Глава 714 - Сюй Мэн вступает в бой!
Понимая, что ещё немного — и Дух молнии окажется полностью истощён, Чжао Уцзи поспешно отозвал питомца. Теперь он твёрдо решил покончить с этим боем как можно скорее и извлёк свой артефакт — Шип Небесного Грома.
Цай Кунь, видя это, активировал [Шаг Божественной Тени] .
Этот навык создавал десять иллюзорных клонов, причём оригинал мог в любой момент перемещаться между ними.
Грохот!
Чжао Уцзи во всю мощь задействовал Шип Небесного Грома, превратив Арену в сплошной океан беснующихся молний, и снова вызвал Духа молнии.
Теперь у Духа осталась лишь половина тела, но его глаза горели лютой ненавистью к Цай Куню. Под его яростный рёв электрический океан бушевал всё сильней: гигантские разряды взмывали в небеса, соприкасаясь с защитным барьером. Все клоны Цай Куня оказались заперты в этой буре, и у них не оставалось ни малейшей возможности подобраться к Чжао Уцзи, укрытому слоями молний.
Время действия [Шага Божественной Тени] истекло, и клоны развеялись.
Второе умение Клинка Сокрушения Магии — [Аннулирование магии] — могло развеять навык, но Чжао Уцзи использовал не обычные навыки, а техники культивации, против которых Клинок был бессилен.
Потолкавшись ещё немного и осознав, что пробить такую защиту ему не под силу, Цай Кунь предпочёл сдаться.
В последующих матчах Цай Куню снова «повезло»: он поочерёдно сошёлся с Бай Ханом, Ян Вэем и Тянь Мэнсюэ. Из шестнадцати проведённых турнирных боёв Цай Кунь принял участие аж в пяти, но выиграть смог лишь один, заработав 1 очко.
Наивысший результат пока удерживала Тянь Мэнсюэ с 3 очками. У остальных в основном было по 1 очку. Впрочем, турнир только начинался, и у бойцов ещё оставалось немало шансов проявить себя.
Соревнования продолжались. Прошло ещё десять поединков.
На ринг вышли давние непримиримые враги: Китахара Касукэ и Пак Чханран.
Эти двоё затаили обиду ещё с групповой стадии, поэтому, сойдясь на Арене, сразу же вступили в бескомпромиссное рубилово.
Впрочем, исход был очевиден. Катаной Китахары Касукэ снабдил Хэйму — ходили слухи, что это личное оружие самого Хэйму, которого опасался даже Цзо Лянь. Хэйму гремел своей дурной славой, и даже Сюй Цинфэн с Цзо Лянем предпочитали с ним не связываться, так что его оружие априори не могло быть обычным.
С помощью этой катаны Китахара Касукэ разил наповал, словно демон. Пак Чханран не сумел оказать достойного сопротивления и снова был выбит за пределы ринга.
Видя, как их соотечественник опять потерпел позорное поражение, представители страны Паук потеряли дар речи.
Помимо них, в боях сошлись Ши Лоу, Цан Чжэнь и Рун Юйшу. Им не повезло: каждый из них наткнулся на Бай Хана и был им повержен. Бай Хан, понимая, что перед ним союзники, действовал мягко и лишь обозначал победу. Благодаря этой «дружеской помощи» Бай Хан набрал 3 очка и сравнялся с Тянь Мэнсюэ.
Двадцать шесть поединков пролетели незаметно.
И вот, в двадцать седьмом матче зрителей наконец ждала первая дуэль между топовыми фаворитами.
— Двадцать седьмой поединок: Сюй Мэн против Китахары Касукэ!
Сюй Мэн обладала очень приятной, располагающей внешностью — этакая заботливая старшая сестра из соседнего двора, от которой не разило ни каплей агрессии. Трудно было поверить, что эта миловидная девушка занимает второе место в общем рейтинге.
На её фоне Китахара Касукэ выглядел заносчивым, наглым и откровенно кровожадным.
— Хм! Я посмотрю, как ты, обычный саппорт, умудрилась взлететь на вторую строчку рейтинга. Я сотру тебя в порошок! — Китахара Касукэ совсем потерял берега от собственной безнаказанности.
— О? — Сюй Мэн изящно изогнула бровь. — Я чем-то тебя обидела? Откуда столько желчи? Если уж ты не ставишь в грош второе место, неужто и Тянь Мэнсюэ на первом месте для тебя пустой звук?
— Тянь Мэнсюэ? — Китахара Касукэ расхохотался так, будто услышал самую смешную шутку, и, обведя трибуны презрительным взглядом, выплюнул фразу, разгневавшую всю арену: — Не пойми неправильно. Я не имею ничего личного против тебя. Я просто считаю, что все присутствующие здесь — сопляки и никчёмы!
Сказав это, Китахара Касукэ зашёлся безумным хохотом.
Лицо Сюй Мэн мгновенно стемнело. Да и не только её: почти все зрители, за исключением самураев из страны Сакуры, закипели от ярости.
— Мать твою! Ну и борзота! Бой ещё даже не начался, а он уже всех за мусор считает!
— Смешно! А раньше ещё рассказывали, будто их нация пропитана вежливостью и уважением! Сплошной пиздёшь!
— Сюй Мэн, умоляю, размажь этого ублюдка по арене! Выбей из него всю дурь!
— У меня слов нет, откуда столько спеси?!
— Требую мастер-класс по наглости!
— Хотел написать этому козлу в личку всё, что о нём думаю, так он, падла, личку закрыл!
— Ладно-ладно, язык без костей, а вот посмотрим, что тело покажет!
— Раз ты так уверен в себе, милости прошу, покажи класс, — Сюй Мэн жестом пригласила его к бою.
Китахара Касукэ лишь раздражённо отмахнулся:
— Поучения оставь себе! Между нами может быть только один победитель. Принимай удар, бака!
Рявкнув, Китахара Касукэ прикусил палец и смазал собственной кровью тёмное лезвие катаны. Силуэт его смазался, и он в мгновение ока преодолел десятки метров, оказавшись над Сюй Мэн и обрушив на неё рассекающий удар.
Впитав кровь, катана вспыхнула ослепительным радужным сиянием. Этот удар пронзил пространство, а разрез светового клинка растянулся на сотни чжанов. Именно этой атакой он ранее снёс Пака Чханрана.
Однако Сюй Мэн даже не дрогнула.
Лёгким движением правой руки она извлекла белоснежный хрустальный шар.
— Звёздный Бог Защиты, явись по моему зову, — тихо прошептала Сюй Мэн.
Едва прозвучали её слова, хрустальный шар выстрелил столбом света прямо в небеса. Время вокруг, казалось, замедлило свой ход.
Раздался оглушительный рокот, и с небес обрушился золотой луч!