Глава 221. Резня
Юноша не скрывал своего ликования. Причина его восторга была проста — эта диковина даровала колоссальную прибавку к интеллекту.
Далеко не каждое существо способно вырастить в своей плоти подобную жемчужину, по своим свойствам напоминающую внутреннее ядро великих демонов. Как правило, столь ценный дар с наибольшей вероятностью можно встретить лишь у трех видов созданий: змей, черепах да жаб.
— О боже… Что… что здесь произошло? — пролепетал Куначи, чье лицо побелело от сковавшего его ужаса. Он оглядывался по сторонам, едва удерживаясь на ногах от накатившей слабости.
— А на что это похоже? — будничным, почти скучающим тоном отозвался юноша в черном. — Они мертвы. Все до единого.
Куначи задрожал всем телом. Внезапно страшная догадка пронзила его разум, и он уставился на спутника округлившимися от неверья глазами:
— Господин… господин И… Неужели это… дело ваших рук?
— Не нужно на меня клеветать, — покачал головой юноша в черном. — Моя добыча — лишь та гигантская огненная жаба. — Он перевернул ладонь, являя миру крошечный темный стяг, который завертелся над его пальцами. — Впрочем, не пропадать же добру.
Стяг со свистом сорвался с ладони, превратившись в росчерк тусклого света, и взмыл в небеса. Тотчас между небом и землей начали сгущаться бесчисленные серые тени — безмолвные призраки погибших, которых неодолимая сила потянула прямиком в зловещие складки знамени.
— Вы хотите сказать… — Голос Куначи сорвался на хрип. Сердце его бешено колотилось, а в глазах застыло глубокое потрясение. — Неужели прежние исполинские твари… тоже были уничтожены вами?
Юноша лишь молча кивнул в ответ.
Куначи почувствовал, как к горлу подступает горький ком. Всего мгновение назад сотни живых, дышащих людей шли рядом с ним, а теперь от них остался лишь серый пепел, развеянный по барханам.
— Господин И! — вскричал Куначи, в чьей душе страх сейчас боролся с отчаянным гневом. — У вас же есть такая сила! Почему… почему вы их не спасли?!
— Ты помнишь лишь единственный раз, когда я не протянул им руку, — со слабой, едва заметной улыбкой ответил юноша, — но напрочь позабыл о тех десятках раз, когда я вытаскивал вас из пасти смерти. Спасать — это моя милость, а не обязанность. Всё зависит лишь от моего каприза. К тому же, даже если бы я спас их сейчас, до города Моэ они бы всё равно не добрались живыми. А тратить своё драгоценное время на их спасение я не намерен.
Ледяная прагматичность и безразличие этого человека заставили Куначи ощутить, насколько тот далек от обычных смертных. В этот миг юноша показался ему чужим и пугающим. Однако, справившись с секундным оцепенением, проводник все же уловил в его словах ключевую мысль.
— Господин И, — выдавил он из себя, ухватившись за пугающую деталь, — вы сказали, что даже если бы они пережили встречу с жабой, им всё равно было бы не суждено вернуться в город Моэ… Что вы имели в виду?
— Разве не ты всю дорогу твердил, что Пустыня Бедствий нынче сама на себя не похожа? — Юноша устремил взор в бескрайнюю даль. — Высокоуровневые монстры, которые раньше и близко не подходили к этим тропам, теперь лезут один за другим. А теперь вот объявилась эта огненная жаба, почти достигшая Древнего Царства. Хоть я и не силён в географии этих мест, одно могу сказать наверняка: в Пустыне Бедствий творится нечто из ряда вон выходящее.
— Что именно вы имеете в виду, господин И? — растерянно спросил Куначи.
— В паре километров впереди лежит оазис Цинсан, верно? — Юноша перевёл на него взгляд. — Место довольно оживлённое?
Куначи поднял глаза к горизонту, где среди песчаных волн уже смутно проглядывала полоска зелени, и поспешно закивал:
— Да, всё так. Хотя оазис и небольшой, его расположение чрезвычайно выгодно. Помимо здешнего племени инородцев, там полно человеческих рынков и лавок. Каждый день там торгуют бесчисленные чужаки. Постоянное население этого оазиса, пожалуй, превышает десять миллионов душ!
— Твои сведения безнадёжно устарели, — покачал головой юноша. — Живых там сейчас ровно ноль. А вот мертвецов — хоть отбавля.
— Что?! — Куначи вытаращил глаза, не веря собственным ушам. — Вы хотите сказать, что в оазисе Цинсан не осталось ни одной живой души?! Но как такое возможно?!
— Верить мне или нет — дело твое. Доедем — сам всё увидишь, — безучастно бросил юноша и зашагал обратно к повозке, запряженной пустынным верблюдом.
Куначи остался стоять на месте. В его душе бушевал ураган сомнений и страха. Но долго колебаться он не мог — в сложившихся обстоятельствах только близость к загадочному господину И давала хоть какой-то шанс уцелеть в этой проклятой пустыне. Приняв решение, он со всех ног бросился догонять черную фигуру.
— Господин И, позвольте мне править! — поспешно крикнул он, запрыгивая на козлы.
*
Оазис Цинсан славился своими на редкость плодородными землями, обилием зелени и чистейшей водой. Посреди этого оазиса раскинулся величественный город, обнесенный высокими стенами.
Спустя некоторое время к городским воротам неторопливо приблизилась повозка. На козлах сидели двое: зрелый мужчина и юноша в черном одеянии.
— Господин… господин И! Но ведь всё хорошо! Посмотрите, город живёт обычной жизнью! — Куначи недоуменно озирался по сторонам. В его воображении уже рисовались горы окровавленных тел, но реальность оазиса Цинсан оказалась совершенно иной. Город дышал будничной суетой: на стенах мерно шагали патрульные, по оживленным улицам сновали торговцы со своими лотками, степенно прохаживались пузатые купцы в дорогих парчовых халатах. Куначи даже беспрепятственно заплатил три серебряные монеты в качестве въездной пошлины стражникам у ворот. Ничто здесь не напоминало безжизненную пустыню, о которой говорил его спутник.
— Куначи, запомни одну вещь: глаза порой лгут, а слухи оказываются чистейшей правдой, — с мягкой улыбкой отозвался юноша. Он поудобнее устроился на козлах, прислонившись спиной к борту повозки, а затем поднял изящную бледную руку и с сухим щелчком соединил указательный и средний пальцы.
Дзинь... — раздался тонкий, хрустальный звук, словно где-то разбилось тончайшее стекло.
В то же мгновение картина, представшая перед Куначи, заставила его усомниться в собственном рассудке. Весь город пошел странной, зыбкой рябью. Оживленные толпы, выкрики зазывал, патрули стражи — всё это исказилось, поплыло и растаяло без следа, уступив место суровой и жуткой реальности. Одновременно с этим в ноздри Куначи ударил такой густой, удушливый запах гниения, что у него закружилась голова, а к горлу подступила тошнота. Этот резкий, бьющий в самый мозг запах мгновенно отрезвил его.
Оглядевшись вокруг, Куначи почувствовал, как на его голове шевелятся волосы.
Там, где секунду назад кипела жизнь, теперь громоздились колоссальные горы гниющих трупов. Кровь давно высохла, превратившись в черную корку на мостовой. Плоть разлагалась, и по ней копошились миллионы жирных белых червей. Среди этого кошмара виднелись и относительно свежие тела — судя по одежде, это были наемники из охраны и купцы, погибшие совсем недавно от жажды и безумия.
— Что… что это такое… — Куначи едва не лишился чувств от нахлынувшего ужаса.
— Очевидно, здесь поработал весьма искусный чернокнижник, — неторопливо произнес юноша в черном. С легким шелестом он вновь извлек из рукава маленькое темное знамя. — Создать иллюзию столь колоссального масштаба — для этого требуется недюжинная сила. Те трупы, что уже начали гнить, расстались с жизнью недели две назад. А вот свежие тела — это караваны торговцев, которые забрели сюда за последние несколько дней и сгинули, запутавшись в наваждении. Кто-то очень старательно заметал следы произошедшего. Почти десять миллионов загубленных душ… Я уже чувствую, как воздух начинает содрогаться от зарождающихся мстительных призраков. Что ж, долг велит мне восстановить справедливость и упокоить их!
С этими словами юноша зашептал тайное заклинание, и с его пальцев сорвался алый луч, устремившийся прямо в крошечный стяг. Знамя мгновенно вспыхнуло зловещим черным светом и взмыло высоко в небо, стремительно увеличиваясь в размерах, пока его длина не достигла добрых десяти метров.
Полотнище затрепетало на ветру, и из него хлынули клубы густого черного дыма, которые стремительно поползли по улицам и закоулкам оазиса Цинсан. Один за другим в воздухе начали материализоваться бледные, полупрозрачные силуэты душ, устремляясь навстречу парящему в небе артефакту.
Однако на лице юноши вдруг отразилось недоумение.
— Кто же за этим стоит? — пробормотал он под нос, хмуря брови. — И какая у них цель?