Глава 997 - Утаивание
Цанци не ошибся. Едва до Чжун Мужуна и Е Шаня дошло известие о гибели их отрядов, они тут же пришли в движение.
— Да что с этим Чжун Хуа не так?! — прорычал Чжун Мужун, отбиваясь от непрерывных лазерных залпов атакующей башни.
Каждый из этих лучей сгущённого света нёс в себе колоссальную разрушительную силу, измеряемую десятками миллионов единиц урона! Более того, плотность огня поражала воображение: каждую секунду вылетала целая тысяча лазеров, сплетаясь в смертоносную паутину, намертво сковавшую Чжун Мужуна. Малейшая оплошность — и его мгновенно разорвало бы на куски.
Е Шань находился в точно таком же положении, пока остальные воины укрывались за их спинами, ожидая дальнейших указаний.
Оба лидера рассчитывали на благие вести от своих подчинённых, но время шло, а откликов всё не было. И вот Чжун Мужун получил системное оповещение о смерти своего вассала. Погиб не только Чжун Хуа — легли все десять мастеров Небесного ранга и весь рядовой состав!
Когда Чжун Хуа перед самой смертью успел отправить короткое сообщение, Чжун Мужун долго не мог поверить своим глазам. Силу своего вассала он знал как облупленную. К тому же он вручил ему двух боевых марионеток! С такой поддержкой Чжун Хуа ни за что не должен был уступить Цанци и его людям.
И всё же факты были неумолимы: Чжун Хуа мёртв. Марионетки достались врагу. По словам самого погибшего, противник применил против него технику контроля разума и заставил лично отдать ценных големов.
Заплатить такую цену и остаться ни с чем! Башню не разрушили, так ещё и подарили врагу двух големов Полудуховного ранга!
— Никчёмный мусор! Толку от тебя, как от козла молока! — скрежеща зубами, прошипел Чжун Мужун.
Однако вскоре он осекся, будто догадавшись о чём-то, и резко повернул голову к Е Шаню.
Лицо главы рода Е было темнее тучи. Он только что видел, как «Веер Восьми Сокровищ» сам прилетел к нему из небытия. В тот же миг из веера выскочил золотистый шар света и вошёл прямо Е Шаню между бровей. Перед его взором пронеслась череда картинок, и он мгновенно всё понял.
— Глава Е, неужто и твои люди пали?.. — с сомнением спросил Чжун Мужун.
Е Шань совладал с собой, выжав из себя сухую, крайне неловкую ухмылку:
— Похоже, у главы Чжуна те же новости?
Чжун Мужун тяжело вздохнул:
— Чжун Хуа передал, что Цанци и его свора неведомым образом колоссально нарастили силу. Мой человек не смог оказать им ни малейшего сопротивления. Мы недооценили их, глава Е. Что будем делать теперь?
Чжун Мужун чувствовал, что его терпение на исходе. Он находился на грани взрыва. С самого начала состязания Цанци и его сторонники водили их за нос. Чжун Мужун рассчитывал закончить эту игру за двенадцать часов, а теперь рад был бы уложиться хотя бы в двое суток!
До сих пор ему приходилось раскрывать козырь за козырем, тогда как у стороны Цанци запас сюрпризов казался неисчерпаемым. А Е Шань как союзник и вовсе не оправдывал надежд. Всё основное бремя нёс на себе Чжун Мужун, пока Е Шань лишь пожирал плоды его трудов. Пора бы Е Шаню предложить хоть какое-то толковое решение!
— Дай мне подумать, — не сразу ответил Е Шань.
В действительности, в отличие от Чжун Мужуна, он узнал о гибели Хуан Фэна вовсе не из его предсмертного послания. Причиной стало Семя печати, заранее помещённое в тело слуги. Стоило Хуан Фэну проявить намек на предательство, как Семя тут же детонировало, забирая его жизнь.
Будучи доверенным лицом, Хуан Фэн знал слишком много секретов рода Е. Е Шань категорически не мог допустить, чтобы эти тайны просочились наружу.
Но сам Хуан Фэн о печати не догадывался. Теперь-то он, вероятно, догадался… раз до сих пор не выходил на связь. Посему Е Шань решил, что первостепенная задача — успокоить и усмирить своего доверенного слугу.
***
В то же самое время в зоне ожидания Воскрешения находились Хуан Фэн, Чжун Хуа и их погибшие люди.
— Старейшина Хуан, не думал я, что и вас сотрет в порошок группа Цанци! — с глухой насмешкой бросил Чжун Хуа.
Хуан Фэн даже не взглянул на него. Его лицо оставалось мрачнее ночи, а в глазах читалась мучительная работа мысли.
Видя, что собеседник молчит, Чжун Хуа продолжал подливать масла в огонь:
— Эх, и как теперь перед патриархом отчитываться… Ну надо же было мне попасть под контроль разума!
Лишь услышав это, Хуан Фэн встрепенулся и медленно повернулся к нему:
— Тебя тоже контролировали?
Чжун Хуа кивнул:
— Да. А тебя разве нет?
Хуан Фэн уклонился от прямого ответа, задав другой вопрос:
— Ты самоподдорвался?
Чжун Хуа изумлённо качнул головой:
— С чего бы? Меня просто прикончили. Я бы и рад был подорвать себя, да под контролем даже палец обозримо не пошевелишь.
От этих слов лицо Хуан Фэна окончательно потемнело. Он отвернулся, чувствуя, как в груди закипает ледяной ком.
«В самом деле… Коли ты под контролем, как ты поддорвёшь себя сам?.. Напрямую никак. Значит, это действительно сделал… глава рода?.. Но я был предан ему душой и телом! За что он так со мной?! Неужто он с самого начала не доверял мне и держал на поводке?! Коли так…»
Едва эти горькие мысли сформировались в его голове, как с ним связывался сам Е Шань. Хуан Фэн на автомате принял вызов.
Прочитав переданное сообщение, Хуан Фэн резко изменился в лице. Мрачность уступила место облегчению:
«Вот оно что! Я ошибался! Глава сделал это лишь для того, чтобы защитить меня от вражеского контроля разума! Он внедрил Семя печати, заботясь о моей чести и безопасности! Как предусмотрительно… Достойно настоящего лидера!»
Узри эту картину Е Чуюн, он бы наверняка лишился дара речи от того, как легко люди способны сами оправдывать своих мучителей. Е Шань нагло соврал, будто установил Семя печати уже после начала состязания, дабы спасти слугу от выведывания тайн. И Хуан Фэн слепо проглотил эту ложь, мгновенно развеяв все сомнения.
Е Шань, получив заверения в верности и прощении от Хуан Фэна, облегчённо перевёл дух. Больше всего он опасался, что между ними проляжет пропасть недоверия. В рамках этого турнира измена Хуан Фэна стала бы смертельным ударом, ведь тот знал слишком много. Позволить ему переметнуться к Цанци было нельзя ни в коем случае.
Чжун Мужун, естественно, о закулисных играх союзника не подозревал. Он лишь недоуменно наблюдал, как лицо Е Шаня то темнело, то вновь прояснялось.
— Глава Е?.. — снова окликнул он.
Лишь теперь Е Шань соизволил обратиться к нему:
— Глава Чжун, забудь про те две башни. Очень скоро Цанци и его свора сами явится к нашей крепости, чтобы помешать нам. Раз так, почему бы нам не прикончить их прямо здесь?
Чжун Мужун нахмурился:
— Почему ты так уверен?
Е Шань, пребывая в отличном расположении духа, принялся терпеливо объяснять:
— Разрушение крепости для них — лишь отвлекающий манёвр. Настоящая их цель — защита башен.
— Но тогда нам тем более стоит перенаправить всю мощь и уничтожить эти башни!
Е Шань качнул головой:
— Если ты додумался до этого, неужели Цанци так глуп, чтобы этого не предвидеть?