Глава 639 - Выбор и снятие печати!
Едва «Тёмный фолиант» был извлечён на свет, в глазах Почтенного Кунсюаня вспыхнуло глубокое изумление.
— Надо же, действительно Запечатанный предмет! — Почтенный Кунсюань смерил Е Чуюня ошеломлённым взглядом. — Как к тебе попал этот «Тёмный фолиант»?
— О, это долгая история, — Е Чуюн бережно держал фолиант в руках и вкратце пересказал события, произошедшие на Острове Ветра и Грома, опустив лишние подробности и сделав упор на стычке с Инь Саньшэном.
— Вот оно как… Значит, у этого мерзавца Инь Саньшэна находился Запечатанный предмет, который в итоге достался тебе. Судьба, не иначе, — Почтенный Кунсюань внимательно осмотрел «Тёмный фолиант» и удовлетворенно кивнул. — Раз уж ты раздобыл Запечатанный предмет, я предложу тебе два варианта на выбор.
— Первый вариант: ты отдаёшь «Тёмный фолиант» мне, а я исполняю одно твоё желание — разумеется, в пределах моих возможностей.
— Второй вариант: я помогаю тебе снять печать с «Тёмного фолианта», и ты с его помощью отправляешься на поиски следующих запечатанных артефактов.
— Два варианта? — Е Чуюн был искренне удивлён.
Первый вариант выглядел вполне логично — Е Чуюн изначально и планировал сдать реликвию, чтобы выторговать у Святого внушительную куш. Но вот второй вариант звучал странно. Почтенный Кунсюань сам предлагал снять печать, даже не требуя отдавать запечатанную вещь ему? Что это за новые правила игры?
Почтенный Кунсюань, будто прочитав сомнения на его лице, мягко улыбнулся:
— Даже если ты отдашь его мне прямо сейчас, великой пользы мне от него не будет. Но сам по себе Запечатанный предмет обладает невероятной мощью, которая помогла бы тебе в поисках других подобных артефактов. Так что лучше оставить его тебе. К тому же я наложу на него особую метку: если кто-то вознамерится отобрать у тебя реликвию, мы тут же узнаем об этом. Так что не переживай. Я верю, что у тебя хватит сил защитить его. Ведь так?
— Э-э, вы настолько мне доверяете? — Е Чуюн аж засмущался.
Затем он задумчиво замер, взвешивая решение. Сдавать «Тёмный фолиант» ради исполнения желания или оставить себе? Изначально он склонялся к первому, но, порассуждав, решил выбрать второй вариант. Раз сам Почтенный Кунсюань так говорит, значит, у этого фолианта действительно колоссальный потенциал. А иметь в рукаве как можно больше козырей Е Чуюн вовсе не возражал. В конце концов, ничего нет ценнее собственной жизни.
Приняв решение, Е Чуюн уверенно кивнул:
— Я выбираю второй вариант. Хочу своими глазами увидеть, насколько силён этот «Тёмный фолиант».
Почтенный Кунсюань остался доволен ответом. Он изначально знал, что парень выберет именно это. Выбери тот первый вариант — и Святой скорей разочаровался бы в нём.
— Отлично. В таком случае отступи назад, я сниму ограничение.
Е Чуюн отошёл на тридцать с лишним ярдов. Почтенный Кунсюань взял «Тёмный фолиант» и приступил к ритуалу. В пространстве зазвучало древнее заклинание, а пальцы Святого чертили в воздухе сияющие руны. Чем длиннее становился рунический узор, тем гуще из «Тёмного фолианта» сочилась тьма. Вскоре всё пространство заволокло полупрозрачным чёрным туманом.
Тёмная дымка стремительно сгущалась перед Почтенным Кунсюанем, сплетаясь в массивную магическую пентаграмму. Пространство вокруг пошло трещинами, а нарастающее давление было настолько колоссальным, что даже Е Чуюня прижало к полу.
«Ну и мощища! Я ведь прошел трехранговое испытание божественного уровня, моё телосложение усилено в разы, а я даже шевельнуться не могу!» — пораженно думал Е Чуюн, глядя на зависший в воздухе массив.
Завершив заклинание, Почтенный Кунсюань достал пригоршню чёрных кристаллов и швырнул их вперед. Кристаллы мгновенно рассыпались тёмным дымом, из которого соткались величественные серые врата. Их створки были покрыты барельефами жутких монстров, смахивающих на демонов.
— И что это за чертовщина? — Е Чуюн отчётливо ощущал исходившую от врат древнюю угрозу. Если эти врата откроются, в мир явятся кошмары.
— Почтенный, кого вы призываете?
Почтенный Кунсюань взглянул на него золотыми глазами, а затем снова перевёл взор на серые врата:
— Разумеется, демона. Этот демон запечатан внутри «Тёмного фолианта». Если его не призвать и не уничтожить, печать не снять. Всё, хватит прятаться, вылезай!
Слова Святого ещё эхом отдавались в пространстве, когда серые врата с оглушительным грохотом распахнулись.
— Проклятые муравьи! Кто посмел прервать мой сон?! — раздался из глубины врат разъярённый рев, и наружу ступила исполинская тень.
Десятиметровый гигант сплошь покрытый чёрной шерстью, с витыми бараньими рогами на голове, огромными кожистыми крыльями за спиной и кровожадными чёрными глазами. Едва появившись, тварь вперила исполненный ярости взгляд в Почтенного Кунсюаня и оскалилась в презрительной ухмылке:
— Я-то думал, меня разбудил какой-то «святой», а это всего лишь жалкий «псевдосвятой»! Невероятно, чтобы такие ничтожества смогли заполучить «Тёмный фолиант»! Наградой за мой призыв станет ваша вечная смерть! Ха-ха-ха-ха!
— У этого урода крыша поехала? — Е Чуюн дар речи потерял.
Аура монстра тянула максимум на Небесный ранг, в то время как Почтенный Кунсюань был несоизмеримо сильнее! Эта тварь реально возомнила себя бессмертной?!
Но пока Е Чуюн размышлял, он неожиданно заметил, что Почтенный Кунсюань куда-то исчез. И тут же у самого уха раздался торопливый голос Святого:
— Братишка Е, ты чего застыл?! Не видишь, он атаковать собирается?!
— Чего-о-о?! — Е Чуюн изменился в лице. — Почтенный, вы что, серьезно хотите, чтобы я с ним дрался?!
— Ну да! Я же обещал помочь снятию печати, а не убивать за тебя монстров!
— ????
Е Чуюн едва не взрыкнул от возмущения. Старый лис его просто подставил!
— Хе-хе, человечишка, не повезло тебе! — кровожадно расхохотался демон, опустив взгляд. — Похоже, твой спутник испугался меня и сбежал, бросив тебя на произвол судьбы. Как жалко! Впрочем, одного тебя мне тоже хватит. Сейчас я покажу тебе, чем чреват необдуманный призыв!
Морда твари исказилась в лютой гримасе, а на ладонях вспыхнули сгустки чёрного пламени. Едва появившись, тёмный огонь обдал пространство концентрированной энергией тьмы.
— Получи! — Монстр взмахнул рукой, и чёрный огонь превратился в бурлящее море пламени, хлынувшее на Е Чуюня.