мгновенно меняешь тон на более теплый и уважительно произносишь:
— Дядя Цао!
— Добрый племянник! Почему ты не практикуешь в Пещере Цзыян, а оказался в этом малом мире?
— Эх-х...
Ты с досадой потираешь переносицу и тяжело вздыхаешь:
— Дядя Цао, кабы вы знали, какая со мной вышла нелепость! Некоторое время назад наставник отправлялся на горы Куньлунь для совещания и прихватил меня с собой, велев на досуге подметать Клифф Цилиня. Вы ведь знаете Клифф Цилиня, дядя?
— Э-э... Знаю, знаю, продолжай, племянник, — запнувшись от неловкости, кивает Цао Бао. За тысячи лет практики он даже не знал, в какую сторону открываются ворота Дворца Юйсюй, откуда ему знать про какой-то клифф! Но странствуя по свету, лицо терять нельзя ни в коем случае!
Ты продолжаешь:
— И вот сегодня утром пошел я подметать. И уж не знаю, какая муха укусила того зверя Чжифу, что вечно дремлет у края обрыва, но он без всякой причины вдруг боднул меня сзади и спихнул прямо в пропасть! Перед глазами все потемнело, голова пошла кругом, а когда я очнулся — бац, и я уже здесь!
Цао Бао понимающе кивает. Пусть в самом Дворце Юйсюй он не бывал, но горы Куньлунь — святыня и исток Учения.
Там законы мироздания переплетены настолько плотно, что пространственных разломов — пруд пруди. Сорваться с обрыва на Куньлуне, провалиться в щель и вылететь в малом мире — история хоть и дикая, но логике вполне поддающаяся.
Учитывая твой статус, Цао Бао поверил безоговорочно.
Ты делаешь паузу и беспомощно разводишь руками:
— Очнувшись и поняв, что попал в малый мир, я сперва обрадовался — думал, сокровище нашел! А потом выяснил, что у этого мира уже есть хозяин. Да вдобавок сам Исток этого мира кажется мне ужасающе истощенным. Вы же знаете, дядя: мы, практикователи закалки тела, в таких тонкостях не бум-бум. Вот я и почувствовал вашу ауру да пришел спросить совета.
— Ха-ха-ха! Племянник, ах племянник! Бесхозный малый мир — это же редчайшая удача, где ж его так просто сыщешь! Садись, садись, дядя тебе все подробненько расскажет! Ох, скажу я тебе, хозяин этого малого мира — конченый долбоёб! Натуральный сказочный долбоёб! Я за тысячи лет практики еще ни разу не встречал идиота сказочнее него...
Ты чуть заметно улыбаешься, понимая: рыба клюнула! Не мешкая ни секунды, ты принимаешься жадно выведывать любые секреты и тонкости о малых мирах.
Цао Бао и не думает скрытничать. У него и в мыслях нет сомневаться, почему шестнадцатилетний юнец, идущий по пути чистой физической силы, настолько неотесан в теории. В его глазах для такого задиристого лоботряса не знать подобных вещей — абсолютно нормально! Вот если бы ты начал цитировать древние трактаты, он бы еще задумался, с чего это «мясоголов» вдруг уселся за книги.
К тому же знания о малых мирах — штука редкая. Тот же Ли Цзин, учившийся у Наставника Дуэ, вокруг которого крутилась куча умельцев, за столько лет владения миром остался полнейшим профаном.
Зато Цао Бао в этом деле собаку съел! Желая наладить добрые отношения с «легитимным» учеником Учения Чань, он выкладывает тебе абсолютно все без тайн и утайки.