Глава 446. Раздор
Турнир первокурсников на Тренировочной арене завершился внезапно и сокрушительно — Ли И поставил в нём жирную, сочащуюся насилием точку.
Теперь никого не волновали места в турнирной таблице, никто не спорил, на каком факультете учится больше гениев. Даже самые заядлые ценители женской красоты забыли обсудить, у какой из студенток ноги длиннее, бедра аппетитнее, а грудь вздымается выше и соблазнительнее под облегающей формой. Все умы и разговоры были поглощены шокирующими слухами, лавиной хлынувшими с арены.
Высокомерная девица из великого королевского клана попрала все мыслимые правила, а судья малодушно покрывал её бесчинства. Но внезапно, словно гром среди ясного неба, явился таинственный первокурсник. Одним ударом он стёр предвзятого судью в порошок, а затем вознамерился прикончить и саму благородную девицу. Когда же на её защиту явилось духовное воплощение самого Короля, дерзкий новичок всего двумя ударами кулака разнёс королевскую волю в щепки. И прямо на глазах у замершей в ужасе толпы начисто лишил наследницу клана всего её Звездного искусства, превратив в калеку.
Это был настоящий взрыв!
Весть со скоростью лесного пожара разнеслась по всему городу Цянгуан. Официальный форум Университета Цянгуан ломился от перегрузки — видеозапись той памятной битвы заняла все главные страницы.
Для большинства обывателей эта новость стала невероятным, будоражащим кровь зрелищем. Однако для немногочисленной кучки людей она прозвучала как гром среди ясного неба, заставив их кожу покрыться ледяным потом, а волосы на голове — зашевелиться от первородного ужаса.
И первым среди них был Ло Цаньсин.
Он никак не мог взять в толк — уму непостижимо! — почему стоило ему лишь на мгновение ослабить бдительность и немного полениться, как всё полетело к чертям собачьим?
Ло Лин была не просто любимой жемчужиной в короне их семьи, она была путеводной звездой всего дома Ло. Росток, которому пророчили великое будущее и восхождение на престол истинного Короля. И этот росток, ещё не успев окрепнуть и превратиться в могучее раскидистое дерево, был безжалостно вырван с корнем. Какая нелепая, чудовищная трагедия!
И что самое паршивое — именно его, Ло Цаньсиня, семья назначила хранителем этого бесценного древа. В один миг весь его мир рухнул, погребая его под обломками.
*
Водный факультет Университета Цянгуан. Тренировочная площадь.
Земля здесь была выложена сияющими лазурными кристаллами разных оттенков, которые мягко пульсировали, источая едва уловимые волны Силы Звёздного Истока. В самом центре площади бил величественный фонтан, струи которого, переплетаясь в воздухе, образовывали сложнейшие рунические узоры защитных формаций.
Сейчас здесь яблоку негде было упасть. Студенты и преподаватели заполнили всё свободное пространство, плечом к плечу наблюдая за разворачивающейся драмой. Их взгляды были прикованы к двум противоборствующим группам, сошедшимся в центре площади, словно острые клинки.
С одной стороны стояли представители королевского дома Ло во главе с прямым наследником Ло Цаньсинем и вице-ректором Цяньда Ду Юем. Им противостояли декан по учебной работе Чжао Жулун и декан Водного факультета Шуй Сайсянь.
— Господин Ло, я прекрасно понимаю ваши чувства, — с мягкой, но непроницаемой улыбкой произнес Чжао Жулун, однако в его голосе прозвучали стальные нотки. — Но, увы, удовлетворить ваше требование я никак не могу.
— Понимаете? Вы смеете утверждать, что понимаете меня?! — Ло Цаньсин, обычно отличавшийся смазливым лицом, легкой небрежностью в манерах и вечной дерзкой ухмылкой на губах, сейчас буквально задыхался от ярости. Его глаза налились кровью, превращая его в дикого зверя, готового разорвать любого на своем пути. — Что?! Неужели у вас тоже убили родную тетю, а сестру лишили всей силы, превратив в никчемную калеку?!
— А? Ну, вообще-то нет, — честно признался Чжао Жулун. — Касательно участи вашей тетушки и сестры... я искренне соболезную вашей утрате. От лица всего Университета Цянгуан приношу вам глубочайшие соболезнования. Надеюсь, вы и ваша семья сможете стойко перенести этот удар судьбы. Однако выдать вам студента Ли И и позволить забрать его на королевскую планету Ло... Об этом не может быть и речи.
Слушая эти пустые, сочащиеся лицемерием слова, Ло Цаньсин чувствовал, как его грудь готова разорваться от гнева. Он был признанным гением, и хотя пока являлся лишь звёздным магом высокого ранга, благодаря своему уникальному таланту и редкой огненной стихии седьмого ранга мог в одиночку противостоять сразу двум мастерам высшего ранга. Но когда дело доходило до словесных баталий и дипломатических уверток, этот юнец, едва переступивший порог взрослой жизни, ожидаемо пасовал перед таким тертым калачом, как Чжао Жулун.
— Господин декан! — Ло Цаньсин заскрежетал зубами, его лицо исказилось от злости. — Неужели в стенах Университета Цянгуан можно безнаказанно убивать людей? Или ваш университет питает к нашему дому Ло личную неприязнь и намеренно пытается нас растоптать?! Вы действительно полагаете, что гнев великого королевского клана — это то, с чем можно так легко шутить?!
Чжао Жулун слегка нахмурился. Слова парня были полны угроз. Конечно, Университет Цянгуан не трепетал перед королевским домом, но и наживать себе такого врага на пустом месте никто не желал. Малейшая ошибка могла развязать войну, в которой погибнут сотни тысяч, если не миллионы невинных душ. В такие моменты следовало взвешивать каждое слово.
— Убийца, разумеется, должен понести наказание, — строго и официально произнес Чжао Жулун. — Жизнь за жизнь. Таков закон. Однако смерть вашей уважаемой тетушки не была убийством. Это несчастный случай!
Декан обвел взглядом присутствующих, словно призывая их в свидетели:
— Всё произошло на глазах у сотен зрителей. Госпожа Ло Цинсюань находилась на арене в качестве судьи. Исполняя свой долг и пытаясь спасти студентку Ло Лин, она трагически обратилась в пепел из-за непредвиденных обстоятельств. О, кстати! Эй, принесите-ка сюда урну с прахом Ло Цинсюань!
Подозвав одного из студентов, Чжао Жулун бережно принял из его рук строгую черную шкатулку и с глубоким почтением протянул её Ло Цаньсиню.
Как бы ни бушевал гнев в груди молодого господина Ло, осквернить память усопшей родственницы он не смел. В этой коробке покоилась его родная тетя. Без лишних слов он опустился на колени прямо на холодные плиты, готовясь совершить три ритуальных поклона.
Заметив это, Чжао Жулун испуганно всплеснул руками и попытался поднять его:
— Ох, господин Ло, ну что вы! Не стоит выражать нам столь бурную благодарность! Собрать прах покойной — это сущий пустяк, обычная вежливость, не нужно бить поклоны...
Ло Цаньсин замер, его лицо потемнело от ярости. Грубо смахнув руку декана, он молча продолжил ритуал. Коснувшись лбом ладоней, прижатых к полу, он совершил три глубоких земных поклона.
Поняв, что сморозил глупость, Чжао Жулун больше не вмешивался. Выждав, пока парень поднимется, он заговорил снова:
— Да, кстати, поскольку это произошло во время исполнения служебных обязанностей, случай признан производственной травмой. Наша академия застраховала весь персонал, так что в скором времени вашему дому Ло будет выплачена весьма солидная страховка. К тому же, каждый судья перед выходом на арену подписывает «Судейский регламент». В пункте пятнадцатом четко сказано: «Судья обязан обеспечивать безопасность матча. В случае возникновения непреодолимых обстоятельств, повлекших за собой ранения или смерть, всю ответственность судья несет лично».
Декан перевел дыхание и продолжил, не давая оппоненту вставить и слова:
— Что же касается студентки Ло Лин... Правила турнира гласят: поединок считается завершенным лишь тогда, когда одна из сторон добровольно признает поражение, теряет способность продолжать бой, либо когда судья фиксирует умышленное нарушение порядка и останавливает поединок. До этого момента действия участников ничем не ограничены. В момент, когда Ло Лин лишилась сил, госпожа Ло Цинсюань уже погибла, и остановить бой было некому. Следовательно, с юридической точки зрения, поединок продолжался. И студент Ли И имел полное право действовать по своему усмотрению, не опасаясь штрафов или наказаний. Разумеется, в будущем мы доработаем этот пункт правил. Всё-таки никто не мог предвидеть, что судья склеит ласты первым.
Когда Ло Цаньсин наконец поднялся с колен, его лицо было чернее грозовой тучи. С него едва ли не капал яд.
Этот старый хрен оказался чертовски за за словом в карман не лезущим! Молодой господин хотел возразить, но все аргументы застревали в горле. Против сухих фактов и регламента не попрешь.
И тут в разговор вмешался молчавший до этого вице-ректор Ду Юй. На его иссеченном морщинами лице заиграла приторно-сладкая улыбка:
— Чжао, мальчик мой, Цаньсин вовсе не требует немедленной казни этого юноши, Ли И. Два видных члена дома Ло прибыли в стены Цяньда, и в итоге одна мертва, а вторая искалечена. Трагедия произошла на нашей территории, и мы обязаны проявить уважение и дать семье ответы. Цаньсин лишь хочет, чтобы Ли И проследовал с ним для дачи показаний и внутреннего расследования. Нашему университету нечего скрывать, мы действуем открыто и честно, так к чему эти страхи? Я уверен, что столь прославленный королевский клан не опустится до банальной мести и притеснения младших. Вы ведь согласны со мной, Цаньсин?