Глава 226. На драгоценной колеснице
— Господин, её величество королева просит вас о встрече. В драгоценной колеснице уже приготовлено изысканное духовное вино и нектар, соблаговолите оказать нам честь своим присутствием!
Эльфийская дева опустилась перед Ли И. На её нежной, белой, словно молодой лотос, руке висела изящная цветочная корзина. Склонившись в глубоком поклоне, она всё же не удержалась и бросила на него любопытный взгляд, ожививший её миловидное личико.
«Какой же он красивый!» — стоило девушке лишь раз взглянуть на него, как она едва не утонула в глубине его выразительных глаз и благородных черт лица.
Ли И же втайне недовольно поморщился.
По идее, хотя техника сокрытия ауры, которую он постиг у Стелы Первозданного Творения, была ещё поверхностной, он сумел надёжно укрыть почти всё, кроме своей невероятно мощной физической оболочки. Даже бессмертное существо не должно было разглядеть его истинную суть с такого огромного расстояния.
«Похоже, там, наверху, действительно сидит кто-то по-настоящему могущественный», — пришёл он к выводу.
Впрочем, долго Ли И не колебался. Он спокойно взмахнул широким рукавом и с невозмутимым видом произнёс:
— Что ж, в таком случае веди.
Чему быть, того не миновать. Он не искал лишних неприятностей, но и трусом никогда не был.
Эльфийка лучезарно улыбнулась. Её алые губы приоткрылись, нашептывая певучие слова заклинания. Она слегка встряхнула цветочную корзину, и из неё выпорхнули десятки нежных лепестков. Закружившись в воздухе, они соткались прямо под ногами Ли И в переливающийся пятицветный ковёр.
— Благодарю за ваше согласие, господин. Прошу вас, следуйте за мной! — её голос по-прежнему дышал глубоким почтением.
Ли И удивлённо приподнял бровь и внимательно оглядел корзину в руках эльфийки. Редкий артефакт для полета. Неудивительно, что эта девица, будучи всего лишь около пятидесятого уровня, так уверенно парила в небесах, попирая саму пустоту. Не тратя времени на лишние раздумья, он сделал шаг и уверенно ступил на радужную поверхность лепесткового ковра.
К его удивлению, эльфийка легко запрыгнула следом. Чуть порозовев от смущения, она робко пролепетала:
— Господин, держитесь крепче. Если вам станет страшно, вы можете… можете придержать меня за талию…
«Ого, неужели мне предлагают такие приятные вольности?» — хмыкнул про себя Ли И.
Ковёр плавно взмыл ввысь. В лицо ударил прохладный ветерок, принося с собой тонкий, едва уловимый девичий аромат, смешанный с запахом свежей зелени.
Они стремительно приближались к парящей в небесах колеснице. Это было грандиозное сооружение шириной в несколько десятков чжанов, украшенное затейливой резьбой в виде облаков и усыпанное драгоценными камнями, испускавшими мягкое сияние. Скорость ковра замедлилась, и он плавно опустился в самом центре просторной палубы колесницы. Стоило Ли И сойти на твёрдую поверхность, как лепестки рассыпались мириадами разноцветных искр и растаяли в воздухе.
Ли И с любопытством оглядел это изящное, дышащее утончённым искусством творение. Внутри колесницы скрывались мощные, бурлящие потоки энергии, искусно сдерживаемые древними магическими массивами и рунами. Подобный транспорт был не только невероятно пафосным, но и крайне практичным. Поистине великолепное сокровище.
К колеснице были запряжены три огромные благородные птицы. Их белоснежное оперение сияло на солнце, а изогнутые длинные клювы отливали алым глянцем. Исходящая от этих царственных созданий аура выдавала в них монстров без малого сто пятидесятого уровня — существ, близких к Древнему Царству. Впечатляющее зрелище. Хозяева этого экипажа явно любили роскошь.
Проводница-эльфийка почему-то раскраснелась ещё сильнее. Она открыла было рот, чтобы доложить о прибытии гостя, но, заметив предостерегающий жест из глубин паланкина, послушно склонила голову и бесшумно удалилась.
Только теперь Ли И перевёл взгляд на тех, кто восседал на возвышении в глубине колесницы. На главном троне сидела женщина-эльфийка. Её голову венчала изящная корона, а стройную фигуру облегало строгое зелёное дворцовое платье. Лицо незнакомки скрывала тонкая вуаль, из-под которой кокетливо выдавались длинные, заострённые ушки, белизной соперничающие со свежим снегом. Это была королева Даэлианна.
Слева от неё расположились мужчина и женщина её же расы. Мужчина был невероятно красив и на вид казался юношей лет двадцати с небольшим. Женщина же, облачённая в нежно-голубые одежды, выделялась зрелой, пышной красотой статной матроны.
По правую сторону сидел мужчина человеческой расы. Его лицо скрывала причудливая маска, закрывающая верхнюю половину лица. Каждое из этих четырёх существ принадлежало к числу легендарных Бессмертных, чьи следы в мире смертных отыскать почти невозможно. Силы любого из них хватило бы, чтобы поднять на континенте Вечности сокрушительный ураган.
Ли И почувствовал на себе пристальный, немигающий взгляд человека в маске. Но в нём не было ни капли враждебности — лишь глубокое, парализующее потрясение, граничащее с благоговейным страхом. Мужчина словно пребывал в оцепенении.
Королева эльфов Даэлианна и пышнотелая красавица в голубом с любопытством разглядывали Ли И, гадая, чем этот юноша заслужил благосклонность самого Мастера И, чьё имя уже многие века гремело по всему свету.
А вот молодой эльф, Мангусен, мгновенно растерял ту кротость и почтение, которые выказывал Мастеру И. Он уставился на Ли И холодным, оценивающим взглядом, в котором сквозило ледяное пренебрежение, словно перед ним копошилось ничтожное насекомое.
Эльфы, хоть их былое величие и угасло, когда-то правили континентом Вечности, а потому в их крови всё ещё бурлила вековая гордыня и высокомерие. Те, кто послабее, ещё сдерживали спесь, но могущественные представители этого древнего народа при встрече с более слабыми существами без зазрения совести демонстрировали своё превосходство во всей красе.
— Человеческий юнец, зачем ты явился на земли эльфов… — ледяным тоном начал расспросы молодой эльф.
Договорить он не успел. Мастер И резко вздрогнул, словно очнувшись от глубокого транса. К величайшему изумлению королевы и остальных Бессмертных, легендарный мечник порывисто поднялся со своего места, сошёл с возвышения навстречу гостю и, склонившись в глубоком, почтительном поклоне, произнёс:
— Моё имя — И. Приветствую вас, почтенный. Могу ли я узнать ваше великое имя?
От этой сцены три эльфийских владыки едва не лишились дара речи. Они растерянно переглянулись и один за другим поспешно поднялись со своих роскошных сидений, не понимая, что происходит.
Глядя на то, с каким благоговением этот загадочный NPC в маске приветствует его, Ли И сообразил: этот старик явно разглядел в нём нечто из ряда вон выходящее. Однако, услышав его имя, Ли И не удержался от лёгкой улыбки и, чувствуя некоторую неловкость, ответил:
— Э-э… Приятно познакомиться. Моё имя тоже Ли И.
— А? — опешил Мастер И.
— Ага, наши имена звучат почти одинаково, — кивнул Ли И. — Я частенько слышал о тебе. Говорят, ты неплохо управляешься с мечом.
Мастер И на мгновение лишился дара речи от такой простоты…
Наконец, молчание прервали эльфы на возвышении. Королева Даэлианна растеряла былую расслабленность и заговорила куда более вежливо и осторожно:
— Для меня огромная честь, что наш человеческий друг согласился принять скромное приглашение Анны. Пожалуйста, присаживайтесь. Угощайтесь нашими скромными плодами и вином, надеюсь, они придутся вам по вкусу.
«Тот, кого сам Мастер И принимает с такими почестями, не может быть простым смертным», — размышляла она. Легендарный Бессмертный ни за что не стал бы так унижаться без веской причины.
Уважение рождает уважение. Раз уж королева эльфов проявила такую учтивость, Ли И тоже не стал скупиться на вежливость. Он церемонно сложил ладони в приветствии:
— Рад встрече с вашими величествами. Вы, должно быть, королева? Ваша красота действительно не от мира сего. Для меня большая честь получить ваше приглашение.
С этими словами он без тени робости поднялся по ступеням бок о бок с Мастером И. Зрелая красавица в голубом отнеслась к этому спокойно, но вот на лице молодого эльфа промелькнула тень глубокого отвращения. Будучи могущественным Бессмертным, он впервые в жизни опустился до того, чтобы делить трапезу с жалким человеком всего лишь шестидесятого уровня. В глубине души его буквально выворачивало наизнанку.
Тем не менее он быстро справился с эмоциями, нацепив на лицо дежурную радушную улыбку, и мягко спросил:
— Позвольте полюбопытствовать, друг мой, кто ваш наставник? И какое важное дело привело вас на земли нашего народа?